Каково это — быть пилотом: командир «Боинга-737» авиакомпании «Якутия» рассказал о профессии
Пилот – главное звено авиационных кадров. Высокая ответственность, стрессоустойчивость, развитая координация, глубокие познания в области техники – все это свойственно пилоту любого воздушного судна.
Каково это — быть пилотом? Сегодня наш рассказ о том, как сбылась одна мечта одного человека — Алексея Дегтярeва, командира воздушного судна «Боинг-737» авиакомпании «Якутия», интересного и компетентного во многих областях человека. И какой труд он прошел за все эти годы, идя к своей мечте.
— Как вы пришли в эту профессию? Как вышло так, что вы стали пилотом? Как к этому отнеслась ваша семья?
— Всегда любил небо и с детства мечтал о такой профессии. Когда учился в 11-м классе, уже точно решил, что хочу управлять самолётами, поэтому после окончания Мюрюнской юношеской гимназии подал документы в Санкт-Петербургскую академию гражданской авиации на специализацию «воздушная навигация», и, успешно преодолев все экзамены, медкомиссию, профотбор, был зачислен. По сути у меня сейчас два основных образования: Академию ГА окончил по специальности «инженер-штурман», а Бугурусланское лётное училище по специальности «пилот».
Мои родители хорошо восприняли — давали мне полную свободу действий, понимали, что я сознательный человек, и, если принял такое решение, значит, мне это нужно. Поддерживали меня во время учебы и после выпуска, пока я не устроился на работу, и гордятся мной. — Через сколько лет вы стали командиром воздушного судна?
— Первый раз я стал командиром в 2017 году, мне было 36 лет, на самолёте Л-410, который в народе ласково называют «чебурашка». Замечательный самолёт, на котором выполняли как пассажирские перевозки, так и полёты по санзаданиям от медицины катастроф. У меня стаж в лётной работе — 21 год, из них 10 лет летал штурманом, остальные — пилотом, налетал более 10 тысяч часов. Работал в авиакомпаниях «Якутские авиалинии», «ПАЛ», в данный момент работаю в авиакомпании «Якутия», где мне очень нравится, я чувствую поддержку дружного коллектива и стабильность, прежде всего финансовую. Это позволяет планировать своё будущее и будущее своей семьи.
Летал на самолётах Ан-24, Ту-154 и в данный момент имею допуск командира на ВС Л-410 и «Боинг-737». Я горжусь званием командира воздушного судна! Мы не супергерои, конечно, хоть иногда и можем ими показаться. Наша задача – безопасно доставлять наших пассажиров по их рабочим делам, для встречи с родственниками или друзьями, на отдых и пр.
— Что нужно молодым людям, чтобы стать пилотами?
— Самое главное — это здоровье, если здоровье хромает, то тебя не допустят к полётам, далее дисциплина, стрессоустойчивость, коммуникабельность, способность к переучиванию, знание иностранных языков и т. д.
От принятых командиром ВС решений зависят жизни десятков людей, сохранность техники и грузов. Специальность подходит исключительно собранным, стрессоустойчивым людям с отменным здоровьем, математическим складом ума и склонностями к инженерным наукам. Трудности обучения, напряженный график работы выдерживают не все. Вот почему пилотами преимущественно становятся по зову сердца, а не из прагматичных побуждений.
Всем, кто хочет связать свою жизнь с небом, желаю набраться терпения. Путь обучения и трудоустройства очень тернистый. Но в любом случае всегда помните, что нет ничего невозможного. Всё в ваших руках. Верьте в себя!
И помните, что важнее всего полностью посвящать всё время учёбе и не лениться. В конечном счёте вы не пожалеете, в небе классно! Я проверял. — Ваше отношение к молодежи, как она отличается от вашего поколения, какой нужен к ней подход?
— Сейчас молодёжь в авиацию приходит грамотная в отношении всяких гаджетов, компьютеров. В наше время нас учили летать по бумажным картам, навигационным линейкам и даже по звёздам. Сейчас я хочу, чтобы молодежь тоже хорошо умела ориентироваться в небе без GPS-приемников, потому что это всё-таки техника и ты не знаешь, когда с ней может что-то неожиданное произойти, поэтому всегда наставляю и обучаю молодых коллег.
— О наставничестве много говорят, расскажите о своих самых ярких моментах из жизни, связанных с этим, интересные случаи из процесса обучения.
— Из жизни скажу вот что, на разных типах самолётов существует своя технология работы и методика полётов, но когда я сам еще не был командиром, то всегда замечал, что у каждого командира есть свой почерк полётов, и поэтому я старался почерпнуть опыт и взять у каждого всё самое лучшее.
Вспомнить своих наставников, которым благодарен за опыт и воспитание.
Если брать с самого детства, то отец Дегтярев Павел Антонович и его младший брат, мой дядя, Константин Антонович были моими самыми главными наставниками. Благодаря их примерам, советам и поддержке я пошёл учится летать. В нашей семье никого не было из авиационной отрасли, но они научили меня быть ответственным, дисциплинированным, пунктуальным и трудолюбивым.
В Академии гражданской авиации и в Бугурусланском лётном училище были хорошие преподаватели ещё советской закалки.
Наставников было много, практически каждый инструктор и командир — как наставник. Мои наставники из разных типов самолётов: на Ан-24 это Калачёв Степан Петрович, Кычкин Револий Георгиевич, на Ту-154 — Иванов Виталий Степанович, Прокопьев Владимир Петрович, Аммосов Максим Егорович, на Л-410: Аммосов Эдуард Николаевич, Матвейчук Валерий Васильевич, Зарубин Сергей Валерьевич, на «Боинг-737»: Семёнов Андрей Афанасьевич, Борисов Георгий Владимирович, Луханин Михаил Алексеевич и многие другие. Все они дали мне бесценный опыт и дорогу в небо.
— Наставничество и обеспечение безопасности полетов — как происходит этот процесс?
— Процессе ввода в строй стажёра (второго пилота, командира воздушного судна или другого члена экипажа) закрепляют за инструктором, который в свою очередь объясняет, показывает, как и что нужно сделать правильно для обеспечения безопасности полёта.
— Какая у вас любимая модель самолета и почему?
— Все самолёты по-своему хороши, некрасивые самолёты не летают. Есть на каждом самолёте своя технология работы и методика полётов. В данный момент меня вполне устраивает самолёт, на котором я работаю, это «Боинг-737». Эта модель позволяет экипажу всегда контролировать ситуацию. Его тяговооружённость даже на одном двигателе предостаточная, может управляться без гидросистем, дисплеи очень информативные. Я чувствую, что мы с самолетом — союзники!
— Пассажир нас спрашивал однажды: «У них там автопилот же стоит в кабине? Получается, что они только взлетают и садятся, а всё остальное время сидят там и скучают». Чем занимается пилот на эшелоне?
— Этот человек немного прав. Большинство современных самолётов оборудованы автопилотом, это очень сильно разгружает экипаж, в основном пилоты выполняют взлёт и посадку в штурвальном режиме. Но скучать в полёте не приходится.
В малой авиации есть еще самолеты, летающие без автопилота, например Ан-2 и Л-410. Но и ручное пилотирование в простых и не очень погодных условиях никогда лишним не бывает, именно оно позволяет получить навык и впоследствии увереннее чувствовать самолет.
Ежедневно совершаются тысячи авиарейсов между разными городами, странами, континентами. Пилот пассажирского самолёта – человек, ответственный за жизнь и безопасность людей. Ведь полёт совершается на огромной высоте с колоссальной скоростью, и только от пилота зависит, насколько благополучно будет совершён авиарейс. В полёте пилотам обязательно нужно быть очень внимательными и готовыми всегда решить ту или иную задачу, постоянно анализировать погоду в аэропортах, по маршруту следования, следить за воздушной обстановкой, слушать радиообмен и т. д. — Экипаж постоянный? Речь о полном доверии партнёру в полёте.
— Только на стадии ввода в строй сформировываются постоянные экипажи до определенного налёта часов. Сейчас все пилоты и бортпроводники проходят обучение по предмету CRM (человеческий фактор) и при планировании экипажей отслеживается, чтобы эти пилоты совпадали по характеру. Полное доверие к коллеге обязательно, но так как нас в кабине летает двое — это командир и второй пилот, то у нас всегда идёт перекрёстный контроль друг друга: «Доверяй, но проверяй!»
— Пассажиры часто говорят: «Самолет — это такой летающий автобус. Перелеты стали обычным делом, что и волноваться не о чем». Правда работа пилота похожа на работу «летающего водителя»?
— Кто так говорит, они очень сильно ошибаются, ведь не каждый человек сможет управлять самолетом, даже водитель. А вот каждый пилот сможет сесть за баранку автомобиля, это уже точно!
— Расскажите о преимуществах новой взлетно-посадочной полосы аэропорта Якутск после завершения ее реконструкции.
— Да, наконец завершилась основная часть строительства взлётно-посадочной полосы. По сравнению со старой полосой стало намного прямее, ровнее, требуемый минимум для посадки понизился. Как вы знаете, мы до этого летали на короткую полосу, что требовало максимальной концентрации, надо было посадить самолёт на укороченную взлетно-посадочную полосу, чтобы обеспечить транспортную доступность для каждого жителя нашей республики и страны. В Якутске только командиры имели право посадить самолёт «Боинг-737». Летали профессионалы своего дела, настоящие асы, которые несли с достоинством большую ответственность при выполнении этих рейсов. Сейчас полоса стала в 2 раза длиннее и составляет 3600 метров, уже и вторые пилоты могут потренироваться на нее садиться.
— Какие существуют особенности полётов в Якутии?
— Якутский регион резко континентальный, и в основном зимой, когда морозы давят до -50 и ниже, техническому составу и самолётам приходится нелегко. Особенности полётов в северных широтах усложняются еще и малоориентирной местностью (тундрой).
— Якутия – как смотрится сверху из кабины пилота? Какие мысли обуревают вас во время рейса?
— Якутия смотрится восхитительно, когда пролетаешь над родными просторами, узнаёшь деревни, посёлки, куда когда-то прилетал и садился на маленьком самолёте. Вообще вид из кабины любого самолёта завораживает, как говорится в известной песне «Мне сверху видно всё, ты так и знай»: это не то, что смотреть в иллюминатор из пассажирского салона, один раз посмотрел и влюбился в небо, восходы и закаты, луна, звёздное небо, облака, северное сияние, звездопад (метеоритный дождь) и т. д. Перед нами часто предстают самые зрелищные пейзажи – от потрясающих атмосферных явлений до великолепных городских и природных видов!
— Много лет одни и те же дороги и виды перед глазами! Где красивее всего, на ваш взгляд, при заходе на посадку?
— В авиации так говорят нет абсолютно одинакового полёта, все полёты разные, хотя проходят по одним и тем же маршрутам. Мне горы нравятся, когда пролетаешь над ними такая мощь ощущается. Например, полёт в Сочи, в хорошую погоду можно увидеть Эльбрус, ещё Усть-Нера нравится, заход между гор. В Сеул нравится летать, 3 параллельные полосы, диспетчера работают чётко, бывало нас заводили параллельно с другими бортами, бок о бок на разные полосы.
— Можете выделить три российских аэропорта, куда вам больше всего нравится прилетать как пилоту и почему?
— Первый порт, конечно, Якутск, потому что возвращаюсь домой.
Второй – это Пулково, диспетчеры, бывает, заводят на максимальных скоростях с минимальным интервалом между самолётами.
Третий порт – Хабаровск, потому что угол наклона глиссады 2 градуса 40 минут, как в старые добрые времена.
— Какие порты, наоборот, не нравятся и почему?
— Таких нет, все порты по-своему красивы и схемой захода, и особенностями. — Когда любите вылетать — утром или вечером и почему?
— Люблю вылетать утром или после биологической ночи, когда ты полностью отдохнул перед рейсом.
— А были экстремальные ситуации в полете?
— Не было. Современная авиационная техника достаточно надёжна. Мы летаем на самолётах иностранного производства, и к технике вообще придраться практически нельзя. Авиакомпания «Якутия» за состоянием своего флота очень внимательно следит, поэтому самолёты ухоженные и в хорошем состоянии. Ну и, конечно, все экстренные ситуации отрабатываются на тренажёре, и каждый лётчик к ним готов. И определённый алгоритм действий для подобных случаев у него всегда есть в уме.
— Из летной практики: расскажите несколько случаев, которые вы запомнили на всю жизнь.
— Как-то посчастливилось полетать на самолёте Як-52 с инструктором. Крутили высший пилотаж, выполняли мёртвую петлю, штопор, колокол, бочки, полубочки и т. д. Очень понравилось, я был в восторге.
— Некоторые пассажиры тяжело переносят болтанку и винят в этом пилота. Вчера хорошо летели, а сегодня… Как вы к этому относитесь?
— В зоне турбулентности я всегда летаю на рекомендуемых скоростях. То, что самолёт болтает, — это не пилоты виноваты, а погода, ветер, температура, давление и т. д. Ощущение болтанки сильнее чувствуют пассажиры, которые летят на небольшом самолете. На мощном авиалайнере пересечение зоны турбулентности пассажиры практически не почувствуют. Пассажирам я бы посоветовал следовать рекомендациям бортпроводников, и тогда вы безопасно переживете небольшой дискомфорт, который доставляет болтанка.
— А вы, живя взлётами и посадками, нормально переносите перепады давления?
— Пока да, ВЛЭК прохожу без диагноза. Для этого делаю по утрам зарядку, посещаю спортзал с кардиотренировками Cycle, тренажёрный зал (без фанатизма) и питание должно быть здоровым и в меру.
— Были ли моменты, когда вы могли уйти в другую профессию?
— Не было, авиация — сама по себе такая область, которая очень сильно затягивает людей, но всегда лучше иметь запасной вариант как запасной аэропорт, потому что здоровье у человека невечное, нужно его всегда поддерживать, тренировать свой организм, держать в тонусе.
— Роль семьи, родных сегодня в вашей жизни. Есть ли у пилотов личная жизнь?
— Сейчас я женат, супругу зовут Надежда, и у нас трое детей: Павел, Миша и Алина. Конечно, после того как я стал летать в большой авиации, начал частенько расставаться со своей семьёй — от нескольких дней до месяцев. Но моя семья меня во всём поддерживает и обеспечивает хороший тыл.
— Папа-пилот — это часто отсутствующий или спящий перед рейсом или после рейса человек, как удается совмещать работу, семью и детей?
— За все годы моей работы жена — самая большая опора и поддержка. Все люди ко всему привыкают. А дети с каждым прилётом растут и растут, вот в этом минус полётов на большой технике, то, что ты улетаешь на энное количество дней и не видишься с ними. А в малой авиации утром улетел — вечером прилетел домой. Тем не менее я обожаю то, чем занимаюсь, и получаю от своей работы огромное удовольствие. — Есть ли у вас свое персональное приветствие для пассажиров, если да, то какое?
— В авиакомпаниях есть стандартная «Информация командира ВС для пассажиров», и есть там фраза: «Меня зовут (фамилия и имя)», а я ещё добавляю «моего коллегу зовут (фамилия и имя)». Бывает так, что летят знакомые второго пилота, и они радуются за него. Бывает, читаю поздравления с днём рождения, днем свадьбы и пр.
— Почему томатный сок в самолете вкуснее, чем на земле? Какой сок предпочитаете пить вы? Что выбираете курицу, рыбу или мясо, почему?
— Никогда не задавался этим вопросом. Я предпочитаю пить апельсиновый сок, если нет апельсинового, то яблочный. Каждый рейс выбираю разное меню, зависит от аэропорта. В одном аэропорту одно вкусно, во втором другое. А вообще нас очень хорошо кормят: салат, рыбная, овощная, мясная закуски, десерт, хлеб, горячее на выбор.
— Есть свои приметы или суеверия?
— Когда подхожу к самолёту, здороваюсь с ним обязательно, у каждого самолёта есть своя душа как будто.
— Расскажите о своих хобби, увлечениях. Чем вы, кроме работы, занимаетесь?
— Люблю прямо всё делать своими руками. Занимаюсь спортом. С прошлого года начал учиться ездить на эндуро-мотоцикле, хотя на мотоцикле умею ездить с детства, только в те времена были совсем другие мотоциклы. Эндуро — дисциплина мотоспорта и класс мотоцикла, предполагающие агрессивный стиль езды по бездорожью и на специализированных спортивных трассах, начиненных бревнами, валунами и другими препятствиями, в зависимости от сложности соревнований. В этом году участвовал в 2 соревнованиях, где занял 7-е и 3-е места. — Если пассажиру понравился полет, и он хочет поблагодарить командира экипажа — как это лучше сделать? Не всегда же у командира экипажа есть возможность самому выйти проводить пассажиров.
— Пассажиры обычно хлопают после посадки, если полёт понравился, но в кабине мы их не слышим, бортпроводники передают слова благодарности от пассажиров. Есть ещё книга отзывов и предложений.
В целом к аплодисментам отношусь с пониманием. Думаю, для кого-то полет может быть сильным стрессом, а хлопанье в ладоши — разрядкой. Способом показать своему организму, что мы на земле и в безопасности.
— Что для вас счастье?
— Для меня счастье — это когда все здоровы, есть любимый человек, дети растут, мечты сбываются и, конечно же, полёты.
Текст: Елена Мельникова
Фото: Алексей Дегтярев, личный архив