Дорогами набегов. Куда вели крымско-татарские шляхи

Губернатор Евгений Савченко предложил увековечить исторические шляхи и поставить памятные знаки на месте маршрутов, где по территории современной Белгородской области проходили Муравский, Изюмский и Кальмиусский шляхи, они же сакмы. Шлях или сакма?Колосятся степные травы в лучах полуденного солнца. Покачиваются между ними, приближаясь, островерхие татарские шапки и пики. Захватчиков высматривает, притаившись, разъезд русских сторожей-пограничников.Когда заходит речь о шляхах и сакмах, многие представляют примерно такие картины. А если у кого воображение не столь богато – ограничиваются цитатой Жоржа Милославского в исполнении Леонида Куравлёва из знаменитой кинокомедии: «Выбить крымского хана с Изюмского шляха!»Действительно, шляхами на Русь шли южные захватчики. И в меньшей степени по ним передвигались купцы. Это были не дороги в общепринятом понимании, с проезжей частью и колеёй. Скорее направления для более или менее удобного передвижения больших людских масс по территориям регионов. Шириной от нескольких десятков до нескольких сотен метров.— Что обозначают слова «шлях», «сакма»? Какая между ними разница? – спрашиваем у декана истфака БелГУ Андрея Папкова.— Это синонимы, – поясняет он. – Слова, соответственно, польского и тюркского происхождения, обозначают степную дорогу. По историческим документам я не вижу принципиальных различий.— По совокупности архивных источников всё же можно сделать вывод, что слово «шлях» применялось к Муравскому шляху во всех случаях. А в отношении Кальмиусского направления встречается и название «сакма», – дополняет председатель исторического общества «Ратник» Владимир Жигалов.Слово «шлях» восходит к немецкому schlagen – «бить, ударять». Получается «набитый, утоптанный путь». А слово «сакма», по словам Папкова, имеет и второе значение. Если шляхом назывался только путь, то сакма также – «след, оставленный в степи». Русские дозорные занимались тем, что называлось «сметить сакму»: находили следы прошедшего отряда, заходили ему в тыл, по следам определяли примерное число врагов и доставляли сведения в свой укреплённый пункт.  Вслед за табунами«Чаще всего по шляхам двигались захватчики, ведь мы говорим про XVI–XVII века», – продолжает декан истфака.Но зарождаться шляхи стали многими тысячелетиями раньше. По окончании ледникового периода сформировались реки и водоразделы их бассейнов. Стада животных, табуны кочевых лошадей, а за ними и люди определили для себя удобные пути передвижения, исходя не только из географических, но и из природных, климатических, биологических условий.Поедая полевые травы, животные способствовали засеву почв их семенами, отчего травы росли гуще и разнообразнее. В итоге шляхи отличались даже структурой растительности.«На пути передвижения влияет рельеф местности, наличие рек и переправ через них, густых лесов, через которые трудно пройти большому отряду, – отмечает Андрей Папков. – Что касается сакм на территории будущей Белгородской области, то на них повлияло не только географическое положение между Крымом и Москвой. Здесь Среднерусская возвышенность: наиболее высокие участки рельефа между Днепром и Доном. А конкретнее: между реками Ворскла, Северский Донец, Оскол, Айдар. Поэтому именно здесь прошли шляхи: Муравский и его ответвления – Изюмский и Кальмиусский».Владимир Жигалов напоминает:«В этом году мы отмечаем 75-летие Победы, в позапрошлом – аналогичный юбилей Курской битвы. Немногие задумываются о том, что пути перемещения танковых войск были современным вариантом практического использования древних шляхов. Прохоровское танковое сражение состоялось на Муравском шляхе. И силы вермахта, и Советская армия использовали те же водоразделы».Он убеждён: шляхи были, есть и будут. Современные автомагистрали и менее значимые дороги так или иначе повторяют древние пути.  Глазами археологовОсновные направления древних сакм – давно не секрет. В распоряжении историков есть старинные карты, описания путешественников, документы, вплоть до результатов раскопок и даже исследований почвоведов.«Шляхи на территории нашей области целенаправленно археологи не изучали, – утверждает белгородский археолог Андрей Божко. – Но они проходили по водораздельным возвышенностям, которые богаты курганными памятниками. Некоторые курганы становились ориентирами для передвигающихся татарских орд. Один из них – Думчий курган в Прохоровском районе, известный по документам XVI–XVII веков».Из других объектов археолог отмечает долину реки Тихая Сосна между Бирючом и Алексеевкой. Там было несколько бродов, один из них каменный. Возле него в 2005 году раскопки под руководством Татьяны Сарапулкиной выявили круглое каменное сооружение. Есть неподтверждённое мнение, что это остатки сторожевой башни времён татарских набегов.Темой татарских шляхов в географическом ландшафте Белгородской области занимался учёный-почвовед, профессор кафедры природопользования и земельного кадастра БелГУ Юрий Чендев. В одной из своих работ он утверждает: почвы, утоптанные в этих местах лошадьми, до сих пор не восстановились. На участках близ города-крепости Яблонов в Корочанском районе, в зоне прохождения Изюмского шляха, почва уплотнена на глубинах 30–50 см. Земляной покров восстанавливается постепенно, от поверхности вниз.  Главный – МуравскийМуравский шлях начинался от самого крымского Перекопа. По территории нашей области он проходил чуть западнее Белгорода, между крепостями Карпов и Болховец. Далее – через Прохоровку на север и через Ливны Орловской области в город Серпухов.«Почти на самом Муравском шляхе, в Больших Кульбаках Белгородского района, мы проводим наш ежегодный фестиваль исторической реконструкции «Белгородская черта», – напоминает Жигалов.Муравский шлях был одним из главных путей набегов крымских татар на Российское государство. За первую половину XVI века их было свыше 40. Но сооружение крепостей Белгородской черты (Белгород, Болховец, Яблонов, Новый Оскол и др.) сыграло свою роль. Путь степнякам в центральные районы России по Муравскому шляху был перекрыт.Кальмиусский шлях начинался в верховье реки Кальмиус, на юге Донецкой области. Шёл через восточные районы Белгородской области до тех же орловских Ливен, где смыкался с Муравским шляхом. Также был перекрыт Белгородской чертой.Изюмский шлях начинался на юге Харьковской области. Он отделялся от Муравского шляха, пересекал по Изюмскому броду Северский Донец. Проходил через Яблонов. И в междуречье верховьев Псёла, Ворсклы, Северского Донца и Оскола вновь сливался с Муравским шляхом. Был перекрыт в результате строительства Изюмской черты и потерял своё военное значение.   — По карте видно, что территория нашей области была как бы «бутылочным горлышком», где сходились линии татарских набегов, чтобы потом разойтись по территории России, – подытоживает Андрей Папков. – Так сложилось под влиянием рельефа местности.— Андрей Игоревич, насколько исторически оправдан тот самый указ из «Ивана Васильевича»: выбить хана с Изюмского шляха?— С точки зрения исторической логики – не совсем. При Иване Грозном у нас с Крымом как раз были неплохие отношения, в войнах он больше ориентировался на запад и восток: Ливонская война, взятие Казани. А вот при его сыне Фёдоре Иоанновиче, при Борисе Годунове, а также после Смутного времени такое быть вполне могло.Шляхи и этимология«Есть разные версии происхождения названий шляхов, – утверждает Владимир Жигалов. – С Изюмским и Кальмиусским всё ясно, но по Муравскому возможны варианты. Одни утверждают, что название происходит от ископаемых пород, которые есть на Донбассе. Другие упирают на слово «мурава» – трава. Вплоть до сказок: не связан ли с Муравским шляхом Илья Муромец? Где он поймал соловья – не в Курской ли области, которая славится ими?»Повседневная жизнь любого шляха протекала, если не считать сражений, в первозданной тишине. Они проходили в стороне от населённых пунктов. В отличие от посольских, купеческих дорог на них не было постоялых дворов. У военных транспортных артерий главная задача – безопасность и скорость передвижения. Отчасти поэтому шляхи практически не повлияли на формирование населённых пунктов и их названий.«Хотя с хутором Муравка в Губкинском округе вполне возможны варианты», – предполагает Папков. Люди должны про них знатьСегодня шляхи никак официально не упоминаются. Ни в описаниях сельхозземель, ни в какой‑либо проектной, строительной документации. Нигде не сказано, что, мол, «данный участок стоит на сакме». Шляхи стали делами дней, давно минувших. Но помнить про них надо, считают историки.«В январе 2014 года мы проехали по участку Муравского шляха вместе с нашим заслуженным архитектором, художником Владимиром Вишневским, – рассказывает Жигалов. – Он по пути восхищался, мыслил как градостроитель: «Какие здесь дали, какие прозоры! Это всё нужно сохранять. Я долго жил в Нижнем Новгороде, а там леса сплошные, света Божьего не видно. Здесь – совсем другое дело».По словам губернатора Евгения Савченко, люди должны знать, что в данной местности проходил шлях. Речь не идёт о больших дорогих памятниках. Это должны быть памятные знаки с информационными табличками. А какие конкретно – определят через конкурс с участием архитекторов, областных управлений культуры и государственной охраны объектов культурного наследия.Олег Гончаренко