Крепкий орешек: история заведующего международным отделом «Коммуны» Лейбы Райскина, который ни дня не проучился в школе

Сам по себе факт уникальный: будучи сначала заведующим отделом партийной жизни, а потом и международным – областной газеты «Коммуна», Лейба Райскин ни дня в своей жизни не проучился в школе. В анкетах, которые ему приходилось заполнять, в графе «Образование» он писал одно и то же: «Самообразование в объёме среднего». Но при этом он обладал феноменальной природной грамотностью.

Не пришлось мальчишке из бедной еврейской семьи даже двух зим побегать с холщовой котомкой в школу. А школы–церковно-приходские, техническое училище, прогимназия и гимназия в Ливнах, что в Орловской губернии, – были. «Я самостоятельно овладел грамотой ещё совсем мальцом, – вспоминал Лейба Гиршевич.–Лет пять, наверное, мне тогда исполнилось, когда начал читать по слогам. Букварь мне никто не покупал и не дарил. А вот газеты у нас дома водились.

Отец иногда приносил их со службы. По ним и освоил грамоту». Отец Лейбы служил на железной дороге мелким служащим. Его месячного жалованья в 12 рублей едва-едва хватало на то, чтобы прокормить семью. К тому же часто подводило здоровье. Когда Лейбе шёл четырнадцатый год, в 1913-м, отца не стало. Тут уж, крути не крути, а парнишке нужно было прибиваться к какой-то профессии. И он пошёл в ученики к часовому мастеру. Впрочем, время было такое, что даже став мастером-часовщиком, найти себе подходящую работу Лейба так и не смог.

На дворе стоял март 1919-го. Вовсю шла Гражданская война. Лейбу призвали в Красную Армию, в 45-й стрелковый полк. Прослужил он год. А тут ещё тиф и испанка начали косить народ. Заразился и Лейба сыпным тифом – как тогда говорили, «сыпняком». «Попал я в госпиталь,– вспоминал Райскин. – Болел очень тяжело, началось осложнение, думал, уже и не выкарабкаюсь. Но ничего, выдюжил, крепким орешком оказался». По состоянию здоровья его демобилизовали. Красноармейцу Райскину ничего не оставалось, как вернуться на родину. С той поры и начинается его культурно-просветительская, а затем и журналистская деятельность.

Он заведовал партийно-комсомольским клубом и правовым отделом в комсомоле в Ливнах, был инспектором по ликвидации безграмотности (!) политпроса, возглавлял агитационный отдел райкома ВКП(б). И на протяжении всего этого пятилетнего периода, с 1923 по 1928 год, как говорил сам Лейба Гиршевич, участвовал в печати: писал в газеты «Орловская правда», «Правда молодёжи», «Юношеская правда», в журналы «Коммунистическое просвещение», «Рабоче-крестьянский корреспондент».

Руководство заметило литературные способности партийного работника и окончательно определило его по газетной части. С 1928 года Райскин – в печати. Сначала он заместитель редактора в елецкой окружной газете «Красное знамя», потом– редактор касторенской «районки» «Путь колхоза». Следом было редакторство «Кирсановской коммуны», а в 1933-м он возглавил «Тамбовскую правду». Все эти газеты входили в круг газетно-журнальных изданий Центрально-Чернозёмной области со столицей в Воронеже. Так что дальнейший путь Райскина прямиком лежал в Воронеж.

В 1935 году Лейба Гиршевич становится сотрудником «Коммуны». Оформлял его на работу редактор Сергей Васильевич Елозо, который недавно принял эстафету от предыдущего редактора Александра Владимировича Швера. Они оба «шефствовали» над ссыльным поэтом Осипом Мандельштамом–в том смысле, что помогали материально, а жену Осипа Эмильевича, Надежду Яковлевну, определили в отдел писем «Коммуны». Обоих редакторов впоследствии как «врагов народа» расстреляли.
Тогда в «Коммуне» соответствующие органы периодически устраивали зачистки. Каким-то чудом сия чаша миновала Лейбу Райскина.

А тут вскоре и война.

В сорок первом он попал в 45-й запасный стрелковый полк политруком роты. Ушёл на фронт, в армейские газеты основной мужской редакционный состав.

Кадрово «Коммуна» оголилась. В сорок втором, когда редакция сначала перебралась в Анну, а затем в Борисоглебск, Райскина затребовали обратно в газету.
В то время военный отдел «Коммуны» возглавлял талантливый журналист Василий Григорьевич Пчелин. Ему на подмогу взяли совсем молодого сельского парнишку Васю Журавского, который в 23 года уйдёт в «Правду» журналистом-международником. Плюс ко всему, заместитель редактора Алексей Петрович Шапошник и заместитель ответственного секретаря Лейба Гиршевич Райскин были на подхвате в военном отделе. Выезжали на передовую линию фронта, в только что освобождённые города и сёла Воронежской области. Из командировок привозили очерки и репортажи о подвигах земляков, о партизанских отрядах, рассказывали о том, сколько горя и страдания пришлось пережить людям в оккупации.

В декабре сорок пятого вышел Указ о награждении Лейбы Райскина медалями «За Победу над Германией» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
Пришёл конец скитаниям журналистов: здание редакции на проспекте Революции, от которого в войну остался один остов, восстановили.

Всё пошло своим чередом. Заместитель ответственного секретаря «Коммуны» Лейба Райскин еженедельно выдавал свой «Международный обзор», помогал отделам, давал задания корреспондентам, если надо, сам отправлялся в командировки и, конечно, вычитывал и правил все статьи и заметки, которые шли в очередной номер. А в ту пору журналистский корпус «Коммуны» составлял пятьдесят человек.

…Он исправно приходил на все партийные собрания. Садился гденибудь в сторонке и слушал, как схлёстывались в «перестроечном» порыве взаимоисключающие группы присутствующих партийцев. То был конец 80-х. Однажды он всётаки не выдержал и сказал: «Наивные вы ребята. Рыночная экономика всё равно выйдет из берегов диким капитализмом».

Мудрым всё-таки был Лейба Гиршевич Райскин, проживший 92 года.



На фото Лейба Райскин справа вверху.