Если бы Гитлер напал раньше?
После того, как я опубликовал статью «Барбаросса» от 29-го июня», в которой рассказано о том, что случилось бы, если Вермахт начал войну против СССР лишь на неделю позже, и к каким бы это привело катастрофическим последствиям, вполне логично было рассмотреть и вариант, когда война началась на неделю или на две раньше.
Это не так сложно, как может показаться, если есть все данные, а они сегодня есть. Как раз про период конца весны и начала лета 1941 года, изучено практически всё, что связано с военными аспектами. И количество войск известно, и их расположение, и посчитаны давно все танки и самолеты, известно сколько было исправных и сколько требовали ремонта. Известно уже так много, что даже удивительно, когда ещё находятся люди, умудряющиеся создавать какие-то мифы про подготовку и начало войны.
Итак, давайте представим, что все события развивались бы так же, как и в реальности, но Гитлер отдал приказ нанести удар на пару недель раньше, то есть 8-го июня.
Думаю, карта реальных боевых действий не помешает
На эту дату положение войск Красной Армии в приграничных округах принципиально не отличалось уже от 22-го июня.
Состав Вермахта уже так же был почти таким же. В реале с 6-го по 18-е июня как раз проходила переброска в исходные районы 14 танковых, 12 моторизованных, 5 пехотных, 3 легкопехотных дивизий и 2 моторизованных бригад, то есть основной части подвижных войск, но делалось это лишь в целях маскировки, так как ничто не мешало перебросить их и ранее.
В результате ничто не мешало Вермахту развернуть планируемую группировку в 126 дивизий, из которых в первом эшелоне находилось целых 117 дивизий, а остальные составляли резерв. В общей сложности со всеми резервами Вермахт мог выставить против СССР до 152 дивизий. Разумеется, ни про какие 190 или даже больше дивизий речь не идет. Есть лишь полтора десятка румынских дивизий и бригад, крайне низкой боеспособности, остальные союзники — венгерские, словацкие, и, тем более, итальянские войска, — на фронте появятся позже и их роль в начальном периоде войны чисто формальная. Вопрос участия Финляндии в войне вообще находился под вопросом и рассматривался как маловероятный. Так что имеем те же самые 117 дивизий, что начали войну в реальности 22-го июня.
Так как все остаются на своих местах, люди те же, то нет оснований предполагать, что приграничные сражения будут существенно отличаться. Западный фронт попадает в «котел» и немцы на 4-5 день войны берут Минск. На Северо-Западном фронте войска Красной Армии так же отступают с потерями.
Войска Юго-Западного фронта так же наносят удар мехкорпусами и происходит крупнейшее в истории танковое сражение в районе Дубно, с примерно таким же количеством танков: три-четыре тысячи танков с нашей стороны и семьсот с небольшим у немцев.
Южный фронт будет в том же составе противостоять немецкой 11-й армии и румынским войскам.
Что меняется принципиально? А вот что.
Когда немецкие 2-я и 3-я танковые группы, от Минска идут дальше, то у Смоленска, а тем более раньше, остановить их просто некому. И в самом неудачном для Вермахта варианте Гудериан или Гот берут Смоленск 26-30 июня. Те же войска, которые с 10-го июля принимали участие в Смоленском сражении, а именно 16-я, 19-я, 20-я, 21-я и 22-я армии никак не могут помешать немцам. 16-я и 19-я армия находятся «на колесах» и перебрасываются на Юго-Западный фронт. Остальные три армии еще в стадии формирования, а корпуса, которые в них должны входить разбросаны в разных местах. Какие-то силы могут оказаться на пути танковых групп, но они не настолько значительны, чтобы кардинально что-то изменить.
Решил еще приложить эту карту, где нанесено расположение войск перед началом войны
Давайте исходить, что реально организовать оборону силами войск Второго стратегического эшелона Красной Армии можно лишь к 8-10-му июля.
При самом благоприятном раскладе для нас, удалось бы развернуть войска на рубеже Великие Луки — Ярцево — Ельня — Брянск, но более вероятно уже в районе Ржева и Вязьмы. Правда, туда бы вышли лишь подвижные соединения, для выхода основных сил полевых армий Вермахта надо было бы еще не менее десяти дней, а то и больше.
Причем 2-й и 3-й танковым группам немцев пришлось бы иметь дело с ещё большими силами, чем в начале Смоленского сражения, так как на этих рубежах могли бы развернуться и основные силы 24-й и 28-й армии.
Начавшееся контрнаступление Красной Армии, а то что войска не сидели бы в обороне сомнения нет, едва ли нанесло бы немцам поражение, но остановить точно смогли бы. В целом все едва ли бы кардинально отличалось от Смоленского сражения, просто происходило в другом месте.
По географии все было бы очень похоже на начало операции «Тайфун». Но фронт бы занимали кадровые части Красной Армии, значительно более сильные, располагающие крупными механизированными соединениями. С другой стороны, и силы Вермахта были бы намного больше. Да и июль — это не октябрь, а качество дорог для немцев было очень важно.
Резервов у Красной Армии было бы немного: те же полтора десятка формируемых дивизий НКВД, народное ополчение, еще десяток-полтора дивизий за счет изыскания каких-то резервов, вплоть до переброски войск из резерва других фронтов. Какое-то время для формирования резервов имеется, пока Вермахт будет подтягивать пехотные дивизии.
Но учитывая результаты Смоленского сражения, можно предположить, что в нашем случае бои под Ржевом и Вязьмой в середине-конце июля, скорее всего закончатся для Красной Армии так же. И получается, что к середине сентября могут начаться уличные бои в Москве. Пусть даже это самый неблагоприятный вариант развития событий, но как не крути, получается в любом случае очень неблагоприятный расклад для нас, если бы Гитлер начал войну на две недели раньше. А сделать он это мог, даже с учётом всех задержек из-за войны против Югославии и Греции.
А с учетом того, что, начав войну на неделю позже, Гитлер бы поставил СССР так же в более сложную ситуацию, получается, что нам крупно повезло, если можно говорить о везении в этой трагедии. Получается, что руководство Германии выбрало самую неудачную для себя дату начала войны.
Кирилл Шишкин