Жена космонавта Юлия Новицкая: «Привет, мой любимый звонок из космоса!»

Все космонавты перед возвращением с орбиты обязательно делают кулинарные заказы. А после приземления с жадностью вдыхают степной воздух.

На Землю вернулся первый в истории космический «киноэкипаж» – режиссёр Клим Шипенко и актриса Юлия Пересильд. Командиром корабля «Союз МС-18», совершившего посадку в Казах­стане, был космонавт Олег Новицкий. Он находился на орбите с апреля, и на протяжении этого полёта, ставшего для него третьим, его супруга, журналист Юлия Новицкая вела блог «Дневник жены космонавта», который публиковался на сайте «Роскосмоса».

Как познакомились?

– Юлия, сколько вы с Олегом женаты?

– 26 лет уже.

– Мечтали выйти замуж за космонавта?

– Нет, конечно. Тогда ещё не было известно, что он им станет. Я выходила замуж за военного лётчика, но прежде всего – за человека, которого полюбила. Профессия была вторична.

Я тогда училась на филологическом факультете Борисоглеб­ского педагогического института, а он переучивался в Центре переподготовки лётного состава, тоже в Борисоглебске. И я ходила в библиотеку Дома офицеров, поскольку нам задавали очень много книг читать. Олега заинтересовала девушка, которая бегала с огромной стопкой книг: успевает ли она их читать? И плюс, как говорит, я ему по­нравилась. Он нашёл мой номер телефона, так и познакомились.

Теперь я всё время шучу, что благодаря любви к чтению можно найти себе мужа. Всем молодым девушкам советую любить читать и ходить в библиотеку.

– Тем не менее многие девушки мечтают выйти замуж за футболистов, получающих заоблачные зарплаты.

– Да ради Бога. Но мы, наверное, люди старой формации, и у нас немного другие ценности.

После свадьбы Олег 10 лет прослужил на Северном Кавказе, затем поступил в Военно-воздушную академию. А когда заканчивал её, представился шанс пройти отбор в отряд космонавтов. Он, правда, говорил: «Где я, а где космонавтика. Но давай попробую, чтобы в старости внукам рассказывать, что вот, мол, у вашего дедушки был такой шанс». И мы были сильно удивлены, когда ему удалось пройти отбор. Ведь космонавтика была для нас чем-то из учебников истории. Это было похоже на сказку про Золушку: простой паренёк из маленького белорусского городка вдруг смог попасть в отряд космонавтов!

– Отговорить не пытались? Всё-таки профессия рискованная, плюс длительные ­отлучки...

– Мне кажется, мужчину с характером (а других в отряд космонавтов не берут) бесполезно отговаривать. И потом, умная женщина и любящая жена никогда не будет этого делать. Как можно отговаривать от любимой работы, от того, что человеку нравится? Полететь в космос стало мечтой Олега. И я рада, что у него это получилось довольно быстро – меньше чем через 6 лет после зачисления в отряд. Обычно ребята ждут своей очереди дольше.

Кто кому звонит?

– На МКС регулярно случаются нештатные ситуации и даже ЧП. Как вы переживаете их, когда на станции находится ваш муж?

– Так же, как любая жена, когда у её мужа ЧП на работе. Отдаю себе отчёт, чем это чревато. Волнуюсь, не свожу глаз с экрана. При этом я уверена в его силах и профессионализме, но в жизни может случиться всякое.

К огромному сожалению, у нас сейчас ни один полёт не обходится без нештатных ситуаций. Их нельзя предугадать, нельзя сделать так, чтобы их вообще не было. В третьем полёте, который только что завершился, были сложности с приёмом модуля «Наука». Была серьёзная нештатка накануне отстыковки, когда двигатели «Союза» развернули ориентацию МКС.

Знаете, я немножко попробовала на себе испытать, что такое быть космонавтом. Я ведь космический журналист, мне это интересно и с профессиональной точки зрения. Во время второго полёта Олега я летала в аэродинамической трубе, хотя боюсь высоты. А когда ему предстоял выход в открытый космос, побывала на НПП «Звезда» и примерила (вернее, вошла в него – так правильно говорить) скафандр. Мне включили небольшой наддув, вентиляцию, связь, закрыли этот скафандр, и я попробовала перемещать фалы. Это было недолго, но у меня быстро устали руки, так что я даже не смогла самостоятельно покинуть скафандр. Три специалиста помогали мне выйти из него. Конечно, это одна десятитысячная из того, что они там испытывают, но после этого я написала Олегу, что теперь буду смотреть на его выход в открытый космос совсем другими глазами.

– Написали? А как осуществляется связь космонавтов с родст­венниками? Можете ли вы ему позвонить на станцию?

– Я позвонить не могу, звонить может только он. Иногда это бывает по несколько раз в день, иногда – один раз в день. Но звонит он ежедневно, за все три полёта пропуск был только один раз, когда на МКС случились неполадки со связью.

Звонок идёт прямо на мобильный. Когда был первый полёт Олега, я записала этот номер в телефоне как «Звонок из космоса». Во втором полёте номер сменился, я назвала его «Звонок из космоса – 2». А в треть­ем, крайнем полёте – «Звонок из космоса – 3». Когда муж звонит, я ему в шутку всегда говорю: «Привет, мой любимый звонок из космоса!»

Звонить я туда не могу, но могу писать по электронной почте и делаю это постоянно. Олегу это очень нужно. К письмам ведь можно прикреплять фото и видео. Не было ни одного дня, чтобы я не послала ему что-то. Какие-то земные моменты: вот пошёл сильный дождь, вот листо­пад, очень красивая осень. Вот спящая младшая дочка. Дочка нарисовала рисунок – мы либо фото, либо видео отправляем. Каждое утро я посылаю письмо, которое так и называю – «Доброе утро». Если у кого-то из друзей день рождения, я обязательно напомню. И если будет время, Олег может ему позвонить. Но время на МКС на вес золота.

Что в кулинарном заказе?

– Приземлившись, ваш муж признался, что больше всего хочет белорусскую еду – пирог с картош­кой, нарочанский хлеб и стакан берёзового сока. Вы порадовали его этим набором?

– Есть полгода «космическую» пищу надоедает. Там не хватает овощей, свежих фруктов. Поэтому космонавты перед возвращением на Землю обязательно делают кулинарные заказы, это такая традиция. А мы смеёмся: приказ из космоса получен, надо выполнять!

Олег заранее сделал свой заказ. По традиции в него входят картофельный белорусский пирог, свиные жареные рёбрышки (это обязательно), а сейчас он ещё попросил салат со свежим луком – мы с младшей дочкой вырастили его дома на подоконнике. Всё это отвезли в профилакторий, где он будет проходить реабилитацию после полёта, и оставили в холодильнике.

Специально для Олега нам передали из Белоруссии сало и буханку чёрного нарочанского хлеба. Его очень тяжело в Мин­ске найти, но он считается у них самым вкусным. И передали несколько маленьких пакетиков берёзового сока. Я их отправила на Байконур – когда шла телевизионная трансляция после приземления, было видно, что он выпил этот сок.

Ещё я видела, с каким удовольствием он вдыхал степной воздух. Все ребята это делают. В любой трансляции можно посмотреть – после приземления с большим наслаждением дышат свежим воздухом, хоть летом, хоть зимой. Это ведь не та искусственная атмосфера, в которой они находятся на МКС. Конечно, воздух на станции постоянно очищается, но там нет тех запахов, которые есть на Земле.

– Ваш муж в совокупности провёл на орбите более 530 суток. Что скажете по прошествии трёх его полётов: тяжело быть женой ­космонавта?

– Мне кажется, женой быть тяжело, а хорошей женой – ещё тяжелее. Так же, как и быть хорошим мужем. Семья – это колоссальный труд и ежедневная работа. Здесь нельзя работать спустя рукава. Почему у нас в стране так много разводов? Потому что не все к этому готовы, не все хотят выполнять свои обязанности.

Длительные командировки – это тяжело, но они есть не только у космонавтов. А моряки-подводники? Да и другие военные? Конечно, у жён космонавтов жизнь в значительной мере подчинена жизни мужей, но в то же время очень здорово, когда удаётся жить и своей жизнь­ю. Не растворяться полностью в супруге, не оставаться совсем в его тени, а пытаться, например, реализоваться в профессии.

Когда Максим Галкин пригласил меня на свою передачу, он пошутил, представив меня так: «Юлия Новицкая, журналист, а в свободное время – жена космонавта». Эта шутка мне очень понравилась, она отражает моё внутреннее отношение к этому.