Покорившая высоту…

Казалось, что ей удается в жизни все. Но если проследить ее биографические даты, то можно сделать вывод: она не была приучена сетовать на судьбу, нет, но она взнуздала ее, покорив как строптивого жеребца. Словом, характер… Знала, что легких побед не бывает. Отец Салаутдин Мамашев из Атлыбоюна, сколько помнил себя, батрачил, пас скот и твердо верил в то, что, как только накопит на арбу с парой быков, почувствует себя свободным человеком и займется модной тогда среди сельчан перевозкой грузов из Порт-Петровска. А тут еще, на радость, дочь Бурлият родилась. И вот только, казалось бы, качали ее близкие в люльке, а уж подросла и уже в шестилетнем возрасте девчушка пасла скот, носила воду из родника и любила уединяться отдельно от сверстниц в лесу, чтобы послушать гулкое эхо, отдавававшее окрест, насладиться вкусом сладкой лесной ягоды, дикой груши, насобирать в подпол кизил и шиповник. Родители замечали, что дочь растет особняком от сверстниц, но списывали это на счет ее замкнутого характера. Ничего, перерастет, выдадим замуж, станет такой, как все, рассуждали родители.

Ярким событием для деревенской девчонки, вспоминала она, стал приезд американцев, чудом попавших в отдаленный горный край. Тогда в село приехали студенты и преподаватели Калифорнийского университета. Могла ли представить золушка из глубинки, что когда-нибудь увидит гостей, отплясывавших фокстрот на чьей-то плоской крыше в ответ на этнический, почти как у диких племен, как им казалось, танец. Спустя много лет Бурлият Салаутдиновна не раз вспоминала неожиданных гостей, мечтала встретиться, да не пришлось… Семья тем временем перебралась в Ленинкент, и пошла учиться девчушка в школу, впервые у нее появилась мечта стать учителем. И появилась она благодаря педагогу, которому она пыталась подражать. Он умел быть строгим и одновременно вместе со своими учениками веселиться словно ровесник. Ученики его обожали. И когда ее позвала пожить к себе двоюродная сестра, то она с радостью согласилась, мечтая поступить на подготовительный курс первого дагестанского педтехникума в Буйнакске. Она очень стремилась к учебе. Да вот беда, почти не знала русского языка и переживала, что он с трудом дается ей. Но лиха беда начало. И уже в скором времени Бурлият освоила русскую речь, с удовольствием участвовала в кружковой деятельности вместе со своими подружками, появились успехи и в спорте. И во всем она была первой. Сказывалась сельская закалка, а еще характер, не привыкла быть второй, как-то призналась она учителям, сохранив на всю жизнь лидерские качества.

А спустя два года в ее жизни произошло важное событие. Девочку, которой едва исполнилось пятнадцать, мать решила выдать замуж. Очень уж красивой была Бурлият, и многие мечтали заполучить ее в невестки. Односельчанин Саадула Ахмедханов оказался вдвое старше своей молодой жены. Но она ни разу не пожалела о браке. Добрым был ее супруг, и прожили они жизнь, которой могли позавидовать многие ее сельчанки. А самое главное, он не препятствовал ее стремлению продолжить учебу: педтехникум, рабфак, пединститут, а еще высшая партшкола. Со временем молодой педагог защитила кандидатскую диссертацию. Она часто вспоминала день, когда сдавала экзамены на первом курсе института, его омрачило известие о войне. Война… Им, еще незрелым студентам, дали время, чтобы собраться и выбрать населенный пункт, где они могли бы преподавать. Бурлият выбрала Ленинкент, став учителем географии и естествознания. Вспоминала, что очень переживала, сумеет ли справиться сама, ведь только со школьной скамьи. А когда на войну забрали директора школы, то на его место назначили Бурлият. Боялась очень, но про себя решила, будь что будет. И она должна равняться на авторитет опытных педагогов, советоваться, чтобы избежать ошибок. Работы было много, и пришлось заниматься всем, что выпало на ее долю: быть педагогом, помогать в ремонте школы, рыть вместе со своими коллегами окопы, собирать посылки фронтовикам, дежурить по ночам. Немало внимания требовалось уделять школьным программам, учить и учиться самой, набираясь практического опыта.

Но самым тяжелым для молодого директора был разговор с детьми об отцах, на которых приходили похоронки. Горевала тогда вместе с сиротами вся школа. Она запомнила с особой остротой каждый миг военного времени, и сколько бы лет ни прошло, помнила в лицо каждого педагога, ученика. За короткое время выросла в профессионального руководителя, к мнению которого прислушивались, с кем считались. Обаятельная и одновременно строгая, привлекала внимание радушием, тактом, находя то общее, что объединяет, помогает устанавливать контакт с родителями, коллегами. Шла война… Но школы, другие социальные объекты строились даже в это нелегкое для страны время. И в Ленинкенте ученики получали знания, как и в мирное время, а директор старалась превратить образовательный процесс в непрерывный и готовила из своих учеников будущих врачей, учителей, специалистов для народного хозяйства. В 1944 году в горный край прибыл один из руководителей Минпросвещения СССР и попросил направить его в горные школы. По дороге делегация завернула в Ленинкент, где московского чиновника удивил учительский коллектив, состоящий из одних девушек, а еще больше молодой директор. Тогда же он побывал на ее уроках, восхитившись учительской эрудицией, умением задействовать весь класс в учебном процессе.

Жизнь шла своим чередом… Закончилась война. Наступило мирное время. Директор Ленинкентской школы Б. Мамашева считалась одним из лучших директоров школ республики, сюда приезжали со всех концов республики педагоги, чтобы обменяться опытом. По сути школа превратилась в образовательное учреждение, где в процесс обучения внедрялись новые по тем временам методики педагогов-новаторов, для которых каждый ученик индивидуальность, которую может и должен раскрыть педагог. В трудовой книжке директора одна запись сменяла другую, подтверждая статус потенциального руководителя. Бурлият Мамашева успела побывать в должности старшего библиографа, заведующей национальным отделом, директором. Позже была избрана вторым секретарем Советского райкома партии Махачкалы, секретарем Дагестанского обкома. Тогда же решением обкома была назначена республиканским министром образования.

Бурлият Салаутдиновна вспоминала: «Когда меня представляли сотрудникам, хотя я уже не была новичком и в трудовой деятельности имела за плечами тридцать лет стажа, но, несмотря на это, растерялась. Я понимала, какую ответственность на себя беру». Немало бессонных ночей пережила новый министр, в голове крутились мысли, с чего начать. И пришла к выводу, что с самого простого, но главного. Она побывала в самых отдаленных районах республики, чтобы увидеть, в каком состоянии находятся образовательные учреждения, обращая внимание правительства республики на нехватку кадров, тяжелые условия жизни сельских учителей, отсутствие элементарных условий для школ, нелегкое положение с учебниками. Тогда она поняла, что, когда трудно, надо идти к людям. И она не ошиблась, привлекая к работе специалистов, средства массовой информации. Убедившись в потенциале молодого министра, смолкли наконец слухи о том, как рядовой директор школы сделала столь стремительную карьеру. Но ведь именно в те годы шло интенсивное выдвижение женщин-горянок на партийно-государственные должности. Женские «квоты» были вызваны самой жизнью.

Она часто рассказывала о ее знакомстве с первым секретарем обкома партии А. Данияловым: «Во время беседы я то садилась, то вставала, мяла платок в руках. Даниялов тогда спросил: «Вы что-то хотите сказать?». – Да-да, – отвечала Б. Мамашева, – у меня семья, дети, домашнее хозяйство и вдруг министр. Даниялов улыбнулся: «Айшат Магомедову мы выдвинули первым секретарем Гергебильского райкома партии, а ведь у нее детей в два раза больше, чем у вас». А после недолгой паузы поинтересовался, не против ли высокого назначения супруг. Оказалось, что нет. Она ушла тогда от него окрыленной. И для нее в дальнейшей работе всегда на передний план выходили, помимо совершенствования образовательных программ, вопросы профессионального роста молодых педагогов. А еще она билась за то, чтобы из учительского лексикона ушло словосочетание «плохие дети». Она считала пробелом в биографии учителя, если он не умеет найти общий язык с ребенком из асоциальной семьи, оказавшейся в трудной жизненной ситуации.

Постоянно работая над собой, Б. Мамашева неоднократно избиралась членом Дагобкома и махачкалинского горкома, депутатом районного и горсоветов народных депутатов города Махачкалы. Ее перу принадлежит ряд научных и публицистических работ. Помимо профессиональной деятельности, она успела поработать и заместителем председателя правления ДОО «Знание». Активный общественник, была награждена орденом «Знак Почета», многими медалями, почетными грамотами Президиума Верховного Совета и Совета министров ДАССР. И где бы ни работала, ее отличали высокий организаторский талант, исключительная принципиальность, широкая эрудиция… Образ, запечатлевший время, который останется в памяти как женщина-горянка, сумевшая подняться на невиданную высоту… Такое это было поколение.

Да, ее работу трудно было назвать парадной, скорее рутинной в стремлении во всем достичь сути. Количество школ за время ее министерского «правления» увеличивалось, но кадров все же не хватало, не спасало даже распределение в горный край выпускников из российских учительских вузов. Сколько было встреч со студентами дагестанского педвуза, когда министр просвещения не просто зазывала их в высокогорные районы, где сложилась наиболее сложная ситуация с педкадрами, а уроки математики вели учителя физкультуры, но предлагала местной власти создавать условия для школьных учителей, билась над тем, чтобы сохранялись льготы для молодых педагогов. Так какой же она осталась в памяти современников? Как единственная женщина-министр? Для многих она осталась в памяти, как человек, болеющий за дело, и не просто болеющий, но вкладывавший всю душу в то, чтобы дагестанская школа обрела облик современного образовательного учреждения, а педагоги почитали за честь обучать горских ребятишек в самых отдаленных уголках республики.

Источник: «Дагестанская правда»

Айшат Тажудинова