Почему в Орске на обеды младшеклассникам выделяется меньше денег, чем в Оренбурге? Мнения двух депутатов городского Совета
Как стало недавно известно, на питание школьников младших классов в разных муниципалитетах Оренбургской области выделяются разные деньги. Из федерального и областного бюджетов любая школа – хоть она находится в Оренбурге, хоть в Кваркено или Бугуруслане – получает одну и ту же сумму: 54 рубля 88 копеек на одного ученика в день. А вот муниципальные доплаты могут отличаться: например, в Оренбурге город накидывает сверху 5 рублей, а в Орске – всего 53 копейки. Почему так получается? Как, вообще, формируется стоимость школьного питания? Об этом с корреспондентом Урал56.Ру согласились поговорить 2 депутата Орского горсовета. Один из них, Вячеслав Ращупкин, является директором школы и, соответственно, знает ситуацию изнутри; другой, Игорь Битнер, возглавляет депутатскую бюджетную комиссию и лучше своих коллег должен разбираться в вопросах финансирования соцучреждений.
Вячеслав Ращупкин: «Сама система перевернута с ног на голову»
Вячеслав Ращупкин
Павел Лещенко: —Вячеслав Александрович, как вы понимаете, почему оренбургским детям выделяется на 4,5 рубля больше денег? Откуда вообще могла взяться такая разница?
Вячеслав Ращупкин: — Если бы система была устроена нормально, такого произойти не могло бы. Цены на продукты что в Оренбурге, что в Орске плюс-минус одинаковые. Если бы мы исходили из того, что нужно детям, из потребностей исходили, то и суммы были бы одинаковыми. Но система перевернута с ног на голову, и мы исходим не из того, что надо детям, а из того, что им можно дать.
Павел Лещенко: — Объясните.
Вячеслав Ращупкин: — Вообще, в идеале должно делаться так. Существует детально разработанный СанПиН: сколько калорий должен получать ребенок в школьном питании, из каких продуктов должно состоять питание, и т.д. Вот на основании этого СанПиНа мы составляем меню. В первый день – столько-то граммов перловки, столько-то свинины, столько-то чая с сахаром, ну, и так далее. Второй день – столько-то макарон, столько-то рыбы… Вот, составляем меню на 10 дней – потому что через 10 блюда могут повторяться, не чаще. Потом, исходя из этого меню, разработанного в соответствии с СанПиНом, мы считаем, сколько на каждого ребенка нужно продуктов: сколько граммов того, другого… Далее вбиваем рыночную цену: сколько каждый из этих продуктов стоит в реальности. Потом на эту стоимость накидываем стоимость приготовления. Если это, например, яблоко, и его нужно просто доставить и помыть, одна наценка; если это рыба, которую нужно жарить, – другая. Это все не из головы, есть формулы утвержденные, они давным-давно работают… В общем, в конце концов мы получаем конкретную сумму: за этот 10-дневный цикл каждый ребенок «съедает» столько-то рублей. Делим на 10 – получаем, сколько ему нужно в среднем на день. И вот после всего этого мы умножаем сумму на количество учебных дней, на количество учащихся – и только тогда понимаем, сколько той или иной школе нужно на питание учеников. Вот эта сумма передается в администрацию, в управление образования: я, как директор, ставлю свое руководство в известность: чтобы мои ученики получали питание в соответствии с законом, мне надо столько-то денег. И уже руководство, исходя из моих данных, данных, которые передали другие директора, вбивает в бюджет сумму: на питание школьников города Орска нужно только-то. А дальше финансисты работают над бюджетом, думают: а где эти деньги взять? Из каких доходов, каких поступлений? Вот так должно быть. И во многих муниципальных образованиях, я с коллегами со всей России общаюсь, изучаю опыт, именно так дело и обстоит.
Павел Лещенко: — А у нас не так?
Вячеслав Ращупкин: — Нет, не так. У нас все перевернуто с ног на голову. Нам говорят: «Так, на питание выделено столько-то денег, давайте думать, как будем выкручиваться». И мы выкручиваемся. А как выкрутишься, если тех денег, что выделили, просто не хватает? Способ-то один только: удешевлять. И потом приходят с проверкой: а каши-то, условно, должно быть 100 граммов на тарелке, а взвесили – ее только 80. И продукты, понятно, покупаются подешевле, ну а с дешевизной и качество какое, сами понимаете. А в итоге отвечает за все кто – директор! С директора и спрашивают: прокуратура, санэпидемстанция, и прочие, прочие. Но что в этой ситуации может сделать директор? Не он разрабатывает бюджет, и утверждает тоже не он.
Павел Лещенко: — Депутаты утверждают. Вы – депутат.
Вячеслав Ращупкин: — Да, и как депутат, я много раз эту проблему поднимал, мы и круглые столы проводили, много говорили, только ничего разговоры не дали. На все ответ один: «Мы дотационный город, что дадут – на то и живем»… И, кстати, если про бюджет говорить, то бюджет-2021 я вообще отказался принимать, я даже не стал голосовать, если помните – ушел из зала. По этой именно причине.
Павел Лещенко: — На эти слова ваши оппоненты ответят: «Критикуешь – предлагай. Надо перекинуть деньги на питание школьников – скажи, где забрать лишние».
Вячеслав Ращупкин: — Во-первых, искать финансирование – это работа городской администрации, она на то и создана. Не директор и даже не депутат должен такие вопросы решать. Во-вторых, на прошлом заседании горсовета я уже отвечал на этот вопрос. Довольно подробно перечислил, на чем вообще без потерь можно сэкономить: зачем нам содержать на зарплате заместителя председателя горсовета? Зачем платить каждый месяц нескольким сотрудникам городской избирательной комиссии, если закон позволяет обходиться без этого? Зачем нам этот бизнес-инкубатор, который обходится дорого, а толку от него не очень много? Я уж не говорю про затраты на автотехнику и ее обслуживание… Много было конкретных предложений.
Игорь Битнер: «Главное не деньги, а то, что дети получают качественное питание»
Игорь Битнер
Павел Лещенко: — Игорь Геннадьевич, есть официальные данные: Орск выделяет своим ученикам меньше денег, чем Оренбург. Вы как-то можете это объяснить?
Игорь Битнер: — Президент сказал, что мы обязаны обеспечить детей полноценным питанием. Не денег выделить какое-то определенное количество, а питание должно быть качественным. Я, когда к вам собирался, запросил официальную информацию, вот, смотрите. Одна из орских школ – вы номер видите, и я вижу, но называть давайте не будем, это все-таки для внутреннего пользования документы… Так вот: на завтрак орской школе выделяется 55 рублей 43 копейки. В итоге мы получаем: масса – 685 граммов, энергетическая ценность – 764 килокалории. В Оренбурге, тоже не будем школу называть, на завтрак выделяется 59 рублей 88 копеек, его масса – 435 граммов, ценность – 450 килокалорий. Получается, что денег орскими школами тратится меньше, но питание более сытное. Дальше смотрим… Обед. Та же орская школа получает все те же 55 рублей 43 копейки; вес порции – 760 граммов, ценность – 795 килокалорий. В Оренбурге на обед выделяется уже 112 рублей 5 копеек, но вес – 700 граммов, ценность – 665 килокалорий. То есть, опять-таки, денег уходит намного больше, но питание хуже, чем в Орске. Во всяком случае, менее сытное. При этом в Орске в меню и фрукты есть, в Оренбурге их нет… Я сейчас не готов ответить, почему так получается. То ли в Орске продукты дешевле, то ли те подрядчики, кто снабжает орские школы питанием, лучше распоряжаются средствами – не могу утверждать. Но факт есть факт: обязанность по обеспечению младших школьников качественным питанием, в объеме, необходимом для гармоничного развития, исполняется. Это главное. А сколько на это денег уходит – уже, согласитесь, детали. Кстати, и в других муниципалитетах, кроме Оренбурга, доплаты точно такие же, Орск в этом плане не одинок.
Павел Лещенко: — Можете как-то прокомментировать утверждение своего коллеги: он настаивает, что бюджет должен формироваться снизу, от потребности, а у нас получается сверху – от возможности…
Игорь Битнер: — Да, финансирование Орску спускается преимущественно сверху, это так. Город у нас дотационный, это ни для кого не новость. Так устроена система распределения налогов, и на сегодня это рабочая система, я могу сказать. Конечно, бюджет должен быть народным, мы должны слышать инициативы, обрабатывать их… И это делается. Но все не так просто. Недостаточно крикнуть: «На то-то и то-то нет денег, кошмар!». Надо не просто крикнуть, но и решить вопрос – именно в этом работа депутата заключается, я так понимаю.
Павел Лещенко: — А можно пример? Вот, допустим лично вы обнаружили проблему – и сумели решить ее?
Игорь Битнер: — Не люблю хвастаться: я то сделал, я это сделал… Но, если нужно, чтоб свои слова подтвердить, то пожалуйста. Помните, принимались у нас меры для поддержки бизнеса в период жестких ограничений из-за пандемии? Государство предоставляло помощь и, если предприятие сохранит не менее 90% рабочих мест, можно было эти деньги не возвращать, но, если численность потеряна, то надо вернуть…
Павел Лещенко: — Помню, конечно.
Игорь Битнер: — И вот я, как предприниматель, понимал: хорошая мера, но только для организаций покрупнее, где работает хотя бы 20-30 человек. А если парикмахерская? Или шиномонтажка? Или еще какой мелкий субъект предпринимательства, где работников всего 3-5 человек? Один по какой-то причине уволился – переехать задумал, или просто работу сменил – и все, он один – это 20 или 50% персонала! А у нас таких мелких ИП в городе много, на них вся надежда, их холить и лелеять надо! Я обратился к главе, обошел все кабинеты администрации: давайте внесем изменения: «при численности персонала 10 и менее человек средства не возвращаются, если будет потеряно не более 1 рабочего места». Мне отвечали: «Хорошо, но это не предусмотрено ни федеральными актами, ни областными, нам в городе надо искать средства». В итоге мы добились выделения 3 миллионов рублей именно на эти нужды. Из внутренних городских резервов. Я и сейчас считаю, что это очень правильное было решение, оно позволило многих предпринимателей выручить, много рабочих мест спасло… А можно же было по-другому поступить, очень просто: приехать к вам, собрать пресс-конференцию, вывалить на журналистов проблемы – и все. Мне – пиар, вам – тема для статьи, а как будет решаться проблема – все равно, да? Вот я считаю, это неправильно. Ставишь вопрос – участвуй в решении, и тебе помогут. Так должен депутат работать.