Выбрасываем за борт всё, что мешает вставать с колен

https://zavtra.ru/books/russkij_alyuminij_stanovitsya_amerikanskim

03:47 28 октября 2020экономика

«Русский алюминий» становится американским

В конце 2018 года Управление по контролю за иностранными активами (Office of Foreign Assets Control — OFAC) Министерства финансов США сообщи­ло, что через месяц снимет санкции с ключевых предприятий Олега Дери­паски. К ним относятся первый в мире производитель алюминия – «Русал», один из крупнейших в России владель­цев гидроэлектростанций «ЕвроСибЭ­нерго» и холдинг En+Group, объединя­ющий компании в сфере цветной ме­таллургии, энергетики, горнорудной промышленности, а также логистики и связанных с ними отраслей.

Капитуляция

Власти США перекрыли фирмам Де­рипаски американский, а вместе с ним и международный рынок в апреле про­шлого года. Правда, вскоре пообещали снять санкции, если Дерипаска откажет­ся от контроля над активами. Согласно договоренности, олигарх теперь так и сделал. Им взято обязательство суще­ственно снизить в компаниях свою долю голосующих акций. Он также не сможет нарастить её обратно и в будущем. Маг­нат лишается и доходов от всех пред­приятий – они будут поступать на спе­циальный счет, диктуемый за океаном. Причем из 12 директоров En+ лишь чет­веро могут быть номинированы Дери­паской. А из остальных восьми «незави­симых» шестеро должны быть гражда­нами США и Великобритании. Капитулянтский план бизнесмена получил наименование TOR и был раз­работан экс-министром энергетики Ве­ликобритании, а позже одним из руко­водителей En+ лордом Грегори Барке­ром. Ранее Дерипаска планировал пе­ререгистрировать свои корпорации с британского острова Джерси в специ­ально созданные офшоры в Калинин­градской области или Приморье. Теперь этого не случится. За всем будет следить подразделение Минфина США, зани­мающееся вопросами финансовой раз­ведки. Сам Дерипаска остается в «чер­ном списке». Под санкциями продолжат пребывать и два других крупных его ак­тива – «Русские машины» и ГАЗ. Созданные в советское время ин­дустриальные предприятия в «лихие» 90-е были изъяты у народа олигархами путем приватизации и «залоговых аук­ционов». Теперь Запад методично от­жимает их посредством санкций. Акти­вы Дерипаски – первый крупный тро­фей экономической войны англосаксов против России. Богатства страны уплы­вают от неё. Но политические верхи почему-то занимают позу умолчания. Нет обсуждения этой темы и в СМИ. А ведь средь бела дня свершается самый что ни на есть рейдерский захват Запа­дом стратегических отраслей страны.

Неблагодарный принц

После крушения плановой эконо­мики бывшие гиганты советской алю­миниевой промышленности оказались во власти «Транс уорлд групп» (TWG), в которой ведущие позиции занимали братья Черные и лондонские трейде­ры Рубены. Михаил Черной как-то ис­кал динамичного управленца. А бир­жевик Дерипаска был полон амбиций. Черной, по его словам, «увидел в нем самого себя в молодости». Торговец ме­таллами в качестве младшего партне­ра Черного активно скупал ценные бу­маги у акционеров и рабочих Саянского и прочих алюминиевых заводов, позже объединенных в «Русал». Десятилетие спустя, обиженный «неблагодарным Дерипаской», Черной скажет: «Протеже толково распорядился путевкой в боль­шой бизнес. Связи оставил ему я, и он успешно их развил. И с той “семьей”, членом которой он стал, его тоже позна­комили люди из нашей бизнес-группы». После женитьбы на Полине Юмаше­вой – дочери зятя Ельцина — дела Оле­га Владимировича пошли круто в гору. В 2008 г. имя «кремлевского принца» громко прозвучало в связи с рядом со­бытий. Радостных и не очень. В майском номере русского изда­ния «Форбс» он был признан самым бо­гатым человеком в России ($28,6 млрд). Подконтрольные его головному холдин­гу «Базовый элемент» активы оценива­лись в $45 млрд и работали более чем в двух десятках отраслей, а львиную долю выручки по-прежнему приноси­ла алюминиевая монополия. В то время Дерипаска как-то обмолвился, что хотел бы стать самым богатым бизнесменом в мире. Но в середине того же года мно­гие газеты посвятили свои страницы об­ратной стороне алюминиевого короля. Проживающий в Израиле М. Черной по­дал иск к Дерипаске, требуя компенса­ции за якобы принадлежавшие ему 20% акций «Русала», что составляло ни мно­го ни мало $3 млрд. Дело должно было слушаться в лондонском суде, а копии документов истца и ответчика оказа­лись в распоряжении прессы. Из них, в частности, следовало, что завоевывать командные высоты в экономике Дери­паске и Черному помогали два извест­ных авторитета, один из которых позже стал крестным отцом дочери Дерипа­ски от брака с Полиной Юмашевой. По­скольку могли всплыть и другие небла­говидные факты, Дерипаска поспешил убедить супостата приостановить и за­мять дело. Но беда не приходит одна. Осенью того же года мировой кризис докатил­ся до России и корпоративная импе­рия Дерипаски стала рушиться как кар­точный домик. Все последние годы его капитал рос быстрее, чем у других, но и риски были огромные. Скупая предпри­ятия в разных сферах, он закладывал их акции в качестве залога в иностран­ных банках, где получал сравнительно недорогие кредиты, с помощью кото­рых и расширял свои владения. Теперь же возникли задолженности, переоцен­ки залогового обеспечения, и выстроен­ная финансово-промышленная пирами­да зашаталась, а затем и рухнула. Долги приблизились к 30 млрд долл. По за­конам рыночной экономики, ему было уготовано сползание в долговую яму. Но с «кремлевским принцем» этого не слу­чилось. Он, правда, потерял за год $25,1 млрд, но все же остался на плаву с $3,5 млрд.

Проверенный ход

Администрация президента под­держала соглашение с зарубежными банками по отсрочке выплат. ВТБ пре­доставил «системообразующему» предприятию кредит на $4,5 млрд — таких денег не получил никто другой. В начале 2010 года в Гонконге Дерипаска организовал IPO (первичное размеще­ние акций) своего алюминиевого гиган­та. Туда прибыл помощник президента по экономическим вопросам Аркадий Дворкович. «Олег Дерипаска с Кремлем предпочитает дружить, — комментиро­вал тогда журнал «Финанс». — Если го­ворить языком бизнеса, провальную по­литику в области финансового менед­жмента он заменил успехами в области government relations». В итоге налаженных отношений, чи­новники не покушались на весьма ли­беральные налоговые условия, в кото­рых находился его алюминиевый кон­церн и другие предприятия, прописан­ные в офшорах. В деловой среде бывше­го министра экономики, а ныне сидель­ца Алексея Улюкаева и Олега Дерипа­ску называли «кровными братьями». Бу­дучи до этого и первым зампредом ЦБ РФ, Улюкаев заявлял, что он всегда готов «по-донорски» помочь Олегу. А отноше­ние Дерипаски к своим работникам вы­светилось в Пикалево, куда для успокое­ния возмущенных срочно пришлось вы­лететь Путину. Он прилюдно пригрозил «принцу» и попросить его «вернуть руч­ку». Намек был понят всеми: воротилам такого пошиба и ручки доверить нельзя. Корпорации Дерипаски системати­чески и по делу критикуют за пренебре­жение социально-экологическими во­просами: очень сильное загрязнение воздуха в Красноярске, Братске, Саяно­горске их предприятиями, разрушение экологических систем Байкала его элек­тростанциями. Как-то в Красноярске но­чью датчики зафиксировали превыше­ние концентрации ядовитых веществ в атмосфере в 25 раз выше предельно до­пустимых значений.

Дворцы, самолеты, яхты и рыбки

В 2004 году Дерипаска купил за $43 миллиона шестиэтажный особняк в стиле английского ампира в историче­ском центре Лондона в самом фешене­бельном районе на площади Белгрейв-сквер, в десяти минутах ходьбы до Бу­кингемского дворца. Ранее собствен­ность принадлежала герцогам Бед­фордским. Бизнесмен приезжает сюда от силы раз в год на пару дней. Офи­циально объект принадлежит фирме Ravellot, зарегистрированной на Бри­танских Виргинских островах. Виллу Дерипаске в Сан-Тропе на Юге Франции оценивают в $280 мил­лионов, в Париже у него также два до­рогостоящих дома. Дерипаска владеет недвижимостью на Сардинии — вилла «Валькирия» в Порто Черво площадью 2 тыс. кв.м. В Нью-Йорке Дерипаске принадле­жат два дома на Манхэттене за $4,5 и $42,5 миллиона (пятиэтажный таунхаус). В Вашингтоне Дерипаска является вла­дельцем самого дорогого особняка, ку­пленного в 2010 году у вдовы американ­ского магната Герберта Хафта за $15 мил­лионов. В элитном районе рядом распо­ложены дипломатические учреждения и проживают политические звезды. Валентине Петровне Дерипаске – 79-летней матери Олега Владими­ровича – принадлежит усадьба на Ру­блевке, несколько квартир в Москве. Одна из них на Остоженке — 834-ме­тровый пентхаус на 15 комнат стоимо­стью около миллиарда рублей. На ней же комплекс в Краснодарском крае, ра­нее бывшим пансионатом. Одни только прибрежные постройки его тянут по ка­дастру на полмиллиарда. Авиационный парк алюминие­вого короля составляют три самоле­та Gulfstream G550, зарегистрирован­ных на острове Мэн. Эти бизнес-джеты одни из наиболее престижных. Их сум­марная стоимость превышает $90 мил­лионов. «Если объединить частные са­молеты российских миллиардеров в одну компанию, — со знанием дела пи­шет «Форбс» (№1, 2019), — то получит­ся крупный перевозчик, второй по числу бортов после «Аэрофлота» с парком бо­лее 250 воздушных судов». В коллекции морских судов бизнес­мена на первом месте стоит выстроен­ная в Германии в 2004 году на верфи Луршен мега-яхта Queen К. Её длина – 73 метра и она обошлась ему в $90 мил­лионов. Поистине королевский комфорт обеспечен на борту для 18 вип-гостей. В ответе за полный релакс — экипаж про­фессионалов из 21 человека и отдель­ная охранная служба. Миллиард рублей не пожалел Олег Дерипаска для самой роскошной на Бай­кале 50-метровой яхты «Селенга». На одном из верхних ярусов – зона хозяина судна, поделенная на две равные части перегородкой из стекла. Слева – огром­ная двуспальная кровать, справа – ком­ната для занятий йогой, массажный ка­бинет и необычный туалет, оснащенный «умным» унитазом, способным момен­тально делать анализы мочи с опреде­лением уровня сахара рациона питания. Для приватных встреч на морях маг­нат как-то прикупил и 29-метровую кра­савицу «Элден». На её борту может раз­меститься до 8 приглашенных. Именно она фигурировала в СМИ и оказалась в эпицентре скандала связанного с эскорт-девицей Настей Рыбкой, выпустившей недавно книгу под названием «Дневник по соблазнению миллиардера».

Опасные связи

Развертывая в последние годы экс­пансию на мировой арене, «Русал» при­обретал активы во многих странах и континентах и искал могущественных союзников за рубежом. С 2010 года со­председателем совета директоров хол­динга En+ становится Натаниэль Филип Ротшильд, представитель одной из двух самых влиятельных в мире династий. С помощью иностранцев Дерипаска на­деялся, в частности, добиться разме­щения ценных бумаг своих корпораций на Лондонской и прочих мировых бир­жах, привлечь дополнительные займы. В конце 2017 года председателем сове­та директоров En+ становится англий­ский лорд и бывший министр в прави­тельстве Великобритании, отвечающий за энергетику и борьбу с изменением климата. Но эти связи оказались токсич­ными. Когда весной прошлого года (6 апреля) по Дерипаске из-за океана был нанесен мощный санкционный удар, акции его корпораций стремительно покатились вниз, а состояние за считан­ные дни сократилось в два раза – с $5,3 млрд до $2,65 млрд. Олигарх напра­вил в Минфин США свои предложения по выводу «Русала» из-под санкций. Министр финансов США Стивен Мну­чин допустил, что меры против компа­нии могут быть отменены, однако отка­зался говорить о том, что именно пред­ложил взамен Дерипаска. Действуя па­раллельно и без согласования с хозяи­ном «Русала» Грегори Баркер тотчас же предложил свой более «радикальный» вариант. В нем уже шла речь не только об утрате Дерипаской контроля, но и пе­реводе En+, а также «Русала» под нача­ло угодных Вашингтону структур. Ключевым действующим лицом плана Баркера стало подразделение американского Минфина США, занима­ющегося финансовой разведкой. Имен­но этому управлению Баркер теперь предлагает выбрать для «Русала» и En+ новых управляющих. Интересы En+ в США представляет лоббистская фирма Mercury, которую возглавляет бывший помощник президента Трампа Брай­ан Ланза. Последний признает, что бу­дет представлять интересы именно Бар­кера, а не Дерипаски. Рекрутинговой фирмой, которая ведет для Баркера по­иск новых директоров, является Russell Reynolds. Для окончательного успеха свое­го проекта Баркер нанял инвестицион­ный банк Rothschild & Co, который зай­мется продажей части контрольного па­кета Дерипаске в холдинге. Как отмеча­ет один печатный орган: «Участие бан­ка Ротшильдов в отрешении обеих ком­паний от России и Дерипаски даже не удивительно. Структуры этой влиятель­ной семьи уже неоднократно были за­мечены в финансировании антироссий­ских проектов». А из недр вышеназван­ной фирмы Mercury донеслось и следую­щее признание: «Нынешний план Барке­ра, предполагающий фактический отзыв активов Дерипаски в пользу США, явля­ется наиболее точно отвечающим фун­даментальным задачам OFAC по продви­жению американских интересов».

Что делать?

Казус Дерипаски свидетельствует, что воинственные планы по отноше­нию к нашей стране продолжают реа­лизовываться. В ближайшее время сле­дует ожидать нападок и на черную ме­таллургию, химию, финансовую сферу. Акционерный капитал Сбербанка уже на 70% находится в руках иностранных собственников. России грозит превра­щение в колониальную страну, управля­емую Западом, американцами и англи­чанами в первую очередь. Разграбление страны в 90-е, в ко­тором принимало участи огромное чис­ло западных советников и консультан­тов, было лишь первым актом. Второй, теперь уже свершающийся, акт – сдача олигархами присвоенных тогда богатств Западу. Что же делать? Обсуждение этого вопроса нача­лось сразу же после того как Дерипа­ска и части его корпоративной империи попали под санкции в апреле прошло­го года. Олигарх сразу же обратился в пра­вительство за материальной помощью и предоставлением льгот на энергети­ческом рынке. С первым оно что-то по­обещало, но второе означало перело­жение проблем на плечи народа, глав­ным образом сибиряков, ростом тари­фов ЖКХ на электричество, тепло и го­рячую воду. По некоторым сведениям, оно «вызвало некоторую оторопь даже у закаленных правительственных чи­новников». Председатель федерации незави­симых профсоюзов Михаил Шмаков предложил тогда «выкупить по мини­мальной цене, по которой они сегод­ня стоят». Это предложение не нашло поддержки в верхах. Как заявил тогдаш­ний вице-премьер Аркадий Дворко­вич: «Государство не планирует предла­гать национализацию «Русал» или дру­гим компаниям, попавшим под санкции США». И добавил, что «национализация возможна, только если об этом попро­сят сами их владельцы». Но они не по­просили. Как подтвердил министр финансов Антон Силуанов: «Национализа­ция «Русала» не обсуждается, посколь­ку подобных предложений от компании не поступало». Между прочим, когда-то Дерипаска не без пафоса (и лукавства, как теперь видно) заявил: «Если госу­дарство скажет, что мы должны отка­заться от компании, мы откажемся. Я не отделяю себя от государства. У меня нет никаких других интересов».

Не был ли упущен тогда самый бла­гоприятный момент для выхода из сло­жившейся ситуации? Мировая практика показывает, что наиболее успешными странами явля­ются те, в которых стратегические сфе­ры хозяйства и природные богатства на­ходятся в государственной собственно­сти — Китай, Вьетнам, скандинавские и другие страны. Утверждение о повсеместном пре­имуществе частной собственности– глу­бокое заблуждение. То, что в ходе «ре­форм» 90-х годов мы совершили гру­бейшие ошибки {Хе- хе. "Мы", вероятно, тогда были наивны. - М.З.}, приведшие к систем­ному кризису и формированию неэф­фективной модели экономики, стало трюизмом. Другой вопрос – надо ли пе­ресматривать итоги бездумной прива­тизации? Распространено мнение, что пересмотр повлечет за собой граждан­скую войну и негативы превзойдут по­зитив. Так ли это? Ведь узурпировавшие государственную собственность олигар­хи составляют ничтожную долю процен­та населения страны. Многие ли встанут на их защиту? Но главное в другом. Сейчас сложи­лась совершенно новая ситуация. Соб­ственность, принадлежащую олигар­хам, пытается захватить (и уже захваты­вает) Запад. И это не только их дело. И в этой конфигурации национализация крупнейших стратегических предприя­тий направлена не столько против инте­ресов олигархов, сколько в защиту их и всего нашего народа. Естественно, речь идет о национализации с разумной, при­емлемой компенсацией. {В данном конкретном случае речь идёт о компенсации за женитьбу на Полине Юмашевой. - М.З.}Выкручивая им руки, Запад заставляет уступить кон­троль. Национализация же, с одной сто­роны, защищает собственников от рей­дерства Запада, с другой — создает бо­лее эффективную экономическую систе­му, в которой основные средства про­изводства будут управляться из едино­го центра и по единому плану, а другая часть останется в системе рыночной ре­гуляции и частной собственности. Ключи решения этого вопроса должны находит­ся не в штаб-квартирах корпораций, а в Кремле и правительстве страны. Еще в 2002 году президент РФ Вла­димир Путин на заседании ТПП призвал предпринимателей возвращать выве­зенные за границу деньги в российскую экономику. «Замучаетесь пыль глотать, бегая по судам, чтобы разблокировать свои счета» — пророчески предупре­ждал он. Так оно и случилось. Вспом­ним недавние задержания Сулеймана Керимова во Франции, Дмитрия Рыбо­ловлева в Монако, гонения на Виктора Вексельберга и далее по списку. Мето­дика Запада ясна. Искусственно созда­ется дело — от Магнитского до Скрипа­лей – затем прокламируются санкции и за ними следует отъем собственности. Пиратство, если не похлеще!

Между тем капитуляция нашего бизнеса пока не находит должной оцен­ки во властных кругах. Отвечая на во­прос, согласовывались ли с Кремлем решения компании, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявил: «Действия Олега Дерипаски и «Руса­ла» в ситуации с американскими акци­ями – исключительно корпоративный вопрос… Безусловно, бизнесмен борет­ся за свою компанию, которая играет за­метную роль не только в экономике РФ, но и в мировой экономике. Если компа­нии удастся предпринять какие-то дей­ствия, чтобы минимизировать послед­ствия тех же незаконных ограничений, мы можем это только приветствовать». 25 декабря первый заместитель правительства России и министр финан­сов Антон Силуанов, отметив «успеш­ный опыт вывода из под санкций» трех компаний Дерипаски, посчитал, что по аналогичной схеме можно будет рабо­тать и с принадлежащей тому же биз­несмену группе «ГАЗ». Силуанов сооб­щил, что соответствующие переговоры с департаментом Минфина США уже ве­дутся и что «ГАЗу» еще предстоит «вы­полнить корпоративные процедуры», после чего можно будет обращаться к «соответствующим американским орга­нам» за одобрением «плана решений». В начале текущего года министр экономического развития Максим Орешкин заявил, что не видит «прямых проблем для российской экономики и национальной безопасности, а главное, чтобы все те активы, которые есть в Рос­сии, — алюминиевый завод, энергети­ческие активы – продолжали работать». Чтобы спасти наши богатства и не дать им уйти в руки ненасытного Запа­да, следует незамедлительно национа­лизировать все стратегические корпо­рации, металлургические и прочие по­раженные санкциями частные предпри­ятия. Ведь на Дерипаске дело не остано­вится. Впереди «Норникель» Потанина, «Северсталь» Мордашова и т д. По раз­ным оценкам, доля иностранного капи­тала в российской промышлености в це­лом уже составляет от 70 до 75%. Живу­щая по правилам ВТО и МВФ Россия мо­жет полностью оказаться в капкане ми­рового рынка с его законом джунглей. Долгое время вопрос о рейдер­ском захвате Западом наших стратеги­ческих предприятий не ставился в рос­сийском парламенте. Но 9 января теку­щего года лидер КПРФ Геннадий Зюга­нов на пленарном заседании Государ­ственной думы поднял тему о цепи со­бытий приведших к утери страной кон­троля над алюминиевой промышлен­ностью и предложил расследовать эти события как преступную аферу, направ­ленную против стратегических инте­ресов России и подрывающих её безо­пасность. Дерипаска тотчас же подал в суд на лидера КПРФ за слова «афера и преступление» и потребовал в порядке компенсации морального ущерба с него выплатить 1 миллион рублей. Приход иностранных собственни­ков в наши стратегические отрасли гро­зит закрытием многих предприятий, ростом безработицы и дальнейшим взвинчиванием цен на товары и услуги. В 2003 году наше руководство не дало возможности увести крупнейшую тогда нефтяную корпорацию ЮКОС за океан. Почему же теперь власти с таким спо­койствием взирают на происходящее. Не напоминает ли это чем-то повесть Га­бриеля Гарсия Маркеса «История одной смерти, о которой все знали заранее»? 

P.S. В самом начале нового года семь членов палаты представителей от демократической партии, возглавив­ших комитеты палаты после победы на выборах осенью 2018 года, подписали письмо, в котором потребовали от ми­нистра финансов США С. Мнучина отло­жить снятие санкций с компаний Дери­паски, чтобы «в полном объеме обсу­дить все аспекты этого соглашения, от­мену санкций и влияние, которое эти решения окажут на усилия США по вос­препятствованию зловредной активно­сти России, направленной против на­шей страны». Лидер демократов в сенате Чак Шу­мер 4 января также внес резолюцию, направленную против снятия санкций. Из пояснительной записки следовало, что остались без ответа «критически важные вопросы», в частности, поте­ряет ли в действительности Дерипаска контроль над подсанкционными ком­паниями и перестанет ли ими управ­лять, как будет осуществляться мони­торинг за этими структурами и вообще может ли быть успешным подход мин­фина США к «России Путина». Кто-то утверждал, что Дерипаска финансиро­вал деятельность экс-главы штаба Трам­па и бывшего политтехнолога Янукови­ча Пола Манафорта. Другим не нрави­лось то, что в случае снятия санкций Де­рипаска обогатится, так как «владеть малым количеством более дорогих ак­ций в итоге лучше, чем большим коли­чеством дешевых».

По мнению газеты «The New York Times», шанс, что обе палаты американ­ского парламента проголосуют за резо­люцию, не столь велик: у демократов большинство только в палате предста­вителей, а республиканское большин­ство в сенате вряд ли пойдет на кон­фликт с администрацией президента. Но если даже обе палаты проголосуют за резолюцию, то она попадет на стол президенту, а тот, скорее всего, нало­жит на документ вето. И чтобы обойти его, понадобится собрать уже не про­стое большинство, а две трети голосов за сохранение санкций. Европа также выступила в под­держку решений американского мин­фина. Послы Великобритании, Герма­нии, Франции, Австрии, Италии и Шве­ции, а также представитель Евросою­за в США направили лидеру демокра­тического меньшинства в сенате Ч. Шу­меру и руководителю комитета по меж­дународным делам палаты представи­телей Э. Энгелю коллективное письмо в поддержу снятия санкций. Они указа­ли, что это защитит более 75 тыс. работ­ников алюминиевой промышленности ЕС. Помимо угрозы закрытия алюмини­евых заводов в письме говорится: «Пре­дотвращая серьезный ущерб европей­ской алюминиевой промышленности, исключение компаний из санкционного списка поможет сохранить существую­щие цепочки поставок, которые, в про­тивном случае, могут быть переориен­тированы на Китай, ещё больше укре­пив его позиции на мировом рынке в этой отрасли». 15 января 57 сенаторов проголосо­вали за резолюцию Ч. Шумера, 42 вы­сказались против неё. Это означало, что за продвижение резолюции высказа­лось и 10 республиканцев. Один из них, сенатор от Луизианы Джон Кеннеди, до этого прямо назвал Дерипаску «пира­том и гангстером, который каждый день вредит российскому народу и пытается навредить США» и добавил: «Мы же по­валили его на землю, почему не приду­шить»? Однако для принятия резолю­ции требовалось 60 голосов и 3 все же не хватило. И хотя в палате представи­телей сохранение санкций поддержа­ли 350 конгрессменов, а за снятие вы­ступили 53, без поддержки сената до­кумент остался недействительным. Так что санкции в отношении компаний Де­рипаски, по всей видимости, снимут в ближайшее время. Биржи среагировали на этих но­востях повышением акций его компа­ний. На 18 января 2019 года аналитиче­ское агентство «Блумберг» оценило со­стояние алюминиевого магната в $3,5 млрд., а прирост его за первые непол­ные три недели января в $700 миллио­нов. Впрочем, воспользоваться ими он уже не сможет. Доступ к ним перекрыл Минфин США.

Цаголов Георгий Николаевич - доктор экономических наук Профессор Международного университета в Москве.

Источник: журнал «Вопросы политической экономии» № 1 2019