«Санта-Барбара» по-казански. Приходящая теща
В разгар зимы и пик эпидемии гриппа жена, сидящая в декрете с трехлетним первенцем, неожиданно заявила Сергею:
— Все! Нет больше моих сил. Все бесит, у меня реально синдром четырех стен. Если куда-нибудь не вырвусь, до путевки в детский сад точно не доживу.
Вырваться же она мечтала в Питер к студенческой подруге. А оттуда барышни планировали махнуть в Финляндию к третьей одногруппнице.
— Ну ты даешь! И надолго махать собираетесь? — приуныл супруг.
— В пару недель, надеюсь, уложимся.
— А с Тимуркой кто? — совсем упал духом Сергей.
Судя по бойко перечисленным вариантам, побег-перезагрузку уставшая от семейной рутины супруга замышляла давно. «Во-первых, ты можешь взять административный, — принялась она загибать пальцы. — Во-вторых — пригласить няню из агентства. Ну, а в-третьих и в-четвертых — уговорить свою или мою маму посидеть на это время с внучком».
Первый вариант отпадал сразу. Сергей трудился на двух работах с 8 до 8, со скрипом обеспечивая семейный бюджет. Если выпасть на пару недель, придется залезать в долги. Когда посчитали, во сколько обойдутся услуги приходящей няни, второй вариант тоже вычеркнули. «Придется окучивать бабушек», — вздохнул Сергей и первой позвонил своей маме в Бугульму.
— Приехать, сынок, ну никак не могу! — жизнерадостно отозвалась его мама-энерджайзер. — Эти две недели у меня расписаны буквально по минутам: хор, фитнес, бассейн, скандинавская ходьба, дни рождения подруг… Привози-ка ты Тимурчика к нам, папа за ним присмотрит.
Пилить несколько часов по трассе с малышом Сергей не отважился. Вдруг пацан раскапризничается или его затошнит в пути? Остался последний, самый нежеланный вариант — идти на поклон к теще. Как же этого не хотелось! Сергей не то чтобы классически недолюбливал свою тещу, которая ему в бабушки годилась, откровенно побаивался ее за острый язык и старательно избегал. Его семидесятилетняя теща была, как конь: сильная и выносливая. Не теща — кремень! Больше всего Сергея напрягали в ней прямолинейность и постоянные нравоучения.
— Тебе что, казанских парней мало? — с плеча рубанула она, узнав, что избранник ее младшей дочери родом из Бугульмы.
А когда выяснила, что Сергей еще и на четыре года моложе, то сказала как отрезала, не обращая внимания на присутствие парня:
— И зачем тебе этот малолетка? Одна радость, что с квартирой.
Кто на такое не обидится? Поэтому Сергей тещи сторонился, строил с ней отношения по принципу «Чем дальше живем, тем милее», стараясь по возможности не пересекаться. Но теперь куда деваться? Он приготовился к причитаниям и разносу. Однако камешек полетел в огород жены.
— Вот свистушка! — охарактеризовала теща свою младшенькую. — Я троих детей одна вырастила, четырех внуков теперь всем помогаю растить, ваш пятый будет. А эта одного в декрете, на всем готовом высидеть не может. Что за дела?
Вдоволь наворчавшись, в просьбе она, однако, не отказала: «Куда от вас деваться…»
Сергей очень беспокоился, как теща будет приезжать к ним с Горок к 7 утра, но она приехала в 6.45. И за эти две недели не опоздала ни разу. А через три дня Сергей не узнал свою хрущевку-двушку, доставшуюся ему по наследству от бабушки. В последний раз столь образцовый порядок царил в ней перед возвращением жены из роддома.
В кухонном гарнитуре заблестевшие крутыми боками кастрюли аккуратно заняли свой отсек, сковородки — свой, детская посудка — самое лучшее место. Игрушки, которые заполонили всю квартиру, теперь не валялись на каждом шагу. Те, из которых малыш «вырос», теща переселила на балкон. А из кубиков построила гараж, в котором часами возился теперь с машинками будущий автолюбитель.
В первый вечер Сергей по привычке забежал после работы за пельменями, сосисками и треугольниками. Напрасно! Ему приготовили простой, но очень вкусный домашний ужин. «Про пельмени забудь, — сурово приказала теща. — Это не еда». Неизвестно, где она брала время на готовку, но вечерами зятя ждала домашняя лапша, его любимая картошка с мясом или котлетами. А какие блюда бабушка готовила внучку! Тимур порозовел, потолстел, а главное, стал на удивление спокойным. Ребенок, которого они с женой считали нервным и капризным, теперь уминал за обе щеки все, что ему предлагали. Дважды в день гулял и спал днем не 40 минут, а по два с лишним часа. Сергей ловил себя на мысли, что не слышит теперь женских вздохов и охов на тему «Как же я устала от всего этого!» Не было и просьб погладить белье или сбегать за хлебом. Теща все успевала и при этом не выглядела уставшей.
Настоящая хозяйка, с теплотой начал думать о ней Сергей. Жаль, что у таких матерей дочери почему-то родятся совсем другими… А все успевает старушка, наверное, потому, что у нее кнопочный телефон и она не зависает часами в ватсапе, как его дрожайшая половина, размышлял он. И ловил себя на мысли, что теща почему-то становится ему все роднее и роднее. Она не читала нотаций и не ворчала, как прежде. Условие же у старушки было только одно: чтобы он не задерживался после работы, иначе она опоздает на свой обязательный вечерний сериал.
Накануне приезда жены Сергей вручил сыну большой леденец на палочке. Малыш радостно сунул его в рот и, как всегда, принялся колесить по квартире на детском автомобиле. Когда Сергей услышал тот странный гортанный звук, то вначале с удивлением подумал: «Как в квартире оказалась ворона?» А когда понял, что сын подавился леденцом и не может вздохнуть, лежит на диване весь красный и отчаянно колотит себя руками и ногами, то остолбенел. Сергея охватил ужас, который парализует и не дает действовать.
Собравшаяся было уходить теща молча влетела в комнату. Она схватила мальчугана за ноги, перевернула его вниз головой и начала отчаянно колотить по спине. Через секунду леденец выпал. Малыш наконец глубоко вздохнул, закашлялся и разревелся… Сергей бросился к нему, крепко обнял. Потом перевел благодарный взгляд на тещу. Слабой и беспомощной он видел ее впервые.
— Что-то у меня ноги не идут после такого, — вздохнула она, снимая шапку. — Я, улым, сегодня переночую у тебя. А то упаду в трамвае…
Утром, когда до приезда жены остались считанные часы, теща вдруг предложила:
— А давай мы нашу беглянку на работу отпустим? Полгода, говоришь, до садика осталось? Так вот я это время за Тимурчиком присмотрю.
Сергей обнял ее осторожно и трепетно. Так, как обнимают матерей.