25 лет у руля Наукограда… Георгий Полнов.
Памяти Человека… Георгий Фёдорович Полнов 25 лет в руководстве города Димитровград. Патриот и профессионал. Внучка ветерана и руководителя, Валерия Ртищева, вспоминает, о жизни и личном легендарного человека.
…Для меня, именно дед является примером руководителя, — откуда, казалось бы, мне знать, какой он был руководитель). Да я, можно сказать, выросла у него в кабинете. Ну и у бабушки в кабинете глав. врача детской поликлиники конечно тоже. Говорят, меня подержали на ручках все Герои советского союза и космонавты, я есть на фотках всех парадов и открытий, — ничего не помню!
Зато помню, как он проводил планерки, какие давал указания, как обсуждали отопительный сезон, знала, что соц.город отапливается не тэц, а реактор подогревает воду, дороги, трубопроводы, политика, замы, два водителя, секретари, три дамы, учили меня печатать, всех помню, и его кабинет, и Горком. Мне было 1-9 лет.От Горкома до дома, — светлая 3х-комнатная квартира в 4х-этажном доме с двумя холодильниками, второй был нужен, чтобы было где хранить еду для гостей, у бабушки всегда в морозильнике были пельмени на случай, если кто-нибудь резко явится к деду в гости, так можно было, да, — идти 10 минут, но мы шли минимум полчаса, потому что с каждым здоровались и с половиной останавливались поговорить, обо всем, дед всех знал, слушал, всеми интересовался и помогал.
Удобные лесные дорожки были выстланы плиткой по тем тропинкам, которые проложили люди после заселения в район, который построили для НИИАРа, который строил брат деда. НИИАР и соц.город появился, потому что дед на войне дошёл до Австрии, был впечатлен Европой на всю жизнь, стал изучать историю, политику и искусство, знал, что для того, чтобы город жил, нужна работа, — заводы, фабрики и сельское хозяйство, — в каждом районе по заводу, такая была цель, и однажды он поехал к Курчатову. Встречу организовал брат бабули, который тогда работал директором авиационного завода в Москве (а затем он был зам.министра авиационной промышленности). На встрече дед рассказал Курчатову про Мелекесс, и так сложилось, что в городе построили реактор. (О встрече я узнала из книги, которую написал мой дядя, зять, получается, деда, а дед сам об этом не рассказывал). По-разному относятся к реактору, я слышала всякие мнения, однако факт, Димитровград — это город. Он стал таким городом благодаря деду.
Потом был ДААЗ, хим. завод, фабрика, потом были болгарские дома и история с дружбой между городами и переименованием Мелексса в Димитровград в честь Георгия Димитрова, а у нас осталось с полсотни болгарских рушников и десяток деревянных баночек с пробниками болгарской розы.Рабочая Волга, на которой мы ездили поздно вечером из Ульяновска, после длинных «совещаний» в обкоме (кто знает, тот поймёт, почему кавычки), была чёрная, помню. По дороге мы заезжали в лес, посмотреть на красоту, ну и вдруг грибы, потом получали от бабушки по первое число. Иногда «мы работали», в смысле дед работал, а я болталась, в исполкоме в центре Димитровграда, там тоже был кабинет.
По выходным мы садились в его единственную личную белую Волгу (которую, со слов мамы, он даже не хотел покупать, чтобы не выделяться, но водители его уговорили), включали музыку, — и в поля, проверять урожай, как он там, — дед меня учил оценивать зерно на готовность и качество, вы только подумайте! Ну или всей семьей за грибами, тогда дорогой руководила бабуля конечно, ну или на пляж, на Черемшан, или на «дачу», 3 сотки и летний домик 3*4, с редкими сортами яблонь, ранеткой, белым наливом и потом сливой ещё, сажал и растил сам, рыбу ловили в протоке, было, а в баню мы ходили к сторожу-татарину, у него была собака Шарик, сторож звал меня Лира, на свой манер, а дед неплохо знал татарский, потому что в детстве вся его семья год жила в Бугульме, когда тут в Поволжье был голод. А ещё раньше они жили в Гурьеве, который сейчас Атырау, знали казахский и владели заводами и пароходами в буквальном, не переносном смысле, судоверфью и флотилией то есть, ну, до репрессий. После, уже в Мелекессе, прадед сделал хобби профессией, фотографировал, в том числе на войне, а потом и дед тоже работал в студии, делал ретушь, вывески для магазинов и прочие художественные работы, собственно, он научил меня, сестру и брата и фотографии тоже. (А ещё после войны говорил на венгерском, играл на аккордеоне и вроде бы даже на пианино, научился сам.)
Вечерами после работы мы садились на пол к шкафу с огромными книгами по искусству и рассматривали картинные галереи Дрездена, Москвы, Мадрида, Парижа и итальянские конечно, — приехала я в падуанский дворец, а там моя любимая Camera degli sposi из детства живьём. Не то чтобы я очень хотела это знать, дети не такие, — дед специально усаживал нас, показывал и рассказывал. Представляете, сколько времени он нам уделял, будучи главой города.
В 85 году, в начале перестройки, пришли изменения, пошла волна против всех подряд управленцев-коммунистов, часто откровенное враньё в прессе, и дед ушёл в отставку. Могу ли я сказать, что он и вся семья это как-то тяжело переживали? Наверное что-то такое было, но на нас, детях, это никак не отразилось. Мне было девять, мы стали чаще ходить в гараж, фотографировать все подряд, проявлять пленки и печатать фотки. Летом дед гнал сок из яблок, много сока из яблок). Мы собирали мне собрания сочинений Ключевского, Соловьева и 12-томник «Великая Отечественная война», и дед помогал мне писать олимпиады по истории.
И занимался общественной работой до конца жизни, постоянно ходил на какие-то советы, совещания, мероприятия. Однажды он сказал, — здесь рядом построят центр радиологии, единственный в России, один из нескольких в мире. Я сказала, — да не может быть (у меня был период отрицания). А он мне — ты просто не знаешь. И вот же строят. Что-то долго, правда.Спустя 14 лет после отставки деду присвоили звание почетного гражданина города, а потом области. На доме висит табличка, а Сергей Иванович Морозов, когда стал мэром Димитровграда, а затем губернатором, я знаю, не раз бывал у него в гостях, просто так и на праздники-юбилеи. Однажды я даже присутствовала, мы уже жили в Самаре, Даше было 7, Саша только что родилась, и я была не очень в курсе, кто пришёл в гости к деду). Все у нас было просто, в общем, гостей всегда было много.
Сама для себя я считаю, что дед был в руководящем составе города Димитровграда 25 лет, а не 18, с момента, как стал работать на руководящей должности в Горкоме.
А Волга та белая стоит у нас в гараже. Была идея сделать памятник из неё, как антикоррупционный символ), но что-то замылилась тема, может быть просто починим и будем ездить, а может быть и нет.)…»
Полные воспоминания опубликованы в книге «Воспоминания Полнова Георгия Федоровича» почитать можно тут. (ред.)
По материалам https://www.facebook.com/valeriia.rtishcheva
Валерия Ртищева.