ВРАЧИ КОВИДНЫХ ВОЙСК

Помощь друзей Абхазии

18 октября 2020 года военное руководство Абхазии обратилось к министру обороны России Сергею Шойгу с просьбой разместить в республике госпиталь для пациентов с коронавирусом нового типа. В то время госпиталь в Гудауте, являющийся единственным медицинским учреждением в государстве для лечения людей с коронавирусной инфекцией, был полностью заполнен. В ведомстве добавили, что большая часть пациентов лечится в домашних условиях. Ситуация с COVID-19 в республике ухудшилась, отмечалось в обращении к Шойгу. Поэтому военное командование Абхазии запросило у Минобороны России развертывание военного госпиталя.

И Россия вновь протянула руку помощи братскому народу. Минобороны РФ во главе с Сергеем Шойгу пошло навстречу просьбе соседней Республики Абхазия и после переговоров глав военных ведомств решило направить войска РХБЗ и медиков для борьбы с пандемией.

И уже 20 октября 2020 года в Абхазию отправилась колонна из 11 специальных автомобилей, в числе которых тепловые машины ТМС-65У с реактивными двигателями, которые занимались дезинфекцией улиц и домов. Военные из подразделений радиационной, химической и биологической защиты Черноморского флота преодолели 800 километров из Крыма в Абхазию. А в Сухум из Буденновска отправился личный состав мобильного многопрофильного госпиталя, который был развёрнут в столице на территории пансионата «Айтар».

18 августа 2021 года мобильный госпиталь Минобороны России вновь прибыл в Сухум, так как в стране после курортного сезона наблюдался подъем заболеваемости COVID-19, и врачи Гудаутского ковидного центра работали на износ.

Более одной тысячи жителей Абхазии приняли на лечение и консультацию медики российского военного госпиталя всего за два месяца работы в Сухуме. Цифра внушающая, а помощь, по оценкам абхазских медиков, неоценимая. Ковидный госпиталь рассчитан на 100 койко-мест. На сегодняшний день госпиталь загружен полностью, на излечении 98 человек. Заболеваемость по сравнению с августом выросла.

Что происходит за закрытыми дверями Военного российского ковидного госпиталя в Сухуме?

– Пандемию коронавируса здесь называют войной. Потому что живём и работаем в боевых условиях, а вирусная атака длится уже больше двух лет. И все 100 коек заняты ковидными больными.

С этих слов началась моя встреча с начальником мобильного госпиталя, подполковником медицинской службы Магомедовым Абдулмеджидом Магомедовичем.

В глазах, прикрытых прозрачными пластиковыми очками, явно читалось: «У нас каждый день война со смертью, проиграем бой – минус человеческая жизнь, выиграем – значит, в плюсе».

– Ну что, пошли на линию фронта? – сказал врач, и мы прошли на территорию госпиталя.

– Специальная климатическая система поддерживает температуру на уровне плюс 24-26 градусов, – рассказывает он. – Всё сделано, чтобы больные чувствовали себя здесь комфортно. Чтобы не смущало слово временный, расскажу, как выглядит наш госпиталь. Рассчитан на 100 коек, к каждой подведен кислород. Как и любой стационар, он начинается с приемного отделения. Здесь сразу сделают рентген, снимут ЭКГ, возьмут анализ крови. У каждого больного, конечно же, имеется свой лечащий врач. Только узнают его пациенты лишь по голосу и по бейджику – в своих защитных костюмах и очках доктора все на одно лицо.

Увеличилось количество более молодых больных. Почему? Пришли к выводу, что причина в некоторой успокоенности. Представители молодого поколения стали чаще посещать массовые мероприятия, ездить на отдых и при этом ходить без масок, не соблюдать социальную дистанцию, не обрабатывать руки антисептиками. Видел картинку с морского побережья – самая типичная, будто никакого вируса и нет. На самом же деле он никуда не пропал, он по-прежнему с нами. В результате многие молодые люди заболели.

– У молодого человека, катавшегося на скейте без маски, я недавно спросила: почему вы так невнимательно относитесь к рекомендациям врачей? На что услышала: «Мы, молодые, не умрем...» Что бы вы ему сказали?

– Я разочарую его, – ответил А.Магомедов. – Поступают к нам в тяжелом состоянии и молодые и, случается, умирают. Вирус паспорта не спрашивает. Больно бьет по всем органам человека. Мы научились его лечить. Но если пациент занимается самолечением, потом приходится в буквальном смысле бороться за жизнь, независимо от возраста. Крайне запущенных больных у нас не меньше десятка: с высокой температурой, с одышкой. У нас есть рекомендации клинического комитета, подготовленные лучшими специалистами Минздрава. Мы их используем и умеем оперативно оказать больному помощь с учетом его особенностей. Обычно в течение трех-четырех дней стабилизируем состояние. Применяем все лекарства, которые указаны в рекомендациях клинического комитета.

Пролечили, скажем, больного с пневмонией. Стабилизировали состояние. У него стала нормальная температура, исчезла одышка, восстановилось насыщение крови кислородом. Значит, можно выписать домой под наблюдение участкового врача. Он может по показаниям продлить больничный.

Что дал нам опыт работы во время пандемии? Прежде всего, нужно набраться терпения. Носить маски и перчатки и не посещать массовые мероприятия. Любое ограничение делает человека только сильнее. Мы начали эту работу с полной неизвестности. В соответствии с методическими рекомендациями отбирали наиболее эффективную тактику лечения и лучшие лекарства. И каждый день, прожитый в ковид-центре, делает нас сильнее в борьбе с инфекцией. К тому же я убедился, что российская вакцина очень эффективная. Призываю и всех остальных сделать эту прививку. Только управляемая эпидситуация поможет нам победить.

– Ваш совет жителям Абхазии: как им дожить до массовой вакцинации?

– Прежде всего – набраться терпения. И соблюдать перчаточно-масочный режим. А вот посещать массовые мероприятия я бы пока не рекомендовал. Любое ограничение делает человека только сильнее. Но если врачи приспосабливаются к боевым действиям, то для родственников пациентов эта война – личная беда. Да, люди, зачастую никак не могут понять, как их родной человек, который никогда не болел, вдруг сразу попал в реанимацию, да еще на ИВЛ. Для них это настоящий шок. И когда я выхожу из госпиталя и вижу толпы горожан без масок, так и хочется крикнуть: «Люди! Если коронавируса не видно, это не значит, что его нет! Сейчас вы идете по улице без маски, общаетесь друг с другом, а потом появляетесь у нас.

– Очень мало было эмоций у медперсонала госпиталя. Какие-то они закрытые все у вас.

– Потому что они как бойцы, – объясняет врач. – Их души закрыты, чтобы работал только мозг по заданным алгоритмам. И не терял нужного напряжения, концентрации. На нашей работе нет места эмоциям, иначе удачи не видать. Но они у меня настоящие бойцы, слов благодарности не хватит за их самоотверженность. В сложное время как один показали себя достойно, врачами с большой буквы. Среди них начальник инфекционного отделения, майор медицинской службы Амир Канушкалиев, начальник терапевтического отделения, майор медслужбы Богдан Хроленко, начальник реанимационного отделения медслужбы Иван Ерёменко, начальник медицинской части, старший лейтенант Ренат Курбанов, главная медсестра Надежда Филимонова, медсестра Мария Курилкина, медбратья Замир Фарзалиев, Имран Курбанов. Наш госпиталь формировался в городе Буденновске, но врачи приехали из разных городов России. Пандемия началась в 2019 году. Первый мобильный госпиталь мы развернули в городе Буйнакске в Дагестане. Затем в Астраханской области и два раза в Абхазии. Сейчас ковид больные переносят тяжелее, чем первый раз. Это объясняется новыми штаммами. Больные плохо поддаются лечению. У них возникают панические атаки: бессонница, волнения, снижается сатурация, понижается иммунитет. Такие больные не помогают врачам, а загоняют себя в угол. Такое состояние больных отрицательно отражается на их лечении. Я врач-кардиолог, закончил Саратовский военно-медицинский институт и интернатуру на врача-кардиолога. – Несмотря на большой поток пациентов, военный мобильный госпиталь Минобороны России не испытывает каких-либо сложностей, – подключился к беседе начальник медицинской части Ренат Курбанов. – Отключения электричества или воды не влияют на нашу работу. Пансионат «Айтар» – абсолютно автономный организм, никогда не бывают перебои с электричеством и водоснабжением. Если даже отключается свет, то автоматически тут же начинает работать генератор. Никаких проблем не возникает. Также ни разу не было такого, чтобы хоть на минуту воду отключали. Нет проблем и с медикаментами. Госпиталь, в основном, обеспечен всем необходимым, а если даже есть потребность в каких-то препаратах, то на помощь приходит Минздрав Абхазии.

На территории «Айтара» расположен действующий храм Георгия Победоносца. В нём на каждой литургии молятся за всех больных не только военного госпиталя, но и всей Абхазии. Абхазия – намоленная страна, здесь много святых мест и древних храмов. Господь сохранит её народ от этого страшного вируса.

… Попрощавшись, я оставила врачей госпиталя в их ковидном водовороте. Вышла за его территорию, и по глазам ударила мирная жизнь: яркое солнце, пахучие экзотические деревья, морской воздух, компания людей, стоящая возле перекрестка без масок...

Русудан БАРГАНДЖИЯ