Долгая дорога к делу: драку полицейских с хоккеистом расследуют военные дознаватели
Правоохранители из Бугульмы стали фигурантами уголовного дела о хулиганстве
Спустя полгода блужданий по инстанциям дело 19-летнего хоккеиста «Реактора», якобы избитого компанией нетрезвых полицейских, дождалось возбуждения в отношении конкретных лиц. Пока в деле четверо подозреваемых, однако потерпевшая сторона убеждена, что их станет семеро, по числу участников. Но исход дела пока неочевиден: как сообщают источники, показания свидетелей существенно расходятся с тем, что говорит хоккеист.
«САМЫЕ ШИРОКИЕ?»
Сразу трое полицейских и один военный стали подозреваемыми по делу об умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью из хулиганских побуждений по п. п. «г, д» ч. 2 ст. 112 УК РФ. С момента драки в Бугульме, после которой в больницу попал хоккеист молодежной команды клуба «Нефтехимик» Раиль Мустафин, минуло более полугода — как выяснилось, материалы за это время успели побывать в нескольких инстанциях, но и возбужденное в июне дело, по словам потерпевшей стороны, до сих пор не включило в себя всех участников потасовки.
Расследованием дела занялось Военное следственное управление СК (ВСУ) по Центральному военному округу. В настоящее время подозреваемыми признаны четверо: 26-летний оперуполномоченный ОЭБ и ПК МВД по Бугульминскому району Анатолий Романов, его 33-летний коллега Рауф Вазетдинов, 26-летний кинолог патрульно-постовой службы Игорь Бородин и 26-летний прапорщик военной автомобильной инспекции Марк Садыков. Собственно из-за последнего дело и было передано ВСУ.
Согласно постановлению о возбуждении дела (имеется в распоряжении «БИЗНЕС Online»), указанные лица 2 ноября прошлого года в развлекательном клубе «Барвиха» в Бугульме якобы избили 19-летнего хоккеиста «Реактора». Как следует из документа, Романов, столкнувшись с юношей в гардеробе, будучи пьяным, полез в драку, и когда Мустафин попытался убежать от опера в гражданском, на улице его догнала целая компания правоохранителей. Парня избили — он получил перелом пальца, закрытую черепно-мозговую травму и многочисленные гематомы.
В ближайшее время суд должен определить меру пресечения для фигурантов дела, однако потерпевшая сторона утверждает со ссылкой на свое общение со следствием, что число подозреваемых еще будет расширено до семи человек. Адвокат потерпевшего Ринат Кантимиров причисляет к участникам драки мать Романова и начальника штаба ОМВД по Бугульминскому району Наталью Романову, а также двух гражданских — Александра Вдовина и Евгения Вазетдинова.
Со слов потерпевшей стороны, полицейские и их друзья на отдыхе в клубе продемонстрировали действительно хулиганские манеры. Вот как описывает события Кантимиров.
Мустафин, играя за «Реактор», живет по большей части в Нижнекамске. Семья у него простая, отец — инженер, всю жизнь проработал в сельском хозяйстве. Мать больше 30 лет преподает в начальных классах. Родители живут в Бугульме, где Раиль из-за тренировок бывает очень редко. Когда ему дали два выходных, он приехал к родителям и повидаться со своей 17-летней девушкой Дилярой.
В пятницу 2 ноября, примерно в 23.30 Раиль приехал в клуб «Барвиха», чтобы забрать и проводить домой Диляру. Самому хоккеисту в подобных заведениях бывать запрещено. Когда молодые люди одевались в гардеробе, мимо проходил Романов. «Он увидел Раиля с девушкой, подошел к ним и внаглую толкнул Раиля плечом, — рассказывает адвокат, — Знакомы они не были. Раиль промолчал, но Романов завел обычную песню — мол, „места мало?“, „самые широкие?“ После недолгого обмена репликами Романов ударил. Раиль поставил блок, Романов спьяну как-то напрыгнул и упал. В этом время Раиля кто-то схватил за шиворот и он, выскользнув из куртки, выбежал на улицу».
По словам адвоката, тем вечером в «Барвихе» Романов вместе с родственниками и коллегами отмечал победу своей девушки Кристины в соревнованиях по бодибилдингу. Потерпевшие называют обидчиков полицейской династией: якобы старший в роду Алексей Маркелов — полковник в отставке, и пятеро его детей пошли по стопам отца. Сам оперуполномоченный отдела экономической безопасности Анатолий Романов — внук.
В тот вечер, однако, династия в «Барвихе» была представлена двумя лицами, Анатолием и Натальей Романовыми, остальные пятеро — друзья и коллеги. Со слов потерпевшего, они всемером догнали Раиля, подсекли и принялись пинать лежачего, в том числе и начштаба ОМВД Наталья — ее удары оказались особенно болезненны из-за каблуков. В это время Раиля в машине дожидался друг Артем Попов. Увидев избиение, он выбежал и закричал, что вызовет полицию. Пока нападавшие отвлеклись на Артема, Раиль сумел подняться и вдвоем с другом они добежали до бара «Угли», где с согласия сотрудников заведения спрятались от хулиганов. Минуты через две в «Угли» забежали пьяные полицейские, утверждает Мустафин. Якобы они показали корочки, однако обслуживающий персонал не выдал беглецов. Полицейские ушли, и минут через пять-семь приехали друзья и родители Раиля.
Ссылаясь на показания свидетелей, адвокат утверждает, что за избиением юноши наблюдали другие полицейские из стоящей поблизости машины ППС. Кто в тот день выезжал на дежурство в этом автомобиле, сейчас устанавливается. Кантимиров указывает, что порядка 40 посетителей клуба наблюдали за дикой сценой. Вступиться за юношу пыталась некая женщина, угрожая нападавшим полицией, но когда Романов вытащил удостоверение и представился, никто больше не рискнул вмешиваться.
Раиль сразу поехал в больницу, его положили в стационар и на следующий день санавиацией отправили в казанскую РКБ, прежде всего из-за тяжелого сотрясения мозга. Спустя две недели хоккеиста отправили в Москву, где он пролежал еще примерно столько же. Затем Мустафин вернулся в клуб и около месяца реабилитировался.
ДЕЛО ЗАБРАЛИ ВОЕННЫЕ СЛЕДОВАТЕЛИ
«БИЗНЕС Online» попытался связаться с несколькими оппонентами хоккеиста, однако предложение изложить свое видение событий никого не заинтересовало. Романова, заявив, что «не все полицейские — бандиты», взяла время на раздумья, однако больше на связь не вышла. Однако позиция подозреваемых в целом ясна, она была отражена и в релизе МВД по РТ, опубликованном после инцидента. Тогда служебная проверка не выявила нарушений в действиях полицейских. Министерство отчитывалось по результатам, что, со слов персонала и посетителей, сотрудник полиции стал свидетелем ссоры между Раилем и Дилярой в гардеробе заведения.
«Юноша оттолкнул собеседницу на проходящего мимо полицейского, — говорилось в релизе, — Последний сделал замечание, на которое молодой человек отреагировал агрессивно. Он сбил его с ног, ударив кулаком в лицо. Это заметил коллега полицейского, который попытался остановить правонарушителя, выбегающего из кафе. Убегая, правонарушитель повредил входную дверь заведения. Пострадавший полицейский с полученными телесными повреждениями обратился в медучреждение за помощью. В то время, пока коллеги пострадавшего полицейского пытались установить местонахождение инициатора конфликта и задержать его, нарушитель правопорядка обратился в приемный покой ЦРБ с жалобой на боль в руке, головокружение и ссадины, и был госпитализирован. Врачам молодой человек сообщил, что его избили неизвестные».
К описанию событий министерство прилагало справку о том, что Мустафин осенью 2017 года привлекался к административной ответственности по статье 6.1.1 КоАП РФ «Побои».
Кто бы ни был признан виновным в этой ситуации, обращает на себя внимание срок, минувший с даты инцидента до возбуждения дела. Как рассказывает адвокат Кантимиров, заявление было подано 9 ноября и до 28 декабря находилось в производстве казанского второго отдела по расследованию особо важных дел следственного комитета. Проверка показала, что один из участников инцидента Садыков — военный. По этой причине 28-го декабря материалы ушли в военный следственный комитет 384-го гарнизона. Якобы несколько дней документы не регистрировали — до тех пор, пока шум не поднял адвокат потерпевшего. 10-го января материалы были зарегистрированы военными следователями, но они пришли к выводу, что Садыков не участвовал в нападении, а, напротив, пытался разнять дерущихся.
«Минимум 5-7 свидетелей говорят, что Садыков принимал активное участие в нападении, но следователи сочли их показания неубедительными, — рассказывает Кантимиров. — Складывается ощущение, что целью военных следователей был вывод Садыкова из дела и возврат материалов в республиканский СК уже без его фамилии. Так они и поступили».
Далее, говорит адвокат, казанский второй отдел СК отправляет материалы в прокуратуру для определения подследственности. Затем прокуратура отменяет и возвращает решение военным, как недоработанное, они дорабатывают, но Садыков по-прежнему остается за рамками. Затем казанский СК 13 марта возбуждает уголовное дело на группу неустановленных лиц и отправляет его в бугульминский следственный отдел. «Мы звоним в СК, спрашиваем почему дело передали в Бугульму, если родная сестра подозреваемых Елена Иванова много лет работает в бугульминском следственном отделе? — рассказывает Кантимиров, — В Казани, якобы, о родственных связях не знали. После этого в начале апреля материалы дела снова забрало военно-следственное управление в Самаре, ВСУ № 2. ВСУ назначило группу из четырех следователей, при этом решение коллег из 384-го гарнизона снова было отменено. С апреля по июнь в Самаре продолжалась доследственная проверка, и только 20 июня следователи возбудили дело в отношении четверых подозреваемых».
На прошлой неделе у подозреваемых прошли обыски, задержаний пока не последовало. Обвинение им пока не предъявлено. Более того, наши источники в правоохранительных органах считают, что дело вполне может быть прекращено за отсутствием состава преступления — одна из причин в том, что показания свидетелей существенно расходятся с тем, что утверждает пострадавший.