Артефакты войны: разбитая пудреница журналиста Ивана Балибалова
По словам заведующего отдела военной истории областного краеведческого музея Семена Родионова, зеркало было талисманом Ивана Балибалова, он пронёс его через всю войну, оно долго хранилось в его семье. Историю зеркала Иван и его жена часто вспоминали и рассказывали своим детям.
«Когда Иван Балибалов уходил на войну в июле 1941 года, он попросил, чтобы его жена отдала ему пудреницу. У неё была металлическая пудреница, покрытая ярко-розовой эмалью. Пудру он высыпал, а вместо неё вставил фото, сделанное незадолго до свадьбы, летом 1938 года. Когда он вернулся с фронта, на пудренице остались лишь небольшие пятна розовой эмали, сама она была помята, зеркальце потрескалось, края фото обтрепались», — рассказал Семён Родионов.
Иван Балибалов приехал в Кузбасс ещё в 1930 году, с 1937 года работал в редакции газеты «Кузбасс». Когда началась война, он уже был взрослым, состоявшимся человеком, его жена ждала ребёнка. Он постоянно писал жене письма с войны.
На момент начала войны Иван Балибалов был профессиональным журналистом, но, хотя его и хотели направить военкором в одну из газет, он прошёл всю войну не в качестве наблюдателя, а непосредственным участником боевых действий – в грязи, окопах, полуголодный, под грохотом артиллерии, с ранениями. Балибалов начинал войну старшим сержантом, который числился химинструктором в роте, закончил в 1945 гвардии капитаном, командиром батареи артдивизиона. Участвовал в сражениях под Ржевом, был ранен в Калинине, в кавалерии воевал в казачьем кубанском полку, защищая от немцев Кавказ. В 1943 с передовой Ивана Балибалова отправили на учёбу – кемеровчанина зачислили курсантом 25-го учебного артиллерийского полка офицерского состава. А после обучения новоиспечённого артиллериста направили на 2-й Украинский фронт командиром батареи 1417-го истребительно-противотанкового полка 12-й артиллерийской бригады. Кишинёв, Бухарест, Будапешт, тяжёлые бои в Австрии. Среди военных наград Ивана Балибалова — ордена Красной Звезды и Отечественной войны I степени, полководческий орден Александра Невского, медали, благодарности за взятие Кавказа, городов Венгрии и Румынии.
Впрочем, свой писательский талант журналист всё же реализовал – в письмах жене он порой подробно описывал быт и нравы, чувства и эмоции, которые пришлось испытать, делал заметки о характере и мыслях тех людей, с которыми пришлось воевать плечом к плечу. Пачку из 38 писем Анастасия Балибалова дала прочитать детям только после смерти мужа, а об их содержании годы спустя подробно рассказала дочь Ивана Балибалова Диана.
Строчки неровным почерком на пожелтевших листах – словно внутренняя автобиография солдата, свидетельство перерождения человека, вынужденного каждый день рисковать своей жизнью и убивать. В начале войны Иван Балибалов всё ещё живёт домашними заботами, и даже немного скучает от почти месячного простоя без атрналётов в сентябре 1941 года. Он описывает то душевное и физическое потрясение, которое пришлось испытать бойцам в первый год войны: холод, голод и усталость. Из под Ржева, где его рота погибла практически в полном составе, Иван Балибалов три дня по лесам и болотам добирался до советских военных частей, наконец, смог дойти до сборного пункта на Бежецком шоссе и уже через час в составе стрелковой роты шёл в новом направлении – на окраину Калинина. Присесть и поспать солдату удалось только в госпитале — после двух дней отчаянных сражений под Калининым он получил серьёзное ранение.
«Ты, очевидно, послала мне посылку. Я прошу тебя напиши скорее запрос и верни её. По тому адресу я её уже не получу… Из всех твоих вещичек у меня осталось только твоё зеркало. Остальное всё осталось в Волге…», — пишет жене из госпиталя Иван Балибалов.
Письма конца войны скупы и суровы на детали, в них – только усталость, а слова «смерть» солдат тщательно избегает.
«…Я еще жив! Нахожусь под Будапештом. Бьем немцев и мадьяр… Все время был в земле и в огне. Но пока не судьба человеку упасть на спину. Впереди у меня тяжелые испытания, все, что было, кажется пустяком…», — пишет жене Балибалов в январе 1945 года.
Весна 1945 выдалась действительно суровой – Иван Балибалов проходил через жестокие сражения и даже был представлен к ордену Отечественной войны 1 степени. И чуть не попал под трибунал. Кемеровчанин, командовавший батареей, нарушил прямой приказ командования и поставил накануне боя своих артиллеристов не на ту диспозицию, куда было приказано. И только при разборе инцидента выяснилось, что Балибалов, единственный из четырёх комбатов посмевший нарушить приказ, уберёг своих бойцов от смерти – он самостоятельно просчитал все варианты стрельбы и поставил батарею в единственное место, которое не простреливалось противником. Остальным трём батареям повезло меньше. Последняя крупная военная операция, за которую кемеровчанин получил полководческий орден Александра Невского, произошла на следующий день после официального объявления капитуляции Германии, 10 мая, недалеко от австрийского города Грац. Красноармейцы уже отпраздновали День Победы, когда им поступило новое задание – задержать, разоружить, заставить сдаться в плен и удерживать до подхода основных частей РККА большую колонну немцев с оружием, пробиравшуюся в американский сектор. Соотношение сил было катастрофическим: около 300 красноармейцев против минимум 5000 немцев. Чем закончится эта встреча – сдачей в плен или боем, никто не мог предсказать. Возглавить операцию предложили Балибалову, и под его руководством красноармейцы всю ночь расставляли орудия, чтобы создать видимость крупного военного формирования.
«Утром, часов в десять, показалась колонна немцев. Отец говорил, что вид у них был усталый и подавленный. Отец через переводчика предложил им сдать оружие. Немцы запросили время на совещание. Наши решили дать им несколько минут, но на всякий случай отец дал громкую команду приготовиться к бою. Посоветовавшись, немцы спросили об условиях сдачи в плен. Тогда в переговоры вступили офицеры контрразведки, начали уточнять детали. Это продолжалось довольно долго. Все это время отец держал орудия в боевой готовности. Потом немцы стали подходить к краю дороги, складывать оружие и строиться в колонну. Это продолжалось несколько часов. Не было сделано ни одного выстрела. Вся группировка противника сдалась в плен, хотя и была хорошо вооружена», — вспоминала позже рассказ Балибалова об этой операции дочь Диана.
После войны Иван Балибалов вернулся в Кемерово, к своей семье и привычной работе, много лет работал в редакции газеты, написал первую книгу о Кемерове («Кемерово вчера, сегодня, завтра») и даже после выхода на пенсию много писал и выступал на радио и телевидении. Та самая пудреница с фотографией жены, которую он пронёс через всю войну, стала семейной реликвией, а затем была передана музею.