Поморы

Белое море освободилось от последнего ледника около 10 тысяч лет назад. С этого времени стало возможным заселение прибрежной территории представителями различных племен. Мир тогда еще не был разделен на этносы в нашем привычном понимании, освоение севера только начиналось, но люди, здесь обитавшие, четко обозначили для себя жизненный уклад, которым будут руководствоваться они, их потомки, и все те, кого радушно или не очень примет Поморье.

Саамы + карелы + новгородцы

Первыми этнически обозначенными племенами на побережье Белого моря, стали саамы. Следы их культуры до сих пор сохраняются в топонимии, хотя уже давно стали привычными для уха местных жителей. Названия местности, где присутствует корень «лоп» или «лоб» (Лопский берег, Лобская гора и т.д.) ко лбу человека не имеют отношения, а произошли от старого имени самих саамов — лопари или племя «лопь».

Одни из первых упоминаний лопских территорий относятся к XV веку и встречаются в новгородских переписных книгах. К саамским, также относятся названия некоторых деревень: Кереть (от саамского названия саней), Нильмозеро (от слова nilm, обозначающего пасть, глотку или устье реки).

Вслед за саамами к побережью Белого моря пришли карелы. По мнению исследователя-этнографа Марины Петровой первые племена, давшие начало карелам, пришли в IX веке в район Северного Приладожья. Двигаясь далее по системе рек и озер на север древние карелы частично смешивались с саамами, но постепенно обретали собственные этнические черты. Шведские источники того времени повествуют о встречах викингов с народом кирьяла, который оказывал серьезное сопротивление прославленным воинам средневековья.

Первые славянские племена пришли в эти места вслед за карелами. Дорог не было, а традиционными путями передвижения были реки. Селились рядом с водой, так и продвигались постепенно вперед. Не всегда расселение шло мирно. Легенда гласит, что село Сумский Посад названо в честь древнего племени Сумь, которое обитало в этих местах. Затем племя Сумь разбили шведы, а позже с оружием в руках эту землю отстояли карелы. Спустя некоторое время сюда пришли выходцы из новгородских земель.

По-настоящему массовым заселение поморской территории русскими стало к XIII — XIV векам. Многие из тех, кто осел на побережье Белого моря в это время, бежали от нашествия кочевников в поисках лучшей доли. Следующей волной славянской миграции стал исход жителей Новгорода, спасавшихся от погрома опричников Ивана Грозного в 1569-1570 гг. По данным историков, в тот поход опричное войско истребило до половины жителей Новгорода. Безусловно, многие семьи бежали от расправы, и единственным путем для них оставалась дорога на север.

Доцент ПетрГУ Андрей Приображенский в своей работе, посвященной русской топонимии в Поморье отмечает, что процесс обрусения в Поморье шел весьма активно. К XIV веку чуть южнее, в Заонежье, о некогда жившем здесь финно-угорском населении напоминали лишь географические названия.

Не путаем берега

Миграция саамов, карелов и славян в Поморье шла волнами. Пришлые люди из разных мест оседали обособленно на берегах Белого моря — отсюда неоднородность поморской культуры, отражающая прежде всего в местных диалектах.

Побережье Белого моря условно делится на несколько берегов. Каждый из них имеет свои особенности.

Наибольшее влияние саамской культуры чувствуется на Терском берегу (современная Мурманская область — Кольский полуостров). Условной границей Терского берега считается поселок Умба. Далее располагается Кандалакшский берег (также современная Мурманская область), который охватывает Кандалакшскую губу, и в районе Керети он переходит в Карельский берег (сегодня частично находится на территории Республики Карелия). В районе карельского города Беломорска Карельский берег сменяется Поморским. Его население традиционно считало себя настоящими поморами, хотя обитатели других районов Белого моря были с этим не согласны. Восточное побережье Онежской губы носило название Онежский берег. Далее следовали Летний и Зимний берега, которые делили западное и восточное побережья Двинской губы.

Население этих мест по сути своей составляло винегрет из различных этносов, которые пришли сюда в разное время, колонизировали побережье, перемешавшись друг с другом, переняв особенности культуры, языка, быта.

Разница заметна даже среди населения деревень, расположенных рядом и относящихся к одному «берегу». Например, жители карельских Сумпосада и Колежмы, находящихся в получасе езды друг от друга, носили отличавшиеся друг от друга костюмы, да и песни у них были разные.

«Море — наше поле»

Впрочем, говорить, что поморы — это потомки русских переселенцев, перемешавшихся с карелами и саамами нельзя. Как объясняет Екатерина Логвиненко, научный сотрудник Национального Музея Карелии, с юга по Выгу шел паломнический тракт на Соловки, и туда, в монастырь, веками шли паломники со всей России. Многие оставались здесь насельниками, трудниками. Так сформировался некий котел из множества национальностей. Из него и родились поморы. Но чтобы это случалось, был нужен самый главный элемент — вода. То есть море. Оно всегда определяло жизнь людей в этих местах. У поморов даже поговорка есть: «Море — наше поле».

Несколько человек вышли на огромной лодке ловить морского зверя — вот классический сюжет петроглифов созданных примерно 5-8 тысячелетий назад. На этих изображениях не увидишь людей, обрабатывающих землю. Сельское хозяйство в то время, безусловно, находилось в зачаточном состоянии, даже племена, живущие в более комфортных условиях, только начинали возделывать землю, а на север эта традиция пришла значительно позже, да и то в ограниченном виде. Здесь с древнейших времен традиционно жили рыбой.

И всякий, кто приходил в Поморье земледельцем должен был рано или поздно превратиться в моряка. Вопрос был только в сроках.

Так, к примеру, писцовые книги XVI века, то есть составленные спустя 200 лет после начала активного заселения этих мест русским населением, еще описывали поморские села как земледельческие и никаких упоминаний о рыбной ловле в них не встречается.

Согласно данным, приведенным в статье «Поморы: формирование групп и система хозяйства», которую написала известных этнограф Татьяна Бернштам, уклад жизни, понимаемый нами сейчас как поморский, складывался в XVI — XVII веках. То есть пришедшие в Поморье земледельцы средних веков пошли по стопам своих древнейших предшественников и превратились за несколько столетий в промысловых рыболовов-моряков, покоривших не только Белое море, но и исследовавших Северный Ледовитый океан. По словам Екатерины Логвиненко, они освоили все хитрости Белого моря, и уже в XVIII — XIX веках практически не занимались сельским хозяйством.

К XIX веку традиции сложились окончательно: на зиму мужчины шли на промысел в район Мурмана. Торговали рыбой и морским зверем с норвежцами. Весной, когда лед сходил, возвращались домой. Пока мужчины ходили в далекие края, у местных берегов рыбачили женщины.

Это хорошо заметно на фотографии, сделанной в свое время фотографом-любителем Александром Азанчеевым в селе Гридино.

XX век многое поменял. Мужчины в далекие края не ходят, а беломорскую сельдь или навагу (в зависимости от того, в каком районе моря находится поселок) ловят сами. Раньше в сани запрягали лошадей, сейчас поклажу везет снегоход. А вот принципы ловли остались прежними. Мерёжа — специальная круглая сетка-ловушка — ставится там, где гуляет рыба, а от нее как лучи в разные стороны под углом расходятся длинные крылья. Рыба двигается вдоль крыльев, попадает в ловушку и не может выбраться. Чтобы разломать лед и установить мерёжу, раньше использовали пешни — специальные палки с металлическими наконечниками. Сейчас основную работу выполняют бензопилы, но пешни в санях есть всегда.

Помора кормит море

Поморье стало своеобразным «Доном Русского Севера». Если на юг, к казакам, крестьяне бежали, чтобы освободиться и обрести славу и богатство в бесконечных войнах, то на севере всегда можно было легко затеряться в бескрайней тайге. На войне в этих краях заработать было трудно. Зато на рыбе, соли, пушнине и прочих дарах леса и моря состояние себе нажили многие.

Торговали поморы и с соотечественниками, и с иностранцами. Для переговоров с норвежцами у поморов существовал особый язык — «моя-по-твоя» или руссоноршк. Он насчитывал порядка 500 слов, необходимых для того, чтобы поприветствовать друг друга, представить товар и договориться о цене. Около 50% слов в «моя-по-твоя» были норвежскими, 40% — русскими, остальные — заимствованные слова из других языков или морской жаргон. Фраза «Это слишком дорого, продай дешевле» на руссоноршке звучала так: «Eta grot dyr. Værsegod, på minder prodaj!»

В России поморы свои товары отвозили на знаменитые заонежские ярмарки, где их раскупали, как сейчас бы сказали, оптовики, чтобы потом развести по различным губерниям страны. Сюда свозили не только дары природы, но и продукцию из Европы. У самих поморов английские сервизы в домах были обычным явлением. У норвежцев перенимали и моду. На фотографии, сделанной в конце XIX века фотографом Яковом Лейцингером, экипаж поморской шняки стоит в вязанных рубашках-бузурунках, сделанных на норвежский манер.

Путешественники XIX века описывают Белое море как кишащее сельдью, навагой и прочей рыбой, а самих поморов весьма зажиточными жителями Российской империи.

Константин Случевский, Поездки по северу России в 1885-1886 годах:

«Из прибылей от всех этих сельдей, семги, наваги, камбалы, палтусов, а также и трески, женское население Сумского Посада снаряжает свои роскошные одеяния. Говорят, не редкость, что сумлянка к Рождеству изготавливает себе наряд в несколько сотен рублей стоимостью (чуть раньше автор возмущается, что пуд соли стоит 1,6 рублей, что очень дорого — прим. ред.). Вышивать они большие мастерицы, что не мешает им за все полугодовое отсутствие мужей на промыслы, исполнять в Сумском Посаде обязанности десятских, сотских (их избирали из числа местных жителей с тем, чтобы они следили за порядком, такой прообраз современной полиции — прим. ред.) и возить на веслах почту».

О том, что поморы жили богаче многих жителей России, говорит и тот факт, что хороший муж должен был подарить жене за 25 лет семейной жизни не меньше 40 сарафанов. Сарафан — не шуба, конечно, но в то время ценился дороже любой меховой одежды.

Поморский код

Условия, в которых сформировалась общность поморов, отразились на чертах их характера. Благодаря суровому климату выработалось рачительное отношение ко всему, что окружало этих людей в повседневности.

Самой, пожалуй, легендарной чертой поморов, отличающих их от другого населения России, был язык, точнее «поморская говоря». Этот диалект формировался несколько столетий, впитав в себя несколько диалектов русского языка, в первую очередь, конечно, новгородский, часть карельского языка и саамского. В последующем «говоря» приобрела часть черт московского говора, но оканье, унаследованное от выходцев из Новгорода, осталось неизменным. От карельского языка «говоря» помимо лексики (ламбина — озеро, варака — гора и так далее) переняла и ударение. Очень часто оно приходится на первый слог.

Первый и единственный словарь поморского языка в начале XX века составил житель Сумского Посада языковед-самоучка Иван Матвеевич Дуров. Он работал над своим трудом несколько десятилетий, сделал рукопись, но в 1938 году его расстреляли. Рукопись чудом сохранилась и в 2011 году была издана.

Ирина Устин, директор краеведческого музея «Поморье» Кемского района:

— Я часто привожу в пример фразу «В досюльно-то время, во которы-то давношные леты…» В русском варианте она звучит, как «Когда-то давным-давно….» Когда ты первый раз слышишь фразу, тебе кажется, что это — тарабарщина. А когда второй раз ее слышишь — тебе становится все понятно. Поэтому я считаю, что это такой древний язык, который в подкорке у нас отложился и передается из поколения в поколение.

В краеведческом музее «Поморье» Кемского района вопросом самоидентификации поморов занимались всерьез, и выявили особый поморский код, который присущ всем, кто причисляет себя к этой общности. Этот код состоит из 6 пунктов. Если вы соответствуете большинству из них — вы помор. Проверьте себя!

1. Надо хотя бы 10 лет прожить в Поморье.
2. Хоть раз в жизни надо поймать рыбу
3. Надо владеть одним из традиционных ремесел (ткачество, сетеплетение, строительство и тому подобное).
4. Нужно знать поморскую «говорю».
5. В повседневной еде надо использовать традиционные рецепты.
6. Надо знать и изучать историю Поморья.