«Было страшно»: Внук экс-главы Бердска Григория Литвиненко рассказал о своем восхождении на Эльбрус

Вадим Скобелев на вершине Эльбруса

Вадим Скобелев, внук бывшего председателя Бердского горисполкома Григория Литвиненко, дал «Курьер. Среда. Бердск» эксклюзивное интервью о подъеме на вершину Эльбруса. Восхождение на высочайшую вершину России, входящую в топ-7 самых высоких гор мира, он совершил ради положительного примера своему шестилетнему сыну.

— Вадим, скажите, как вам пришло в голову попробовать взойти на Эльбрус?

— Эта идея посетила меня год назад. Я давно хотел подать хороший пример сыну, показать, что кроме бытовых целей — купить машину или съездить в Турцию, например, — есть и другие. Сложные, недоступные, те, на которые потребуются смелость и выносливость, те, которые останутся с тобой на всю жизнь. И тогда я решил побывать на горе Эльбрус. Нашел друга с подобной целью, и мы в течение года общались, откладывали деньги, планировали восхождение. Не все было гладко — то я забывал, то он, появлялись разные причины для задержки. Но мы мотивировали друг друга, подбадривали, и в итоге нашли организаторов, внесли предоплату и отправились в путь.

— Когда вы побывали на Эльбрусе?

— Кажется, 27 июля мы улетели в Минеральные Воды. К сожалению, нам не удалось посетить Пятигорск, хотя я слышал, что это очень красивый город.

— Сколько человек было с вами в походе?

— Всего нас было 14 человек и три инструктора. Это была спланированная экспедиция. Два инструктора имели при себе удостоверения альпинистов, а третий был врачом.

— В какую сумму вам обошлась экспедиция?

— Это стоило примерно 100 тысяч рублей. В стоимость вошли перелет, инструктаж, аренда специальной экипировки и одежды. Думаю, если бы мы покупали оборудование отдельно, сумма была бы гораздо больше.

— Сколько длилась экспедиция?

— Десять дней. На самом деле подъем на вершину занял всего один день, но подниматься на такую высоту сразу нельзя. Мы делали это постепенно. У нас была база на высоте 2000 метров, каждый день мы поднимались выше на 500 метров и возвращались. Это называется акклиматизацией. Если попробовать дойти до самой вершины в первый же день, можно потерять сознание от перепада давления. Поэтому мы каждый день поднимались на 500 метров выше предыдущей отметки. И за десять дней добрались до вершины.

— Чем еще вы занимались в эти десять дней? 

— Мы проходили обучение: как пользоваться инвентарем, что делать в случае падения и внештатных ситуаций, как вязать узлы и прочее. Это было очень важной частью похода.

— Скажите, вам было страшно подниматься?

— Конечно! Если честно, сначала я думал, что это будет что-то типа экскурсии. Но нас учили пользоваться альпинистским снаряжением, рассказывали про поджидающие на горе опасности. Оказывается, на этой горе ежегодно погибают около двадцати человек. Не все поднимаются с инструкторами и снаряжением, некоторые экономят. Они теряют сознание, скатываются в трещины горы под снегом, а оттуда обычно не достают. Мы видели много венков у стелы на горе в память о тех, кто не вернулся с Эльбруса.

— Вы знали об этом, когда шли в поход?

— Нет. Я узнал об этом уже во время экспедиции. Я сначала думал: «Ну гора, ну прикольно, поднимусь и буду хвастаться». Но организаторы велели относиться к этому очень серьезно. И я с ними согласился, узнав такие подробности.

— А хотели бы вы вернуться на эту гору? Или побывать на какой-нибудь другой?

— Вы знаете, да. В ближайшие год или два я хотел бы подняться на Килиманджаро (высочайший стратовулкан Африки — прим. ред.). Эту гору мне посоветовали товарищи из группы, с которыми мы поднимались на Эльбрус.

— А на сам Эльбрус вы бы хотели когда-нибудь вернуться?

— Да. Я бы хотел посетить его еще раз вместе с сыном. Все это я сделал ради него. Ему сейчас всего шесть лет. Но я надеюсь, что когда он вырастет, то поймет то, что я хотел ему показать. Поступки, подобные восхождению на Эльбрус, дают невероятный заряд, волю к жизни. Они показывают — если ты смог забраться на гору, то сможешь и все остальное.

Вадим Скобелев уверен — подобный опыт заставляет человека ставить себе более высокие планки и добиваться своего во что бы то ни стало. Восхождение начинающий альпинист посвятил семье