У Европы эмбарго и дефицит СПГ, у России рекорды по запасам и новые генерирующие мощности. Кто кого «наказывает»
Евросоюз «перестаёт покупать». Россия перестаёт переживать
Еврокомиссия может праздновать маленькую победу. С 25 апреля запрет на импорт российского СПГ по краткосрочным контрактам официально вступил в силу. Бумага подписана, галочки поставлены, пресс‑релизы выпущены.
На первый взгляд кажется, что это серьёзный удар по Москве. Еще вчера Европа рекордно закупала российский сжиженный газ, а теперь героически от него отказывается.
Но если читать не лозунги, а цифры, картина выходит куда менее драматичной для России и куда более тревожной для ЕС.
С 2025 года, по подсчетам ТАСС, Россия заняла второе место после США по стоимости СПГ, импортируемого в Евросоюз, с долей примерно 16 процентов. Общий объем поставок российского газа в Европу составил тогда 38 млрд кубометров, из них чуть более 20 млрд пришлись на СПГ.
В первом квартале 2026 года российский СПГ в Европу не падал, а наоборот, рос. Около 6,8 млрд кубометров, дважды обновлен исторический рекорд в январе и марте. В январе и феврале Европа купила у России СПГ примерно на один миллиард евро. И вот теперь вдруг «не берем спот».
Спот запретили, «долгую» заранее спасли
Аналитик ФГ «Финам» Сергей Кауфман, в отличие от брюссельских спичрайтеров, смотрит на ситуацию без пафоса.
Он напоминает, что и «Новатэк», и европейские партнеры задолго знали о готовящихся санкциях. У компаний было время спокойно подтянуть большую часть контрактов под категорию долгосрочных.
Именно поэтому он ожидает не обвала, а аккуратного снижения. С мая поставки, по его оценке, уйдут с разогнанного мартовского уровня в 1,8 млн тонн в сторону более стандартных значений 1,3–1,5 млн в месяц.
Серьезное же сокращение начнется только в 2027 году, когда вступит в силу полный запрет на российский СПГ, а вместе с ним и финальное эмбарго на трубопроводный газ из РФ к концу сентября.
То есть нынешний запрет на спотовые партии выглядит, скорее, как репетиция. Громкое политическое заявление с довольно скромными физическими последствиями здесь и сейчас.
Куда уйдет российский СПГ, пока Европа играет в запреты
Путин еще раньше прямо говорил. Учитывая намерение Евросоюза полностью отказаться от российского газа, Россия может и сама досрочно выйти с этого рынка и спокойно переориентировать поставки на более заинтересованных покупателей.
Вице‑премьер Александр Новак конкретизировал. Российские компании не ждут, когда очередной запрет грянет из Брюсселя, а заранее переносят часть СПГ из Европы в дружественные страны. Китай, Индия, Таиланд, Филиппины уже в списке.
Ситуация на глобальном рынке только помогает.
После остановки экспорта из Катара и части мощностей в ОАЭ прежние прогнозы профицита СПГ сменились на осторожные оценки возможного дефицита. Кауфман подчеркивает, что это упрощает поиск новых рынков сбыта для России.
В первую очередь речь о странах Южной и Восточной Азии. Индия, Пакистан, Бангладеш, Китай, Вьетнам и другие. Не исключены поставки и на Ближний Восток, например, в Египет.
Да, перенаправление требует дополнительных газовозов и добавляет минимум доллар за миллион британских тепловых единиц в транспортные расходы. Но эксперт считает, что в целом задача решаема. Главный риск он видит не в логистике, а в политике. Возможные американские санкции против «Ямал СПГ» пока остаются самой большой угрозой.
Иными словами, российский СПГ в любом случае найдет, к кому приплыть. Вопрос только в том, по какой цене.
«Газпром» делает ставку на себя. Рекордный запас в ПХГ
Пока Европа героически закрывает перед собой одно из окон поставок, «Газпром» занимается куда более приземленной вещью. Готовит страну к своей зиме.
К предстоящему сезону отбора в российских подземных хранилищах планируется сформировать исторически максимальный запас природного газа более 73 млрд кубометров. Об этом сообщает сам концерн.
Планируемая суточная производительность этих объектов будет обеспечена на уровне прошлых лет и составит почти 859 млн кубометров в день.
Причина подобной осторожности понятна. Прошедший осенне‑зимний период оказался куда более суровым, чем мягкая зима 2023–2024 годов.
В январе 2026 года суточные поставки российского газа внутренним потребителям дважды обновляли исторический максимум, достигнув к 25 числу отметки порядка 1839,6 млн кубов. Общий объем поставок почти догнал рекорд сезона 2023–2024 годов.
Белорусские и армянские хранилища тоже будут забиты под завязку. В Белоруссии резерв доведут до 1,14 млрд кубометров, в Армении до примерно 0,107 млрд.
То есть на фоне громких европейских обещаний отказаться от российского газа «Газпром» делает ровно то, чего от него ждут его реальные клиенты. Создает запасы и мощность, чтобы в пик нагрузок никто не остался без топлива.
Восточный вектор. «Сила Сибири» и новые электростанции
Внутренний спрос это только половина картины.
Российский газ, который больше не нужен Европе, прекрасно находит применение в Китае и на Дальнем Востоке.
За последний отопительный сезон экспорт по магистральному газопроводу «Сила Сибири» двенадцать раз бил рекорды суточных поставок. Китай, в отличие от ЕС, не устраивает публичных истерик про «зависимость», а спокойно наращивает потребление по выгодному контракту.
Параллельно «Газпром» использует ресурсную базу для развития газовой генерации на Востоке.
Уже построены ключевые магистрали «Сила Сибири» и «Сахалин – Хабаровск – Владивосток». Сейчас ведется строительство соединяющего звена «Белогорск – Хабаровск», которое объединит эти системы.
«Сила Сибири» питает газом Свободненскую ТЭС в Амурской области и Южно‑Якутскую ТЭС. Свободненская станция на 160 МВт работает с 2021 года. Сейчас там строят новый блок на 450 МВт. На Южно‑Якутской ТЭС завершается монтаж основного оборудования и скоро начнутся пусконаладочные работы.
Ввод этих мощностей увеличит отдачу Объединенной энергосистемы Востока. В том числе для нужд Восточного полигона РЖД.
Газопровод «Сахалин – Хабаровск – Владивосток» обеспечивает ресурсом перспективные станции, такие как ТЭЦ‑4 в Хабаровске и Артемовская ТЭЦ‑2 в Приморье. Для них уже строят газовую инфраструктуру.
Газификация и договоры. Восток не ждет милостей от Европы
«Газпром» отчитывается не только по магистралям и электростанциям, но и по бытовым вещам.
В Хабаровском крае, например, реализуется комплексная программа газификации. В 2025 году компания обеспечила подписание долгосрочных договоров с юрлицами региона, поставки населению продолжаются на основе действующих контрактов с «Газпром газораспределение Дальний Восток».
Программа на 2026–2030 годы предусматривает подведение сетевого газа к населенным пунктам в Амурском, Вяземском, Комсомольском, Николаевском, Хабаровском районах, в Бикинском округе и районе имени Лазо.
Все вопросы по строительству и реконструкции необходимой инфраструктуры уже вынесены на рассмотрение правления, затем их обсудит совет директоров.
То есть, пока Евросоюз занимается символическими запретами, которые через год‑два ударят по нему же, Россия использует освобождающиеся объемы для наращивания собственной энергетической устойчивости и улучшения качества жизни своих граждан.
Нет покупателя на западе найдется на востоке и внутри страны.
Кто в итоге кого выталкивает
Если отойти от лозунгов и посмотреть на сухой баланс, то окажется, что Евросоюз своими решениями скорее выталкивает российский газ с европейского рынка, чем «наказывает» Россию.
Полный запрет на СПГ и трубу из РФ вступит в силу в 2027 году. К этому моменту Россия уже успеет
– обкатать маршруты поставок СПГ в Азию
– довести до ума логистику с новыми газовозами
– заполнить свои ПХГ до рекордных уровней
– укрепить газовую генерацию и газификацию в восточных регионах
– закрепиться на китайском рынке и зайти в ряд других стран.
Европа же к этому времени останется лицом к лицу с дорожающим американским СПГ, ограниченными возможностями Норвегии, турбулентным Ближним Востоком и собственной регуляторной сетью, которая мешает маневрировать.
Запретив себе российский спотовый СПГ уже сегодня, Брюссель сделал первый шаг в этом направлении.
Таким образом официальный отказ Евросоюза от российских поставок СПГ по краткосрочным контрактам на фоне планов полного эмбарго к 2027 году и действия России по созданию рекордных запасов газа, усилению внутренней инфраструктуры и развороту экспорта на Восток показывают, что именно ЕС берет на себя основные риски этого разрыва. Российская сторона, имея в запасе и упрочняющуюся китайскую трубу, и растущий спрос азиатских покупателей на фоне выпадения катарских объемов, и крупнейшую в истории программу закачки в ПХГ, входит в следующий энергетический цикл заметно увереннее. Европа же, руководствуясь политическими соображениями, выводит из игры важный источник газа, не имея равноценной замены по цене и надежности. И когда первый эмоциональный эффект от «решительных санкций» пройдет, на столе у европейских лидеров останутся только две величины. Реальная стоимость энергоносителей и жесткая география поставок, где российские молекулы будут все дальше уходить от европейских берегов к тем, кто не привык путать экономику с идеологией.