«Работать за 20 тысяч в месяц? У меня бы депрессия была». Вратарь, который чуть не стал физруком

Михаил Левашов ходил в турпоходы, работал промышленным альпинистом, еще недавно гонял в КФК на первенство Тульской области, а не дождавшись шанса от Аленичева в «Арсенале», собирался устроиться учителем физкультуры. Три года назад его вернул в профессиональный футбол Сергей Павлов. Сейчас Левашов — один из двух коренных туляков в «Арсенале» и говорит, что хочет провести здесь всю карьеру. Корреспондент Sport24 Александр Муйжнек встретился с Левашовым в Белеке и узнал: как мотивирует тренер вратарей в штабе Кононова;кто шутит про секс лучше — Дзюба или Божович;почему зарплаты учителей в Тульской области — это печально;что общего между победой над «Зенитом» и выигрышем Лиги чемпионов;каково это — спать в автобусе в режиме «в рот ноги»;какой ущерб можно нанести себе бензопилой, если лазаешь с ней по деревьям. Кононов, Черевченко — Год назад «Арсенал» боролся за выход в Лигу Европы, сейчас — в трех очках от стыков за выживание. Почему?— У нас и в том году была цель бороться за десятку, это уже по ходу пришел аппетит. И сейчас задача минимум — тоже не ниже десятого места. В таблице все плотно, а у нас же еще и Кубок. — Сезон вы начинали с Кононовым. Главное, что он привнес в «Арсенал»?— Это тренер со своим видением и множеством нюансов в работе, с какими я, например, никогда не сталкивался. Допустим, с первого дня Кононов ввел систему баллов. Насколько знаю, такая тема есть сейчас и в «Спартаке». Кто-то бурчал, но в целом всех мотивировало. Из вратарей больше всего баллов получал тот, кто меньше пропустил. Прикольно было, я старался вытаскивать каждый мяч. Первые пару месяцев проигрывал, никак не мог привыкнуть. От вратарей Кононов всегда требовал участия в розыгрышах мяча. Поймал, ввел игроку, сразу подстроился, еще раз обстучался, перевел в другую зону. Все через короткий или средний пас. Кононов был противником того, чтобы бесцельно выбивать мяч далеко. В этом случае получается 50 на 50, а тренеры требовали, чтобы мы сохраняли мяч, играли в контроль. — Как вам работалось с тренером вратарей Даниэлом Тудором?— Всем нравилось. Профи до мозга костей, многое объяснял. Конечно, был языковой барьер, но мысли доходили. Тудор — человек эмоциональный, всегда требовал уважения к себе и с уважением относился к нам. После четвертого тура, когда я оказался в запасе, у меня был разговор с Тудором о мотивации. Ему казалось, что я снизил требования к себе. И еще ему не нравилась моя упертая позиция, что я хочу быть только в «Арсенале». Даниэл объяснил: «Тула — это прекрасно, хорошо, что ты здесь свой и можешь остаться тут надолго. Но надо стараться расти, искать себе цели». — Беляев называл Кононова фантастическим мотиватором.— Помню и видео, и цитаты, которые он присылал в командный чат — что-то вроде «все в наших руках, не сдавайтесь». После матчей он отправлял игрокам анкеты, нужно было отвечать на вопросы: как ты провел матч, над чем нужно работать. Тяжело после проигранных матчей сидеть и думать — блин, как бы получше выразиться-то, а не просто «все хреново»? Но я старался, отвечал развернуто. — Черевченко продолжает линию Кононова? Чем они вообще отличаются?— Это тренеры с разными подходами. Стиль игры у нас немного изменился. Но футболисты у «Арсенала» с большим атакующим потенциалом, закрываться точно не станем. Игорь Геннадьевич с нами разговаривает на футбольном языке. Все по-житейски что ли. Со стороны Черевченко кажется спокойным, но при этом строгий, может и напихать. Видно, что в футбольном мире он давно. Семья, родители, школа — Вы туляк, бываете и в родном Богородицке. Вам нравится то, что происходит сейчас с городом и вашей первой командой «Кристалл»?— В мое время ей уделялось больше внимания, финансировали серьезнее. В «Кристалл» приезжали даже из Новомосковска, Донского. Сейчас команда в упадке. Денег вообще нет, еле наскребают на стартовый взнос и на автобус для выездов. Даже о суточных речи не идет, не то что о премиальных. Меня это прямо угнетает. Плюс других команд в области осталось совсем мало, десять лет назад было гораздо больше. Хорошо хоть в ДЮСШ работает больше тренеров. При мне было один-два. Строятся новые площадки, реконструируются стадионы. — Как-то помогаете «Кристаллу»?— Привожу мячи и другой инвентарь. В том году приобрел форму для команды ветеранов. Не забываю и про ДЮСШ, помогаю проводить турниры. В ноябре вместе с моим другом Антоном Тюленевым, тренером ДЮСШ, организовали детский турнир в Товарково. Там у меня родилась идея: перед Новым годом собрать всех юных вратарей Богородицка. Провел мастер-класс, подарил 20 комплектов перчаток. — Роман Зобнин отметил три проблемы России: бедность, медицина и зарплата учителей. И еще сказал: «Выезжаешь за пределы Москвы и Питера — больно на людей смотреть». Согласны?— Я и в Москве-то практически не бываю. Не тянет совсем. За прошлый год в сумме не больше недели там пробыл. Но со словами Ромы абсолютно согласен. Зарплата учителей — ужас. У меня у самого родители — педагоги, многие друзья тоже. Работают учителями физкультуры, причем на полную ставку, и с утра до вечера за зарплату 20 с копейками тысяч. На эти деньги не обеспечишь семью. Всем приходится брать дополнительную нагрузку, искать подработки, что-то на стороне. — Ваша жена работает тренером по художественной гимнастике в Туле. А что преподают родители?— Мама — алгебру и геометрию, отец — информатику. Причем отец — сразу в нескольких школах. Приходится быстро перемещаться из одной в другую, чтобы успеть на все уроки. Но не из-за жадности, а из-за нехватки кадров: папу очень просят. Мама у меня активная. В соцпроектах участвует, в городе ее все знают, выигрывала много конкурсов с детьми. Рассказывает, что за год уже седьмого ученика по социальной программе отправляет в «Артек». Каждый день мама давала уроки дополнительно — и на дому, и в школе. Тоже не от хорошей жизни. Стараюсь делать так, чтобы мама уже ничего не брала и поменьше нагружалась. — Вас пугает, сколько получают в школе ваши родители?— Конечно, пугает. В негодование прихожу от этого. Если бы мне сказали работать за такие деньги — точно депрессия была бы. У многих ребят, кто в школе работает, от этого руки и опускаются. Потому и бросают, а то и вовсе не идут, когда узнают зарплату. — Вы и сами чуть не стали физруком, когда «Арсенал» вышел в Премьер-лигу, а вы еще играли во второй. Кто предложил работу в школе?— Сам к этому пришел — в мае 2016 года, когда месяц был без контракта. Если бы карьера профессионального футболиста так и не сложилась, играл бы в любительской лиге, за какую-то копеечку. Был вариант с новомосковским «Химиком», также меня приглашали в «Гидроспецстрой» и «Алексин». Но главная цель была тренировать детей. Если успевал бы — подрабатывал в школе. Понимал, что на это найдется свободное время, да и интересно было. Хотел взять пару классов. Аленичев, Филимонов — И тут про вас вспомнили в «Арсенале». Все случилось внезапно?— Весной 2016-го я достойно выступал за «Арсенал-2» в ПФЛ и надеялся, что меня подтянут хотя бы в резерв основы. Но у команды начался первый сбор, а меня все не звали. Спустя неделю после его начала меня все-таки вызвали в Кратово. Ехал просто потренироваться, но сразу пошло — я успешно влился в процесс. Думаю, помогло, что я избавился от давления. Не нужно было кому-то что-то доказывать. Знал, чем заняться, если бы не взяли в «Арсенал» — вот и расслабился. Но потом я поехал и на второй сбор, а сразу после перевели в главную команду. — До 2016-го возникало ощущение, что вас зачехляют?— Три года, когда «Арсенал» поднимался из ПФЛ в РПЛ, Аленичев и Филимонов меня знали, видели. В итоге при Аленичеве я ни разу и не потренировался. Только когда «Арсенал» играл на КФК. Но обиды никакой нет. Мне и самому казалось, что уровню РПЛ не соответствую. — На каком-то этапе были готовы завершить карьеру?— Завершить карьеру, не начав? Я и не считал это карьерой. Вторая-третья лига, ну что это? Премьер-лига — вот это я понимаю карьера, прямо звучит. — С Филимоновым вы почти не пересекались. А каким вратарем был Габулов?— С Филимоновым я месяца три поработал в дубле весной 2015-го. В свои годы он был в отличной форме. Можно сказать, благодаря Филимонову «Арсенал» поднялся в Премьер-лигу — он мощно играл в ФНЛ. Габулов — опытный вратарь. На поле и в раздевалке любит дисциплину, мог напихать партнерам. Всем было понятно, что он приходил в команду, чтобы играть. У меня игровой практики тогда было мало. Агенты даже подкидывали варианты с другими клубами. Не думаю, что на меня шла охота, просто были разговоры. Но я все отсекал. И так все свалилось как снег на голову, бросать начатое не стал. КФК, полевая кухня, «в рот ноги» — До 2014-го вы играли в ЛФЛ — «Дон» из Новомосковска, дубль «Волги», «Шахтер» Пешелань, «Арсенал-2».— Да, до 22 лет никак не удавалось дебютировать в профессиональном футболе. Мог бы так и не заиграть, если бы с выходом «Арсенала» в Премьер-лигу «Арсенал-2» не заявили бы в ПФЛ, а совсем закрыли. Но любительские команды вы назвали не все. Летом и в начале осени 2015-го я не играл даже в «Арсенале-2» [в ПФЛ]. Из-за сквозной заявки с основой был возрастной лимит: могли выпускать только троих игроков старше 23-х. Основную команду тогда возглавил Виктор Булатов и спустил к нам много игроков — например, Дмитрия Смирнова. Тренеру ничего не оставалось, как выпускать их, а я был вне старта. Тогда ко мне обратилась команда «Гидпроспецстрой». Предложили играть на первенство Тульской области. Бывало такое, что в два часа игра за «Арсенал-2», а в четыре — за ГСС. Сначала сидел на замене, прямо в форме садился в машину и ехал на соседний стадион — уже играть. Памятный для меня был матч в Ефремове, где я забил с пенальти. Правда, дважды пропустил, тоже с пенальти и тоже от вратаря, и мы проиграли. — Самое необычное, с чем сталкивались в любительских лигах?— На гостевые матчи часто ездили одним днем — пять-семь часов в один конец и обратно. Врач нашей команды Баринов (сейчас он в молодежке «Арсенала») — бывший военный. Он организовывал нам полевую кухню: первое, второе. Брал котелки, одноразовую посуду. Весь автобус выходил, искали полянку, устраивали перекус. Кто стоя, кто на коленках, кто на пеньке. Выезды бывали и дальше — на 10 часов, 12. В Пензу, Волгоградскую область. Ложились в автобусе вальтом, «в рот ноги», и спали. — У «Арсенала» крепкие спонсоры, влиятельный губернатор. Но вы же понимаете, что для регионов это исключение из правил?— Абсолютное, да. Просто сказка. О стабильности мы стараемся говорить с опаской — вдруг это когда-то закончится? Но все зависит от нас, надо выходить и доказывать, что мы достойны выступать на высшем уровне. Но в других городах все не так благополучно. Многим командам не хватает финансирования даже для второй лиги. Бензопила, жумары, дюльфер — Одно время вы работали промышленным альпинистом. Что это такое?— Вместе с отцом ремонтировали высотные объекты, в основном спиливали деревья вблизи домов, газопроводов, ЛЭП. Начал этим заниматься с 14 лет и продолжал почти до своего дебюта в Премьер-лиге. Забирались на очень высокие деревья, пилили частями сверху вниз и спускали на веревках. Каждый раз было страшно. Иногда приходилось с точностью до сантиметра рассчитывать углы. На ноге до сих пор осталось пару шрамов от бензопилы, на руке — от обычной. — Отец все еще занимается спортивным туризмом?— Да, у него свой турклуб «Фиеста». С самого детства брал меня в походы и на турслеты. Соревнования вспоминать кайфово. Бежишь с друзьями, орешь: «Давай, распутывай веревку! Натягивай сильнее, страхуй! Опасная зона! Куда зашел?!». Недавно отцу предложил: давай поедем на турслет, личную дистанцию пробегу, поднатаскаемся. Ответил, что сейчас слеты не те, что десять лет назад. Той подготовки нам хватало, чтобы достойно выступать, а сейчас нас бы разнесли в пух и прах. Во время походов и турслетов я завидовал другим ребятам — им хватало собрать и разобрать свой рюкзак. А мне, как сыну организатора, приходилось заниматься инвентарем — сушить веревки после соревнований, раскладывать обвязки, карабины и другое железо, чистить котелки. Это всегда подбешивало — все идут гулять, а мне палатку или тент надо разбирать и мыть. После дождей это мучение. Но тоже помогло мне вырасти как личность. — Самый сложный ваш поход?— В Кавказских горах. Меня брали совсем маленьким. В шесть лет я шел с мамой за ручку по маршруту третьего взрослого разряда. Потом еще раз ходил в девять, с тех пор — ни разу, но, может, еще схожу. Бывал в водных походах, сплавлялись на байдарках. Больше всего я участвовал в соревнованиях на слетах — сначала одна дистанция, потом другая, еще ориентирование… Вот на скалодромы не тянуло. Высоту не очень любил. Всегда тяжело давался подъем свободным лазаньем. Больше любил подниматься на жумарах и спускаться дюльфером. Счастье — Вы боитесь высоты, но на ограждение стадиона «Арсенала» после победы над «Зенитом» (4:2) залезли бесстрашно.— Да чего там бояться? Пять сантиметров от земли! На самом деле не думал, что как-то буду отмечать и куда-то лезть. Помню, ударил мячик вверх — и меня переклинило: закончилась игра или нет? Ну и решил отпраздновать, ничего такого тут не вижу. Запомнил погоду в тот день. Я не любитель зимней формы одежды и что осенью, что зимой выхожу на поле только в футболке и термобелье. А шапки мне неудобны. Так замерз! Ветер дул, что уши с носом сразу отмерзли. — «Когда поднялся на десятое место в РПЛ», «он так каждой победе радуется или цель жизни достигнута?» — как воспринимали такой фидбэк?— Я и сам читаю паблики, там много всего ходило про меня. И видео «Матч ТВ» с комментарием, что «человек Лигу чемпионов выиграл», тоже видел. Я не знаю, что такое выигрывать Лигу чемпионов, но знаю, каково обыгрывать «Зенит». Я просто был безумно счастлив. Наверное, не объяснить, насколько. — Какая вам в личку прилетала реакция на забег?— Сразу после игры телефон взорвался — один звонок наслаивался на другой. Знаете, что близкие писали? «Вот он ты настоящий. Таким мы тебя знаем, ты такой и есть. Это тебя характеризует». — Сколько на стадионе было ваших знакомых?— Я около ста билетов раздаю на каждый матч, а вообще знакомых приходит еще больше. Обычно они рассредоточены по всем трибунам. Родители ходят на запад, многие друзья — на восток, кто любит пошизить — на север. Дзюба, Божович, секс — Слышал, что «Арсенал» перед домашними матчами всегда выбирает ворота, чтобы заканчивать на «любимой» половине поля. Но Дзюба это знал и перед декабрьским матчем нарушил ваши планы.— Я бы не назвал это традицией, стараюсь не зацикливаться на суевериях. Но да, по-моему, в этом сезоне мы всегда начинали на «правой» половине. В тот раз сразу туда пошли, пожелали друг другу удачи. И тут Комбаров замахал рукой: «Переходим». Когда я бежал, пересекся с Дзюбой и сказал: «Вот ты хитрец, а». «Зениту», правда, это не особенно помогло! — Как вспоминаете время с Дзюбой в «Арсенале»?— Артем классный, мне он очень нравится. Не поладить с ним нереально. Если есть шанс кого-то притравить — притравит! Всех подряд, никого не щадил. Но я с партнерами общаюсь только на поле, а так у меня много друзей вне футбола. Мы знали, что Дзюба — арендованный игрок. Да и Артем представлял, что он тут только на два-три месяца. Мотивировал часто — может, не как перед Хорватией на чемпионате мира, но примерно так: «Мы вместе, мы команда. Сейчас их порвем!» — Когда Дзюба играл в «Арсенале», Паредес забил вам прямым ударом с углового — и вы высказывали за это претензии Артему. Что говорили?— Да, Артем и сам признавал, что должен был выбить тот мяч. Сначала я был немного растерян, как так вообще получилось. Мне никто претензий не предъявлял за этот гол. А на разборе Божович спросил Дзюбу, почему он не вынес. Артем сказал, что сам не понимает. — У кого больше шуток про секс — у Дзюбы или у Божовича?— У Миодрага больше, мне кажется. Когда планку делаешь, например. Божович — вообще веселый мужик, за словом в карман никогда не лез. — Дзюба отказался переходить в «Галатасарай», потому что уехать готов только ради Англии. Артем бы заиграл в АПЛ?— Да в любом чемпионате. Почему нет? Всегда считал его отличным игроком. Он готов и физически, и технически. «МЮ», «Спартак» — За кого болели в детстве?— В Европе — за «Манчестер Юнайтед». Сейчас вот переживал за них с «ПСЖ», хотя и рад за Буффона. А из российских клубов большинство друзей за «Спартак» всегда были. — Вы могли когда-то попасть в «Спартак»? И хотите ли сейчас?— Я никогда не думал, что вообще можно поехать на просмотр в Москву. Даже не знал, что такие крутые школы есть! Сейчас я не могу сказать, что мечтаю о «Спартаке» и вижу себя там. — Первый номер в «Спартаке» или в «Арсенале»?— Вообще все в «Арсенале»! Прямо сейчас в Туле меня все устраивает. Я живу сегодняшним днем и не люблю так далеко загадывать.