«Будет уголовное дело — хорошо, отменят сделку — прекрасно», или Каким быть скверу на Демакова

Страсти вокруг сквера на Демакова в Академгородке не утихают уже несколько недель кряду. После известия о продаже мэрией через свое АО «НАИР» земельного участка ООО «Городок» за 154 млн рублей местные депутаты и активисты Нижней зоны выходят на акции протеста с требованием организации сквера в максимальных границах, то есть 4,8 га. Однако на данный момент это невозможно, поскольку половина этой площади отошла в частные руки. Сейчас сделку проверяет прокуратура. Предстоит судебное разбирательство. Так каким же быть скверу на Демакова?

Этот вопрос разбирали на заседании сразу трех комиссий городского совета — по градостроительству, по муниципальной собственности и по контролю за органами местного самоуправления. Инициаторами заседания выступили активисты микрорайона Щ, а также депутаты горсовета Наталья Пинус и Виктор Стрельников.

Они выступают за отмену сделки с ООО «Городок» о продаже участка в 2,3 га на пересечении улиц Арбузова, Российская и Полевая. Предлагают объединить этот участок со вторым куском земли в границах тех же улиц, где мэрия предполагает разбить сквер. И сделать зеленую зону в 4,8 га вместо 2,5 га, как предлагают власти. Также предлагается перезонировать проданный участок в зону рекреации. И привлечь к ответственности тех, кто реализовал невыгодную для бюджета, как считают депутаты и активисты, сделку.

Собственно самого сквера на Демакова как такового сейчас нет. Есть пустырь с небольшим озеленением (те самые 2,5 га, где мэрия желает разбить сквер) и есть территория, включающая в себя асфальтированные площадки и овощехранилищем (те самые 2,3 га, что были отданы в частные руки). Именно так, по отдельности, эти участки передавались из федеральной собственности в муниципальную.

Затем земля выставлялась на торги, были желающие ее приобрести. Но торги в итоге отменили. А в ноябре 2018 года имущество было включено в план приватизации. Продавать решили путем вложения средств в уставный капитал АО «Новосибирское агентство инновационного развития» (НАИР). Единственным владельцем НАИР ныне выступает департамент земельных и имущественных отношений мэрии Новосибирска.

По словам начальника этого департамента и одновременно председателя совета директоров НАИР Георгия Жигульского, он удивлен, что такой способ приватизации вызвал столь бурную реакцию. Он заверил, что на федеральном уровне чаще всего все происходит именно так. А без торгов землю отдали компании «Городок» еще и потому, что находящееся на участке овощехранилище на 2/3 принадлежит именно этой фирме. Которая после благоустройства сквера по-соседству построит здесь «в составе возводимого здания» детский досуговый центр (не менее 300 кв. м) и спортивный объект (не менее 1500 кв. м). Это, по словам Жигульского, прописано в соглашении к договору купли-продажи.

Однако закон вовсе не ограничивает нового владельца в строительстве здесь жилья, или, к примеру, торгового центра, на чем и специализируется ООО «Городок», отметила в ответ депутат Наталья Пинус.

Тот самый участок на пересечении улиц Арбузова, Российская и Полевая. Верхняя его часть на данный момент продана и находится в зоне застройки, нижняя остается муниципальной и в зоне рекреации.

Вице-мэр Анна Терешкова напомнила, что сквер на Демакова был включен в избранный путем голосования в день президентских выборов-2018 список 10 городских территорий, которые должны быть благоустроены в первую очередь. И речь тогда шла именно об участке в 2,5 га, под который был разработан проект, и теперь полученные от продажи соседних 2,3 га 154 млн рублей должны пойти на обустройство сквера.

Противников схемы продажи участка и сторонников большого сквера настораживает сумма сделки «НАИР»-«Городок». По словам Натальи Пинус, 154 млн рублей — это очень мало, поскольку даже кадастровая стоимость превышает 170 млн рублей. А есть оценки и того выше.

Еще один депутат от Академгородка Виктор Стрельников сравнил эту историю с продажей автомобилей из гаража мэрии по 200 тысяч рублей. Когда оценку стоимости машин поставили под сомнение и ввели аукционы, мэрские Camry стали продаваться вдвое дороже.

«Мне коллеги по партии (КПРФ) не верили — говорили, что участок на Демакова будет явно рассчитан по-другому. Вот нет. Точно такая же ситуация. В начале экспертизы пишется, что кадастровая стоимость участка 170 миллионов, потом берется 128 объявлений, из которых только три из Советского района, одно Шлюз, два ОбьГЭС. Все равно выходит 160 млн рублей, и эксперт решает применить метод сравнительного подхода. И берет четыре объявления (в интернете). А это один участок на ОбьГЭСе, улица Приморская, два из Заельцовского района и один их Октябрьского — тоже где-то в гаражах. Именно эти четыре объявления и определили стоимость сделки — 154 млн рублей», — рассказал он, уточнив, что в сумму входит 8 млн рублей за асфальт на площадках.

Дело в том, что формально этот асфальт — зарегистрированный объект недвижимости. И в этой части сделку оспаривает прокуратура, требующая отказать асфальту в признаках недвижимого имущества. Прокуратура подала иск, суд заявление принял. Дальше, как объяснил прокурор Новосибирска Роман Сивак, надзорное ведомство будет действовать в этой истории в зависимости от решения суда.

Георгий Жигульский в ответ на претензии депутатов заявил, что кадастровая стоимость «оторвана от жизни» и не является рыночной. «Мы не зря заказали экспертизу отчета оценки, понимая, что кому-то она покажется маленькой. Нравится или нет, есть экспертиза Российского общества оценщиков. И если оценка прошла экспертизу, она правомерна. Точка», — заявил он.

А зачем собственно вообще потребовалось акционерное общество, пусть и полностью принадлежащее городу, для того, чтобы продать муниципальную землю? Что вообще такое НАИР? Этими вопросами задаются как жители Академгородка, так и депутаты. И, что симптоматично, многие из них расшифровывают аббревиатуру как «агентство инвестиционного развития», хотя на самом деле АО зарегистрировано как «агентство инновационного развития».

В мэрии говорят, что это такой аналог регионального АИР (Агентство инвестиционного развития). Того самого АИР, что депутат Николай Мочалин как-то метко назвал «фирмой, которая за бюджетный счет сидит и ждет, когда в окно залетит юрлицо с деньгами». А другие депутаты усматривали в отчете агентства «преднамеренное бюджетное банкротство». Такой вот пример для подражания.

Что касается истории со сквером на Демакова, Георгий Жигульский объяснил выбор действовать через НАИР следующим образом:

«Целью деятельности АО «НАИР» является поиск и продвижение инновационных проектов, внедрение их в промышленное производство, привлечение инвестиций для реализации инновационных проектов в области городского хозяйства, социально-культурной сферы и объектов муниципальной собственности. Поэтому это АО является наиболее соответствующей организацией (…) Целью увеличения уставного капитала АО «НАИР» является (…) строительство сквера на земельном участке 2,5 га, расположенного в зоне Р-2 посредством распоряжения имуществом внесенным в уставный капитал».

Но где инновации, а где сквер… Словом, ясно из этого объяснения только то, что НАИР тут играет роль приватизационной прокладки ради получения средств на сквер. Зачем была нужна эта прокладка, непонятно, и занималось ли чем-то другим это самое НАИР до сделки, тоже непонятно, в том числе и самому Жигульскому.

«Я — председатель совета директоров данного АО. В свое время оно было создано при департаменте промышленности, инноваций и предпринимательства (…) За время его (АО «НАИР») существования о проектах им реализованных мне неизвестно», — заявил Жигульский, уточнив, что теперь АО «перезапускается» уже под началом его департамента, который вытащил НАИР из предбанкротного состояния.

Интересно, что гендиректор НАИР, коим по данным «Контур. Фокус» является ипэшник из Бердска Руслан Джамбинов, на заседание не пришел. «Ковид», — коротко пояснил Жигульский. Но не пришел и никто из заместителей больного. А всего в НАИР, по данным ФНС, три сотрудника и чистый убыток в 3,8 млн рублей по итогам 2019 года.

Тогда депутаты переадресовали вопрос о НАИРе новоиспеченному главе департамента промышленности Виталию Витухину, который с 2015 года руководил управлением потребительского рынка в составе департамента. Тот что ответить не нашел, пообещав вникнуть в работу АО. «Если оно до сих пор в моем ведении, но за последний год я его в сфере департамента промышленности не наблюдал (…) Как бы там учредитель не поменялся… Я не знаю… Мне нужно будет…», — путано прокомментировал Витухин.

На эту его реплику депутат Сергей Бондаренко заметил, что НАИР долгое время именно что относился к департаменту промышленности, включая управление потребительского рынка.

«Такие проекты крупные должны быть в одних руках. Мы должны понимать все, от начала до конца. Понятно, что сегодня НАИР опыта благоустройства крупных пространств не имеет. И одними декларациями мы создавшуюся коллизию не решим», — отметил Сергей Бондаренко.

В сухом остатке получается, что все хотят сквер. Но только мэрия видит и уже запроектировала и нашла деньги на него на площади в 2,5 га. И готова приступать к работам с 1 июня этого года. А активисты и депутаты из Академгородка видят сквер в 4,8 га, говорят, что мэрия сильно продешевила с продажей второго участка и сделку нужно отменять сразу по двум этим причинам. А деньги депутаты готовы собирать хоть с мира по нитке — от себя, от спонсоров, через сбор пожертвований, целевую продажу других муниципальных объектов, участием в грантах и федеральных программах.

Многое теперь будет зависеть от позиции прокуратуры, которая предварительно нарушений в сделке не усмотрела. Но, как заметила депутат Пинус, «предварительное мнение прокуратуры — это ноль» с юридической точки зрения. А также от решения суда, который может отменить сделку в части продажи асфальтированных площадок. И тогда позиция прокуратуры может и поменяться. И этого прокурор города не исключает.

«Давайте разбираться. Будет уголовное дело — хорошо, отменят сделку — прекрасно», — сформулировал депутат Ростислав Антонов.

История сквера на Демакова продолжается.

Павел Быковских