Рустам хазрат Хайруллин о том, как жили мусульмане в Советском Союзе

«Имамы платили тысячу рублей, чтобы помолиться в пятницу»

– Рустам хазрат, как советские мусульмане читали намаз?

– Во времена Советского Союза мы помним много хорошего. Я сам тогда был еще октябренком. Когда уже был имамом в Бугульме, мы написали книгу «Азан в Бугульме: прошлое и настоящее». Мы перелопатили архивы – как же это все-таки было? Самое плохое, что было в Советском Союзе, – они подняли руку на веру. Разрушались церкви и мечети, срезались минареты, закрывались медресе, имамов ссылали и расстреливали – религия была «опиумом для народа». Конечно, в ту бытность не разрешались молебны, намазы, мечетей не было.

Например, после 1937 года в Бугульме не осталось мечетей. Мы знаем, что на территории Татарстана осталось всего 13-15 мечетей (историки говорят по-разному). В Казани молиться разрешали только в мечети Марджани, все остальные были закрыты. А если в городе нет мечетей? Мы нашли архивные фотографии, на которых видно: наши деды расчищали снег возле кладбища и, прячась, праздновали Ураза-байрам и Курбан-байрам. Я помню еще тех аксакалов, которые рассказывали, как рядом стояли люди с блокнотами и что-то отмечали. В основном эти верующие были пожилыми людьми, но если это был молодой человек, на политсобрании его поднимали и говорили, что так нельзя, угрожали исключить из партии.

Были гонения. Наши аксакалы также рассказывают, что у государства просили: «Вот мой дом, давайте мы будем молиться здесь хотя бы раз в неделю, по пятницам?» Тогда на хозяина этого дома возлагался налог, который назывался «замир». В то время он составлял тысячу рублей (машина стоила 2-3 тысячи). Чтобы собираться раз в неделю в этом доме, они аккумулировали такие огромные средства.

Поэтому каждый решал эти вопросы как мог. В то время могли написать донос друг на друга, пожаловаться, оклеветать, и за это человеку могло достаться.

– Как советские мусульмане держали уразу?

– Ураза – это отдельный вопрос, потому что никто не видит, держишь ты ее или нет. Но я помню, как мама рассказывала мне, что когда они приходили в школу, стоял человек с ведром воды и каждому давал попить, чтобы нарушить пост. Такое было, и те, кто это делал, сейчас об этом сожалеют, потому что вера ничему плохому не учит, особенно ураза и намаз. Только порядку и доброте. Если бы в то время не оставили веру, мы бы, наверное, увидели золотой век.

– Как советский быт влиял на обряд хаджа?

– На территории Советского Союза было несколько мусульманских республик. В каждой из них только одному человеку разрешалось покинуть территорию Союза, чтобы совершить хадж. Хотя Саудовская Аравия, как и сегодня, давала квоту один человек на каждую тысячу мусульман. Если у нас в стране 25 млн мусульман, значит, в этом году едут 25 тысяч паломников.

Во времена Советского Союза мусульман было намного больше, потому что в состав СССР входили Таджикистан, Узбекистан и другие мусульманские республики. Наверняка Саудовская Аравия давала большую квоту, но ехали только по одному человеку от одной мусульманской республики.

В Москве оставили мечеть, в Казани тоже, у нас все равно были контакты с мусульманскими странами. Как и сейчас, мы были повернуты на Восток. Когда приезжала делегация, им показывали мечети. Этот мост не полностью сожгли.

«Вера ничему плохому не учит, особенно ураза и намаз»

Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»

«Ты работаешь всего два дня, а тебе уже мечеть мешает»

– Что представлял собой муфтият в царские годы и во времена СССР?

– Российская империя – светское государство, еще до Советского Союза. Екатерине II нужно расширять страну, идти на Восток, в мусульманские страны. Надо как-то с ними контактировать. У мусульман всегда было управление. Пусть не всегда официальное, но в каждой мечети был имам, из этих имамов всегда выбирали старшего. По исламу всегда была строгая вертикаль власти. Даже когда государство этого не принимало, эта вертикаль существовала. Екатерина II эту вертикаль официально признала. Она поставила Духовное управление в Оренбурге.

В Советском Союзе тоже понимали, что мусульмане есть, на Марс они не переехали. Хотя и осталось мало мечетей, но ими как-то нужно управлять. Поэтому осталось Центральное духовное управление, остались духовные управления Азии и Северного Кавказа (до конца 1980-х годов существовали ДУМ европейской части СССР и Сибири, ДУМ Северного Кавказа, Среднеазиатское ДУМ и ДУМ Закавказья, – прим. Т-и). Почему так разделили – потому что разный менталитет.

– Как в СССР отмечали Курбан-байрам?

– В советское время отмечали, если на то была возможность. Прекрасно помню, как рассказывал отец, что народ был обложен налогом. Есть корова или нет, ты должен был сдать молоко, масло, шерсть, яйца и так далее. Народу было тяжело, это был период становления Советского Союза. Если была возможность, как-то делали курбан у себя в огороде, старались собрать близких. Если нет мечети, где-то возле кладбища читали праздничный намаз, но, конечно, за это могло потом достаться. В каждом селе или городе проводили по возможности. Но везде, где собирался народ, обязательно стоял кто-то с блокнотом, чтобы отдать этот список «туда, куда нужно».

– К каким хитростям прибегали мусульмане, чтобы сохранить веру?

– Конечно, были разные хитрости, но наши аксакалы были активны. Они все участники Великой Отечественной войны, защитники Родины. Из истории одной мечети: стоит «скелет» мечети, минарета нет, внутри радиоузел. Примерно 1960-е годы, аксакалы едут в Казань с письмом: «Мы защитники Отечества, просим вернуть это здание мусульманам». Казань говорит, что это решает Москва. Но аксакалы дошли и до Берлина, поэтому они садятся в поезд до Москвы, объясняют руководству, получают положительный ответ. Но история такова, что когда аксакалы возвращаются, эту мечеть уже сносят. Вроде бы получили разрешение, но мечети уже нет. Хитрость была и с той, и с этой стороны.

Была другая история. Один аксакал рассказывал про своего старшего брата, который был руководителем в райцентре. Из Казани в село приехал новенький по национально-политическим вопросам. В селе стояла мечеть, и на каждом собрании новенький говорит, что нужно ее закрыть. И, так скажем, «первый секретарь» обращается к заместителю: «Абдурахман, тебе мечеть мешает?» «Нет», – отвечает заместитель. «Абдулла, тебе мечеть мешает?» «Нет», – снова отвечают секретарю. «Ну вот, а ты два дня работаешь, а тебе уже мечеть мешает». Так мечеть и сохранилась. Что было с этим человеком, как его покарали за сохранение мечети, история уже умалчивает, но мечети, Ураза-байрам и Курбан-байрам сохранялись на таких личностях.

Здесь нужно вспомнить и про жен имамов, абыстаев. Мужчинам все равно влетало жестче. Женщины могли собраться на чай и провести, например, Курбан-байрам. В советское время, действительно, абыстаи – это те, кто сохранил то, что мы видим сегодня.

«Абыстаи сохранили в советское время то, что мы видим сегодня»

Фото: © Султан Исхаков / «Татар-информ»

«Убрали религиозную терминологию, а крестики и полумесяцы остались»

– Государство посягало на деньги прихода?

– Наверное, пожертвования не трогали, а облагали налогом, как я уже говорил. Это огромная сумма, и в мечети она, наверное, не собиралась. Но аксакалы все равно аккумулировали эти деньги, чтобы люди могли молиться и чтобы хотя бы те мечети, которые остались, существовали дальше.

– Где мусульманин мог взять халяльную еду?

– В бытность Советского Союза, и огромная благодарность за это государству, было развито сельское хозяйство. Даже мы, городские люди, старались получить свои 4-6 соток. Там выращивали что могли, кто-то даже заводил курочек для яиц и мяса. Конечно, халяльной колбасы в то время не было, но колбаса в принципе была в дефиците. Это сейчас мы можем увидеть множество яств халяльных и нехаляльных. Наверное, тогда ели более натуральные продукты, мясо забивали сами. Люди находили пути – кто хочет, тот найдет путь, кто не хочет, найдет причину. Есть множество людей, которые говорят: «Хазрат, все, нет халяльной колбасы, я буду есть нехаляльную». Есть такие люди сейчас и были тогда.

– Почему на кладбище разделяли русских и татар?

– Только сейчас вернулись мусульманские и христианские кладбища. Тогда были татарские и русские. Все равно кто-то из вышестоящих верил, все они выросли с бабушками и дедушками, окончившими медресе, умевшими писать вязью и латиницей, читать на кириллице – они знали веру. Их внук вырос, стал [партийным] секретарем. Терминологию религиозную убрали, но по факту крестики и полумесяцы остались. Тем, кто смог тогда устоять, мы бескрайне благодарны.

«Только сейчас вернулись мусульманские и христианские кладбища. Тогда были татарские и русские»

Фото: © Ильнар Тухбатов / «Татар-информ»

«Советских имамов отправляли в ссылки и расстреливали»

– Могли ли сжечь Коран? Заставляли ли мусульман есть свинину?

– Конечно, это все было. Не хочется все это вспоминать, чтобы это никогда больше не возвращалось.

В родной деревне моего отца я как-то зашел на кладбище. Там стоит столб, на котором множество имен. Я спросил дядю: «Что это?» Он сказал, что имамов отправляли в ссылки, а здесь их расстреливали и хоронили в общей могиле. В память о них установили столб. Каждый год мы стараемся посещать это место.

Даже у нас в Казани рядом с зоопарком есть кладбище, где при входе стоит стенд, на котором русские и татарские имена расстрелянных и похороненных в общей могиле. К большому сожалению, во многих селах и городах это есть, и мы должны знать и помнить об этом, чтобы эта большая беда больше не вернулась на нашу землю.

– Как советский период изменил обряд никаха?

– Рассказывал один из тех, кому читали никах. Во времена моей молодости он уже был аксакалом. Его с будущей супругой увезли в родную деревню, все втайне, без «помпезности», ведущих или банкетов. Там мулла прочитал никах, и они вернулись обратно в город. Его мама была педагогом, и на следующий день ее отчитали на собрании. За это ругали, за это могли исключить из партии, уволить с работы, и это наверняка ложилось пятном в личном деле. С тех пор, наверное, и пошел обычай проводить никах у невесты.

До революции, до того, как создали ЗАГС, всю регистрацию вели мечеть и церковь: рождение, бракосочетание, смерть. Мы поднимаем старые тетради мечетей, и там все прописано. Само собой, когда пришло советское время, ЗАГС уже официально стал регистрировать брак, и никах «ушел в тень». Но, конечно, каждый имам знал условия: махр, свидетели – и старался их соблюсти.

Мы помним, в ту бытность молодые люди рассказывали: имама не было, читала бабушка. Действителен ли такой никах? Конечно, он действителен, особенно в советское время. Но сейчас так «хулиганить» нельзя.

«Оставались Центральное духовное управление и некоторые другие ДУМ»

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

«Аксакалы держали в руках раскаленный уголь веры»

– Как советский период повлиял на татар-мусульман?

– Повлиял так, что аксакалы того времени стали крепче. Помните стих: «Богатыри, не то, что нынешнее племя». Когда было нельзя, они добивались разрешения на строительство мечети. Они жили без денег, но находили их, чтобы построить ее. Рассказывали, что когда строили одну мечеть, материал был, но не было денег, или деньги были, но не было материала. Они брали стопку паспортов, ехали на кирпичный завод и на каждого выписывали кирпич.

Помню, когда я был молодым имамом, аксакал мог зайти в кабинет, закрыть дверь, жестко отругать за какую-то провинность, «объяснить жизнь». Но когда аксакал выходил, он больше никогда это не вспоминал. Если кто-то что-то говорил про аксакала, его «съедали»: «Про кого вы это говорите, про имама? Нельзя, грех!» Хотя пять минут назад аксакал сам его отругал за то же самое, но другим никогда не разрешали.

Я лично за себя рад, что я видел этих аксакалов, которые в то непростое время держали веру. Я беру у них уроки для себя, я рад, что прошел их школу. Пусть Всевышний дарует им самый великий из раев. Когда я слышу, что у кого-то дед был имамом, но их историю они не знают, я прошу, узнайте, как им было тяжело.

Пророк в одном из изречений говорит, что наступят времена, когда люди будут держать веру как раскаленный уголь. Нашим имамам пришлось держать этот раскаленный уголь.

Комиссия приехала закрывать одну из мечетей и спрашивает, кто имам. Один говорит, что он имам, другой говорит, что он имам, – община сделала так, что главный имам жил в тени, и, чтобы ему не досталось, каждую неделю члены махалли передавали друг другу пост имама.

Пусть Всевышний даст им самый великий из раев, они держали в руках раскаленный уголь.

***

Оставляйте в окне под текстом свои вопросы на тему ислама – Рустам хазрат даст на них подробные ответы, и мы покажем их в следующих подкастах.

ДРУГИЕ ВЫПУСКИ: #ЧАЙ С ХАЗРАТОМ