Протоиерей Иоанн Аверин: «Я всегда знал, что Бог есть»
Настоятель храма святых Космы и Дамиана, что в селе Летово Рыбновского района Рязанской области, протоиерей Иоанн Аверин служит у престола Божьего более сорока лет. Вера помогала ему принимать правильные решения и поступать по совести, спасала в тяжелые времена и не давала поддаться отчаянию. Отцу Иоанну посчастливилось близко общаться с людьми, ставшими духовными светочами своего времени, и заботиться о благолепии Космодамианского храма, о котором владыка Глеб (Смирнов) говорил: «Непростая она, наша летовская церковь, непростая. Особенная благодать в ней!»
Вера, впитанная с молоком матери
– Я родился в 1950 году в Милославском районе Рязанской области. Семья у нас была верующая. Папа хоть и состоял в партии, но существование Бога никогда не отрицал. Из-за этого отца исключили позже из партии. Он, конечно, горевал, но зато сохранил преданность христианской вере.
Мама воспитывала меня в православном духе с малых лет. Поэтому я всегда знал, что Бог есть. Когда Он хочет привести к Себе человека, то нередко посылает ему неожиданные скорби, чтобы тот переосмыслил свою жизнь и обратился ко Господу. В моей жизни таких критических моментов не было – веру я впитал с молоком матери. Конечно, приходилось претерпевать лишения, различные испытания. Но я понимал их глубокий смысл и духовную пользу.
В детстве мы часто с мамой ездили в храм Архангела Михаила в Чаплыгине – небольшом городке в Липецкой области. До революции он назывался Раненбург и относился к Рязанской губернии. Жила там блаженная девица Анна. Она несла крест тяжелой болезни, была преемницей схимонахини Елисаветы, прозорливой матушки, духовной дочери преподобного Амвросия Оптинского.
Блаженная Анна из-за физической немощи всё время лежала на кровати, но при этом обладала большой духовной силой, была настоящей молитвенницей, многих людей, приходящих к ней, наставляла в христианской вере, утешала и помогала мудрым советом.
Мы с мамой тоже нередко бывали в гостях у блаженной Анны. Она жила в деревянной хибарке, которая продувалась со всех сторон. Помню, приехали к ней как-то зимой. Такой холод был! Сидели на табуретке и дрожали. Матушка спрашивает: «Что, замерзли?» И после этих слов будто жаром нас обдало c головы до пяток, в один миг тепло стало, и все согрелись. Вот какая была сила молитвы у блаженной Анны.
Родители мне рассказывали, что родился я очень слабеньким ребенком. Бабушка, думая, что младенец умрет, побежала в церковь крестить меня. После этого я стал потихоньку набираться сил. При крещении меня нарекли Иваном, а отец почему-то написал в свидетельстве о рождении имя Валерий. Мне об этом поначалу не рассказывали, и до шестнадцати лет я был Валерием, а позже решил официально поменять имя на то, которое мне дали при крещении. Блаженная Анна этот мой поступок одобрила и всегда при встрече со мной радостно называла меня Иван Палыч. А я очень удивлялся: чему матушка радуется? Прошли годы, и все вдруг начали обращаться ко мне Иван Палыч. Даже когда я стал священником, многие светские люди продолжали меня так называть.
«Ты меня не подведи…»
– После окончания школы я отучился в ДОСААФ на водителя, два года служил в Тульском артиллерийском училище в дивизионе боевого обеспечения. А потом поступил в Рязанский сельскохозяйственный институт на экономический факультет. Несколько лет работал по специальности, но вскоре понял, что душа не лежит к этой профессии. И я поступил в Ленинградскую духовную академию, экстерном окончив семинарию. По совету митрополита Никодима (Ротова), который был в то время Патриаршим экзархом Западной Европы и почетным членом Ленинградской духовной академии, я снялся с военного и паспортного учета. Советские власти меня долго искали, но не нашли. Даже в газетах писали обо мне в рамках антирелигиозной пропаганды, мол, Иван Павлович Аверин нормальным человеком был, а стал непонятно кем… Несмотря на это, особого давления на себя со стороны власти я не ощущал, меня сильно не прессовали.
К тому времени я женился, у нас родился сын. Когда уехал в академию, супруга Вера осталась в Рязани у моих родителей. Два года я учился на стационаре, а потом приезжал в Санкт-Петербург и экстерном сдавал экзамены – раньше это допускалось. Ректором в то время был архиепископ Кирилл (Гундяев) – ныне Патриарх Московский и всея Руси. Он и рукополагал меня в сан диакона.
В Троицком соборе Александро-Невской лавры меня рукополагал в священника архиепископ Тихвинский Мелитон, викарий Ленинградской епархии. Он уже старенький был. Во время хиротонии шептал мне на ухо: «Ну, ты меня не подведи, будь достойным служителем Церкви».
У нас были прекрасные преподаватели, многие из которых прошли Великую Отечественную войну и стали впоследствии священниками. Они никогда ни на что не жаловались и ничего не боялись, у них была горячая вера. Сейчас, к сожалению, мало таких людей. Многие называют себя верующими, ходят в церковь, ставят свечи… Но если начнутся гонения, сразу станет видно: кто по-настоящему живет с Богом, а кто играет в святость.
В советское время, например, очень трудно было достать Евангелие. Если Священное Писание оказывалось в руках у верующего человека, то это было для него действительно счастьем – Божьим подарком. И отношение к этому было трепетное.
А сегодня мы живем в очень интересное время: Евангелие, молитвослов, Псалтирь есть даже в мобильном телефоне. Сначала я с осторожностью к этому относился, но потом понял большую пользу современных электронных технологий. Скачал, например, человек специальное приложение в телефон, едет в транспорте – молитвы читает. И окружающие не видят, чем он там занимается, и книги с собой в сумке носить не надо. Как говорил архимандрит Иоанн (Крестьянкин), с которым мне посчастливилось быть знакомым, одни выпускают на компьютере религиозную литературу, а другие творят безобразие. И, пользуясь одной и той же техникой, одни спасаются, а другие погибают уже здесь, на земле.
Патриарх Алексий II и протоиерей Иоанн.
Посещение Космодамианского храма
в рамках Первосвятительского визита в Рязанскую епархию, июнь 1991 г.
В память о владыке Глебе
– Впервые я познакомился с отцом Иоанном Смирновым, ставшим впоследствии архиепископом Орловским и Брянским Глебом, когда ему было около 60 лет. Я часто приезжал к нему в Летово, исповедовался у него, причащался. Он прослужил в Космодамианском храме шестнадцать лет, много сил прилагал к духовному воспитанию прихожан.
Он не советовал принимать мне монашество и говорил: «Ты женись…». В 1975 году, когда отец Иоанн был уже настоятелем Борисоглебского собора, я привез к нему свою будущую супругу. Она была очень худенькая. Отец Иоанн посмотрел на нее и сказал: «Что-то она бледная такая… Ну ничего, женись. Всё будет хорошо! Главное – живите в дружбе и любви, всегда держитесь вместе, тогда вас никакая сила не одолеет».
В 1976 году отец Иоанн стал епископом Орловским и Брянским Глебом, а через два года был возведен в сан архиепископа. Но о храме в Летове никогда не забывал. Когда в 1979 году меня назначили его настоятелем, владыка Глеб очень обрадовался. Помогал не только духовным советом, но и присылал средства на ремонт храма, материалы, даже рабочих иногда направлял для производства необходимых работ. Он очень любил наш храм и говорил мне: «Никуда отсюда не уезжай. Я бы и сам всю жизнь прослужил здесь».
Предсмертной волей владыки было похоронить его в любимом им Летове. Могила архиепископа Глеба расположена за алтарем Космодамианской церкви.
Встречи со старицей
– С 1986 года мы часто ездили к схимонахине Феодосии в Скопин. Она всегда очень радовалась, когда мы с супругой приезжали. Однажды мы сильно озаботились тем, в каких непростых условиях жила матушка, и подумали: может, ее к себе в дом перевезти? Приехали как-то к старице, а она с порога нам и говорит: «Что, меня к себе возьмете, что ли? Нет, к вам не поеду. Мне здесь нужно быть». Схимонахине Феодосии даже рассказывать ничего не надо было. Приедешь к ней с каким-нибудь вопросом, а она уже и так всё знает. Иногда достаточно было только взглянуть на нее и понять, что у тебя и проблем-то никаких нет. Лежит матушка на кровати светлая, радостная, каждую минуту с Богом, а ты пришел ей на свою жизнь жаловаться…
Последний раз мы виделись со схимонахиней Феодосией за пару недель до ее ухода из земной жизни. Супруга моя сидела рядом с ней и плакала, плакала... Слезы сами текли. Видимо, почувствовала, что матушка скоро уйдет от нас. Когда Господь забирает близкого нам человека, мы, конечно, себя больше жалеем, что остались без его наставлений и помощи.
С супругой мы вырастили шестерых дочерей и одного сына, воспитывали их в любви к Богу и Церкви. Сын Георгий окончил Санкт-Петербургскую духовную семинарию и академию, принял духовный сан и сегодня является ключарем Борисоглебского кафедрального собора Рязани. Подрастают внуки. Надеюсь, что каждый из них выберет правильный путь в жизни и станет настоящим христианином.
Записала Вероника МИЛОВА
Цитируется по публикации портала «Логосъ»
(Рязанская митрополия)