Даже «Прямая линия» Путина не помогла: 8-летнему ребенку вновь накрутили 61 тысячу долга
История, которая приключилась с Марией Гавриленко из Омска, на первый взгляд кажется абсолютно нереальной. Суть ее простая и жуткая.
Начиная с 2019 года, на дочку Марии, которой сейчас 8 лет, списывают долги кто попало — от структур ЖКХ и микрофинансовых организаций до банка «Русский стандарт». Сейчас Мария Гавриленко получила, так сказать, юбилейное, 40-е начисление — по долгу от «Русского стандарта».
Комизм ситуации в том, что долг снова начислен на 8-и летнюю Арину. Ее мама — журналистка «Омскрегиона» Мария Гавриленко — получила его через Госуслуги. Размер долга — 61,5 тыс. руб. С Марии Гавриленко хотят взыскать задолженность некой жительницы Мытищ — Тебеньковой…
Вся эта фантастическая история началась больше пяти лет назад. Но масштабы несчастья вскрылись лишь мае 2024 года, когда Мария Гавриленко внесла данные дочери в свою учетную запись на Госуслугах.
По новым правилам это было необходимо, чтобы активировать сервис «Дневник.ру».
Дальше события начали развиваться по сценарию одновременно жуткому и бессмысленному. На маленькую девочку посыпались уведомления от судебных приставов о взыскании долгов от разных инстанций — по микрозаймам, кредитам, долгам по ЖКХ на Камчатке и даже за капремонт в Белгороде.
В общей сложности в личный кабинет Марии Гавриленко на Госуслугах пришло 34 уведомления. Сумма долга ее 8-и летней дочки к июлю 2024 года составила более 760 тысяч рублей. По адресам, откуда приходили счета, можно изучать географию страны.
Мария Гавриленко — человек деятельный, журналист. Она начала обращаться в разные государственные инстанции. Но виноватых нигде не было. А счета всё продолжали поступать…
После поста Марии в соцсетях, на ее ситуацию обратила внимание Генеральная прокуратура и даже обещала помочь.
Один из долгов, который был начислен Арине, дочке Марии, от некой злостной неплательщицы Тебеньковой, летом этого года все же был признан ошибочным и списан.
После публикаций в том числе и «СП» о новых долгах, постов в соцсетях и мессенджерах, с Марией Гавриленко связался представить УФССП России. И летом 2024 года ей помогли в оперативном порядке «снимать» появляющиеся чужие долги.
Ведомство предоставило официальный комментарий: «В ГУФССП России по Московской области было возбуждено исполнительное производство на основании судебного приказа, а также заявления взыскателя — кредитной организации, указан СНИЛС.
За предоставление недостоверной информации в отношении кредитной организации могут быть приняты меры административного реагирования".
Казалось бы все, вот он, happy еnd. Но Мария, точнее ее 8-и летняя дочка, снова получает новый счет, причем признанный ранее незаконно начисленным.
Как такое могло случиться?
У нас на каждом шагу говорят о преимуществах Госуслуг и переводят на эту платформу многие начисления. Дескать, это государственная структура, и доверять можно только ей.
Исходя из этого, всех родителей заставляют привязывать «Дневник. Ру» ребенка к своему аккаунту на Госуслугах. Но, выходит, это не так уж надежно и безопасно, если и из государственной структуры утекают направо и налево данные детей?
Попадая в цифровую среду, мы, по сути, оказываемся заложниками самых непредсказуемых ситуаций.
А ведь из них в конечном счете и складывается система государственных персональных данных. И что там говорить о хакерах и украденных мошенниками базах данных! Выходит, зачастую самый безответственный хранитель баз персональных данных у нас — государство.
Так откуда взялся новый долг у 8-и летней девочки? Как пояснили Марии Гавриленко, новый долг ребенку появился из-за того, что взыскатель воспользовался своим «законным правом» и через полгода вновь подал заявление о взыскании невыплаченного кредита в отношении жительницы Мытищ Тебеньковой.
То есть вместо того, чтобы искать злостную неплательщицу, подняв на ноги местную службу судебных приставов, полицию в конце концов, банк «Русский стандарт» идет по знакомому и самому простому пути: предъявляет новый иск, используя СНИЛС ребенка за неимением иного документа.
И тут уже возникают вопросы к Службе безопасности банка: как проходит проверка документов перед выставлением долга, кто за это отвечает, не вызывает ли сомнение тот факт, что СНИЛС принадлежит ребенку?
Возникает самый интересный вопрос: как к коммерческим структурам в лице банков и микрофинансовых структур попадают данные детей?
И почему, начиная с 2019 года, все наши доблестные государственные структуры, в которые обращалась Мария Гавриленко по поводу своего ребенка — Следственный комитет России, Генеральная прокуратура, Федеральная служба судебных приставов, омбудсмен по Омской области, омбудсмен России — ничего не смогли сделать, чтобы исправить ситуацию? А может, просто не захотели? Ведь за такое дело медаль и благодарность от начальства не получишь, в громкий рапорт не внесешь…
«Писала и в Следственный комитет, до сих пор ответа нет, только отписка о получении моего письма. Судебные приставы заверяют, что они тут ни при чём, так как у них нет полномочий проверять предоставленные взыскателем документы, устанавливать их подлинность. Документы моего ребенка используют исключительно юридические лица — банки и микрофинансовые организации. И правоохранители не хотят всем этим заняться. Правда, двух главных приставов — по Московской и Белгородской областям, по ответу Генпрокуратуры, дисциплинарно наказали. И на этом — всё», — рассказывает Мария Гавриленко.
Как СНИЛС маленького ребенка вообще мог пропасть в базу данных банка и микрокредитной организации? И почему в этой связи правоохранительные органы бездействуют? С таким вопросом мы обратились к адвокату Любови Гончаровой.
— Тот факт, что СНИЛС ребенка оказывается, например, в базе данных микрокредитной организации, говорит о том, что существует, по всей вероятности, какая-то «черная база данных», куда персональные данные — и взрослых, и детей — попадают, похоже, не без ведома государственных органов…
В поисках истины Мария Гавриленко дошла до обращения на «Прямую линию» президента Путина. Но и тут конкретного ответа ей никто не дал.
Вся эта странная история разворачивается на фоне того, как на всех уровнях власти говорится о защите семейных ценностей, о защите прав детей и помощи родителям. А что на деле?
Под шум пропаганды ни одна из государственных структур не может уже много лет помочь 8-и летней девочке и ее маме, которые оказались жертвами то ли неразберихи, то ли аферы, произошедшей с легкой руки коммерческих структур при полном невмешательстве государства.
Ирина Мишина