"Не ругайтесь и молчите": Последнее сообщение от пациентки ковидного госпиталя Бердска родным. Вера Облакова пропала

Вера Облакова не отвечает на звонки вторые сутки

В ковидном госпитале Бердска 4 этажа. Здесь бердчане лечатся от коронавируса, здесь лежат люди с температурой и подозрением на коронавирус. Жизнь каждого человека важна. Родные верят, что их маму, папу, дедушку, бабушку, дочку, сына обязательно спасут врачи Бердска.

— Я думала, что врач спасает людей. Что такую профессию выбирают не равнодушные люди, а те, кто готов лечить, искать способ поставить на ноги больного. Столкнулась с врачами в нашем городе. Я здесь живу долго. Никогда бы не подумала, что наши врачи так относятся к больным, — рассказала сегодня, 15 июля, «Курьер. Среда Бердск» Жанна Белоусова.

Жанна написала в редакцию, прочитав историю Антона Иванова, который борется за жизнь и здоровье своей мамы.

— Я прочитала про то, как парень не сдался и защищал свою мать. А ведь у нас такая же история. Наверное, даже страшнее, — Жанна очень волнуется.

Маму Жанны прооперировали планово в хирургии ЦГБ Бердска 29 июня. Операция по удалению желчного пузыря прошла хорошо, маму выписали домой. Через некоторое время у мамы поднялась температура 39. Температура сбивалась сначала на длительное время. Сначала на 6 часов, потом всё меньше и меньше. Вызывали скорую помощь шесть дней подряд. Швы послеоперационные сняли уже, всё нормально. Воспаления вроде нет. Температура стала постоянно держаться 39-40.

— Нам сказали вызвать врача на дом. Вызываем врача, не идет. А время уходит. Мама перестала есть, горит, перестала вставать с кровати. Пришел врач в пятницу, 9 июля. Я ждала терапевта, как бога. Я думала, что терапевт скажет, какая причина — любо это гастроэнтерология, или ковид. Мы оставили свои телефоны, я и две моих сестры, чтобы врач, когда придет, нам перезвонила, рассказала, что делать. Врач пришла, оставила антибиотики. У мамы сахар, антибиотики сладкие какие-то, мама их выпила, ее просто вырвало. Если антибиотики, то их надо может быть колоть, вы скажите, доктор!- Жанна не может сдержать эмоций.

В понедельник дочь пошла на прием к начмеду Рэму Волкову.

— Рэм Валерьевич отнесся очень внимательно, он позвонил и узнал, что врач, которая к маме приходила, даже не взяла мазок — тест на ковид! Диагноза так и нет, мы ещё потеряли время. Я в тот момент уже не знала, кому заплатить, куда бежать, кому упасть в ноги, чтобы начали лечить мою маму,- говорит Жанна.

— Начмед Рэм Волков быстро организовал всё. К маме приехал врач, поставил горячий укол, сказал, чтобы мама собиралась в больницу. Сказал и ушел, сел в машину. Мы маму собрали. Взяли под руки. Мама уже практически не ходила. Мы повели ее. Я и сестра, две маленькие женщины по 50 кг. А два мужчины сидели в машине и смотрели, как мы несем маму. Врач знает состояние мамы, делал кардиограмму. И мама упала, мы не удержали. Врач закричал, чтобы мы несли маму в дом. Я закричала: «Мужчины! Помогите!» Водитель тогда выскочил, вытащил телегу, вспомнил, что есть телега. Как же вы идете работать в скорую помощь с людьми? Вы же людей возите. Это живые люди, они больны и беспомощны. Положили маму на телегу, — ситуация, которую описывает Жанна, действительно стрессовая.

Скорая помощь повезла маму в ковидный госпиталь. Это было 12 июля в 15 часов. В приемном отделении Жанна попыталась объяснить, что мама после операции, что нужно аккуратней ее переносить, швы только зажили немного.

— Врач берет маму переворачивает на живот, а ей нельзя. После операции можно лежать только на спине. Швы в порядке, их смотрели, но прошло две недели после операции. Я не ожидала, что такое отношение к людям может быть вообще, а тут со стороны врача. Врач в приемном покое прямо локтем, ей было тяжело, толкнула маму прямо в бок, где швы. Она прям кричала на меня. Они прям орали. Я стала спрашивать, как их фамилии, почему такое отношение к больным людям? Я им сказала, что пойду к Рэму Валерьевичу, но никто не сказал. Я спросила: «Женщина, как ваша фамилия?» Она подошла ко мне и прямо в лицо таким ужасным тоном сказала: «Я не женщина, я — врач, доктор!» Я ей сказала: «Будьте вы хоть кем, вы оставайтесь человеком». Я привезла на руках маму, тяжело больную женщину. Все называют маму бабушка, а она никогда бабушкой и не выглядела до болезни. Ей 66 лет, но никто не давал ее годы, она выглядит намного моложе, — рассказывает Жанна.

4 дня Вера Облакова, так зовут маму Жанны, находится на лечении в ковидном госпитале Бердска на улице Попова. Никакой связи с доктором у родных нет. Муж и три дочки не могут поговорить с врачом. Они знают, что мама лежит на 2 этаже. Это, как рассказал нам уже Антон Иванов, этаж «сортировки». Диагноз мамы дети и муж не знают.

— В 16 часов родные ждут в приемном отделении. Врач не выходит. Вчера муж сестры дозвонился в госпиталь, ему сказали, чтобы звонили в 14 часов уточнить, выйдет ли врач в 16 часов. Мне сказали, что Баженова Ольга Петровна врач, который лечит маму. Мне что, тоже надо облить себя бензином, чтобы врач вышла и сказала, что с моей мамой? Я чувствую, что они дотянут, что она умрет. Почему так долго делается тест? В аэропорту за полчаса делается экспресс-тест. Может, у мамы что-то связанное с гастроэнтерологией, мы упускаем время,- говорит Жанна.

Во вторник, 13 июля, муж Веры Федоровны получил сообщение от жены. Она просила ни с кем не ругаться нигде, молчать, а то ее выгонят или не дадут кислород.

— Больше от мамы никаких сообщений не было. Они запуганные. Женщина в приемном отделении, когда мы привезли маму, сказала, что если мы будем ругаться, «нас выкинут отсюда». Как? Мы граждане России, у нас полис, мы платим налоги, куда нас выкинут?- спрашивает Жанна.

Вчера и сегодня Вера Федоровна дочкам не отвечает.