Журналистов по всей стране преследуют за правду о коронавирусе: свобода слова стала фейком

УМВД России по Камчатскому краю возбудило дело по ч. 9 ст. 13.15 КоАП «Злоупотребление свободой массовой информации» против местного интернет-издания «по факту распространения в СМИ недостоверных сведений об эпидемиологической обстановке». В статье говорилось о критически низкой работоспособности станции «скорой» в связи с заболеванием коронавирусом большого количества сотрудников. Выявление очага коронавирусной инфекции среди работников скорой помощи признали врио губернатора Камчатского края Владимир Солодов и правительство региона.  Более того,  от  должности  был отстранен главврач медучреждения,  СКР и прокуратура ведут проверку.  Однако в полиции все равно публикацию посчитали фейком. Это, увы, не единственная история: СМИ практически во всех регионах столкнулись с давлением в период пандемии. Об этом  обозревателю «МК» рассказал руководитель  Мониторингового центра по свободе информации и правам журналистов при Совете при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Александр АЛЫМОВ. 

- Александр, начну со свежей  камчатской истории.  Это ведь прецедент?

- Да, причем опасный.  Это откровенное давление на СМИ и факт воспрепятствования законной профессиональной деятельности журналистов.

А вообще атаковавший все сферы жизни опасный вирус не мог не отразиться на медиа-сообществ. Вместе с волной заражений пришли новые правила выживания для СМИ. Жалобы поступают  со всей страны. Нанесут ли они удары, после которых региональные СМИ уже не поднимутся, покажет время.  

- На что в первую очередь жалуются?

- Административное и уголовное преследование. Закон о фейках, который применялся раньше довольно редко, теперь раскрылся во всей красе.  В  некоторых случаях это не вызывает вопросов. Факты, как говорится, на лицо. Но подчас   СМИ наказывают за фейки, которые впоследствии оказываются правдой.  После волны жалоб медиков на невыплату обещанных президентом надбавок в регионах участилось давление на СМИ и угрозы привлечь их за распространение таких обращений медиков. Грозили судами и закрытием СМИ.  Правда, спустя неделю о данных фактах заявил сам президент, практически подтвердив сообщения журналистов, и тогда в регионах несколько ослабили это давление. Также СМИ наказывают за разглашение «врачебной тайны» и требуют раскрытия источников тех материалов, где речь идет о заболевших коронавирусом. И здесь тоже не все просто. «МК в Томске» оказались именно в такой ситуации. Редакция, выполняя свою работу профессионально, раньше других нашла информацию о первом погибшем от коронавируса в регионе. Спустя два дня эту информацию официально подтвердил и оперативный штаб. Однако это не помешало местному следственному комитету начать инициированную прокуратурой проверку. Журналистам пригрозили наказанием за тиражирование фейков и потребовали раскрыть источник. Но согласно Закону о СМИ журналист имеет право не разглашать свой источник информации, если только этого не потребует суд.  Сейчас эта ситуация под пристальным контролем общественных структур, в том числе СПЧ и Союза журналистов. Будем надеяться, что восторжествует закон и здравый смысл. Но тенденция, как говорится, на лицо: правоохранительная машина легко разгоняется, а коронавирус оказался очень хорошим топливом для нее. 

- Какие еще проблемы принес вирус для СМИ?

- Еще больше проблем с получением информации. А без информации нет не только СМИ, но и качественного диалога с обществом. А он, этот диалог, сейчас очень нужен.

Вообще и до коронавируса мы не раз сообщали о том, что самая частая жалоба с которой обращаются журналисты – недопуск к информации. Во многих регионах запросы СМИ, если они содержат неудобные вопросы, игнорируются, а сами корреспонденты не допускаются до участия в общественно значимых мероприятиях. И не всегда удавалось добиться от государственных служащих соблюдения законов. Достаточно вспомнить громкую историю, произошедшую в Забайкальском крае, когда депутаты Читы вдруг решили закрыть от журналистов работу парламента. Видимо, слуги народа решили, что общественности, которая и избирала их, совсем необязательно узнавать, чем они занимаются. Подобные истории происходили и в Брянской области: там в областную думу не допускали местное издание «Новости Брянска», а в Пермском крае двум журналистам из «Краснокамск ТВ» запретили присутствовать на заседаниях комиссии городской думы. В общем, практика не пускать журналистов весьма распространена и приведенный мной список - лишь капля в море нарушений. Были и позитивные примеры разрешения подобных ситуаций. Так, «Народная газета Северского района» Краснодарского края тоже долго не могла получить ответа на свои запросы и прорваться на заседания государственных органов. Но в январе этого года наконец добилась возбуждения дела в отношении председателя Совета Черноморского городского поселения из-за того, что он попросил журналистов удалиться с одного из заседаний. 

Просвет оказался недолгим.

Коронавирус и запрет на массовые мероприятия сделали недопуск журналистов практически законным. Теперь стесняющиеся пристальных взглядов журналистов депутаты и чиновники получили удобный повод. Не приглашают не потому, что не хотят общаться, а якобы из-за беспокойства о самих журналистах. В тех регионах, где к СМИ относятся с бОльшим уважением, нашли выход и начали проводить онлайн-конференции, но это далеко не везде. 

Коронавирус никак не мешает готовить чиновникам ответы на официальные запросы в письменном виде. Но некоторые продолжают закон игнорировать. Так, во второй декаде мая пришел сигнал из Краснодара, что на запросы информации представители власти не отвечают (точнее, пишут, что не обладают информацией). Стандартные ответы, в случае если чиновники не хотят отвечать. Редакция уже обратилась в прокуратуру, а наш Мониторинговый центр следит за ситуацией. 

- И без того не такие уж «независимые» газеты в период коронавируса стали совсем одиозными?

- В регионах СМИ традиционно живут благодаря двум возможным источникам – государственным контрактам и массовой продаже рекламы. Понятно, что свою независимость могут сохранять лишь те издания, у которых вторые источники превалируют над первыми. Что произошло с малым бизнесом из-за пандемии, рассказывать, думаю, не нужно – это и так всем известно. Таким образом, многие издания попросту остались либо без средств, либо с превосходством государственных контрактов.  И не секрет, что в большинстве случаев, заказывающие услуги в СМИ государственные структуры, бывают очень недовольны, если финансируемое издание вдруг ведет независимую деятельность. 

В такой ситуации, когда нужно платить зарплаты, налоги (ведь СМИ так и не внесли в список пострадавших отраслей), аренду, а для печатных СМИ - еще и за печать газеты, многим приходится делать выбор.  Нам уже известны случаи, когда в некоторых регионах издатели смягчили свою редакционную политику,  чтобы не остаться вообще без средств к существованию. Страдает в итоге общество, так как теряющее независимость и остроту СМИ уже не может в полном объеме выполнять свою функцию по защите интересов людей, а значит и теряет доверие читателя и зрителя. Вот такая коронавирусная арифметика.  Это все имеет далеко идущие последствия, поэтому радоваться этим изменениям не стоит даже самым сильным нелюбителям независимых СМИ. Ведь разрушить гражданский институт гораздо легче, чем его создать. 

- А есть хоть какие-то условно позитивные перемены, которые пришли с эпидемией?

- Есть. Например, снизилось количество нападений на журналистов. Связано это, разумеется, с режимом самоизоляции. Нет, контактов  -  нет и нападений. 

Понятно, что коронавирус уже изменил нашу жизнь, но хотелось бы, чтобы он не стал поводом для нарушения прав и разрушения гражданского института СМИ. Вирус пройдет, а без независимых СМИ будет очень непросто, ведь именно они участвуют в выстраивании диалога с обществом. Поняв это сейчас, можно избежать серьёзных коммуникационных проблем в будущем.