08.08.08 Военные корреспонденты пишут об этой войне
Пишет Александр Коц:
Год назад, опубликовав серию репортажей из Южной Осетии к 10-летию операции по принуждению Тбилиси к миру, я открыл врата ада грузинского троллинга. Все мои аккаунты в соцсетях наводнили тысячи скачущих «чертей» с флагами Грузии на аватарках, состязаясь в изощренных оскорблениях меня, моих детей, родителей и всех родственников до седьмого колена. В какой-то момент мне даже показалось, что давно знакомую украинскую фабрику троллей взяли в аренду, и она неистово принялась клонировать комментарии «кавказским акцентом» с изображениями свиней, разукрашенных в триколор. Такой коллективный Габуния, не помнящий ни человеческих, ни горских понятий.
И я бы списал это на эффект сетевого психоза, если бы спустя почти 11 лет после окончания войны с самых высоких грузинских трибун не звучало «Россия - агрессор». А митинги за нормализацию отношений не выглядели такими прагматично фальшивыми.
Годы не помогли грузинам понять одну простую истину, которую установила даже комиссия ЕС. Не мы начали эту войну. Не мы открыли огонь из реактивных систем залпового огня по ночному Цхинвалу. Не мы подогнали танки к казарме миротворцев на расстояние выстрела в упор. Вы начали войну без объявления и проиграли ее. А проигравший не может требовать. Ему надо свыкнуться с поражением - это тяжело и больно, но необходимо. После чего нужно понять, как жить дальше в новой действительности.
Не с Россией жить, а со своими соседями из Южной Осетии и Абхазии, против которых 11 лет назад вы объявили операцию «Чистое поле». Что вы можете предложить этим людям, кроме, от которой отдает обреченностью.
Спустя полгода после войны я встречался в Тбилиси с грузинским бойцом, который совсем недавно стрелял наверняка и по мне в Цхинвале. Мы были ранены в одно и то же время, в одном и том же месте. У меня не было к нему претензий, шла война, убей или будь убитым. А у него, молодого лейтенанта, претензии ко мне были. «Повзрослеет, - подумал тогда я, - и поймет, что в мире есть не только черные и белые краски». Сегодня на фоне происходящего в Грузии я сомневаюсь, что за 11 лет он стал мудрее. Как и вся грузинская государственность, которая ведет себя как капризный ребенок, поставленный в угол за разбитое окно в учительской. Может пора уже взрослеть, генацвале?
https://t.me/SergeyKolyasnikov/7553
Пишет Александр Евстигнеев:
Что я помню об этой войне...
Рвущие сознание (тогда) кадры истерзанных мирных жителей. Писал сюжеты по перегонам Антон Степаненко и квадратного камуфлированного бронежилета Евгений Поддубный.
Шокировали подвал цхинвальской горбольницы с раненными и черви в ранах у старика-осетина (спокойно! это нормальный полевой метод удаления некротических тканей).
Мне сказали:
- Ты как-то мягко войну показываешь.
- А чо я тут-то? Отправьте меня туда-то!
Вечером девятого вылетали.
Запомнился Рокский тоннель, забитый танками 58-й армии. И рыдающие беженцы. Река на улице (вроде бы) Ленина в Цхинвале и трупы грузинских штурмовиков: "Не трогать, не переворачивать! Могут быть заминированы!"
Первая ночёвка в частном секторе. Коллеги встретили недружелюбно, но потом оттаяли.
Клочья грузинских солдат в Дубовой роще. Десятки. Может, сотни. Жара. Запах (собирает в пружину до сих пор, благо - регулярное напоминание).
База миротворцев. Офигевшая пресса, пережившая атаку на город. Наши весёлые флайщики Валера и Витя. Сначала жёсткие, потом - лучшие друзья.
Первая попытка поесть в солдатской столовой увенчалась перловкой с сайрой и отработкой (реально, повар перепутал маслице). Со второго захода нас послали нахрен. Ртов много, а всего - мало. И пресса эта самая сраная - неучтёнка.
Потом возмущение флайщиков, приехавших из Владикавказа: "Это у нас ты спрашиваешь тушняк и воду?! Это ты из Москвы прилетел или мы?!" Виноват. Исправился.
Потом грузинский пленный с фингалом, размером с теннисный мяч. Мы в эфире показали, он - выжил. Звонил маме с моего телефона. В обратку звонила не мама, а депутат грузинского парламента, бархатным вальяжным тоном:
- Сейчас с вами будет говорить...
- Ага, привет, с вашим пленным всё в порядке.
СкАчки под эфир по дымящемуся городу. Шесть или семь обгоревших грудин. Укладывают в гробы зелёного бархата. "Это семья была. Хотели из города убежать. Мужчина за рулём, а жена-дети-тёща набились в салон, видишь. Их из танкового пулемёта расстреяли, суки. Видели, что мирные".
Дед-осетин в соседнем доме: "Заходите! Нет, никуда не пойдёте теперь, пока за стол не сядете. Красного или белого? Белого?" Стакан водки... "Чтоб вам никогда не снимать войну. А всегда снимать только свадьбы!"
Дедушка...
Потом появился МЧС. Мобильный госпиталь, врачи, то-сё. Алексей Бахвалов удачно отмутил у них спальник. Переночевал. "Саня, бери, тебе в горах нужнее".
Потом прибыли Сонин и Кияновский. Это, конечно, был цирк-шапито. Но стало нескучно, сытно и основательно. Не "приехали", а именно "прибыли в зону б.д. и развернулись".
Потом мы поехали на границу Южной Осетии и Грузии. Одни из всех. Кругом, конечно же, были аццкие снайперы, но мы выжили. Извините...
Вырвали с корнем бампер флайки (Валера и Витя, упс...) Встреча сторон.
Через такие дремучие деревни! Какие, нафиг, шаманы и индейцы навахо? Этнография. XVIII век!
А на границе были беременная корреспондентка ВВС (отказалась давать интервью про взгляд "с той стороны") и двухметровый грузинский спецназовец. Здороваться за руку отказался. Красивый. Лощёный. В белоснежных носках. Вальяжный. Побеждённый.
И осетинский ополченец, метр-шестьдесят, который давил его бровями. И ждал повода. Малейшего повода.
Год назад, примерно, отсматривал видео того периода. Бросилось в глаза, как Стёпа подсаживает в машину детей. Эвакуироваться. Они уезжают, он остаётся. А некоторые коллеги не остаются. Уважаемые люди теперь.
На обратном пути потряс водопровод на Цхинвал, взорванный в первый день войны ДРГшниками. Было видно: через дыру в трубе вытекает больше воды, чем в трубу втекает. Школьная задачка.
И раздувшаяся мёртвая корова в горящем грузинском селе Никози. Бывшем грузинском. Символ. Лик войны.
Дома, в Братске, меня ждал сын. Ему было три месяца.
https://t.me/SergeyKolyasnikov/7555
Пишет Евгений Поддубный:
Если бы мне было нужно описать войну в Южной Осетии одним кадром, то это был бы вот этот кадр. 9 августа 2008 года у Республиканской больницы к нам подошел уже пожилой мужик и позвал с собой. Его дом был совсем не далеко. Он пригласил нас в дом, очень спокойный, даже слишком. Толь закончился второй штурм Цхинвала грузинскими войсками, закончился провалом, впрочем, как и первый. Уже попала в грузинскую засаду батальонно-тактическая группа генерала Хрулева. Сладков, Коц, Лосев, генерал Хрулев были ранены, был убит майор Ветчинов и еще более 20 российских военных. Уже было понятно, что у грузин ничего не получится. Так вот мужик завел нас в спальню, откинул одеяло с кровати, а там его жена и дочь. Мертвые. Их срезали грузинские парни из пулемета, когда они пытались перебежать улицу. Мать и дочь убегали и были убиты. Овдовевший хозяин дома нашел своих, забрал их и принес домой. Тогда он тихо спрашивал, а что ему делать дальше? Я и сейчас не знаю, как отвечать на такие вопросы, а слышал я их часто и после августа 2008 года. Так вот этот кадр и есть для меня война 080808. Потому что, называя вещи своими именами, грузинские военные пришли и убили много безоружных людей. А когда пришли русские солдаты, грузинские военные испугались и кому повезло остаться в живых – убежали.
https://t.me/SergeyKolyasnikov/7554
Пишет Александр Сладков:
Мы прилетели во Владикавказ 7 августа 2008 года. Не знаю почему именно в этот день. Мне часто везёт, как репортёру, и я оказываюсь там, где надо. В ту минуту, в тот час и в тот день. Так случилось и тогда.
Мне жаль грузин, которые попались на звёздно-полосатую удочку. Мне жаль их убитых солдат, чьи тела потом, вздувшись на солнце, валялась на улицах. Мне не жаль себя, свои дни в госпиталях потом. Я горжусь, что был вместе с прославленным (позже расформированным) 135-м мсп, с его батальонно-тактической группой, которая вошла в Цхинвал первой (из тех, что торопились на помощь).
В городе до пехоты были и российские миротворцы, и наш СпН, и ополченцы осетинские воевали. И мне жаль погибших и раненых солдат, всех военных, их семьи.
Мне вообще жаль, что вот так всё получилось. Да, мы лежали под свистящим над нами железом, слушали доклады: «На прямую наводку к нам вышли грузинские танки! Пять танков!» «Нас обходит грузинская пехота, примерно триста человек»! И это, как оказалось потом, было ещё не всё так плохо.
Я лежал и думал, где ж наши атомные подлодки, где силы ядерного сдерживания, где великая армия, которая всегда крошила в капусту «противника» на любых учениях»?
Теперь я понимаю, насколько правильно сделал Кремль, во-первых, дав Тбилиси (Вашингтону) ответ, и, во-вторых, сделав этот ответ адекватным.
Но это была война. Как хорошо бы она не закончилась, погибших уже никогда не будет рядом с нами. Царствие им небесное. И Память.
https://t.me/SergeyKolyasnikov/7557