Белгородский врач Татьяна Михайлова: О моде на онкомаркеры пора забыть
Онкомаркеры стали активно рекламировать в России около 30 лет назад. Многим они казались чудодейственным средством, позволяющим обнаружить онкологию в самом начале зарождения болезни, когда лечиться она, по сути, должна не сложней простуды. Почему бы и нет? С телеэкранов в это время заряжал воду Чумак, а Кашпировский проводил гипнотические сеансы сразу для всей страны. Лекарственные препараты казались анахронизмом. Зачем они нужны, если можно оздоровить всех россиян просто пристально глядя на них с экрана телевизора?
Прошло несколько десятилетий, и сейчас даже не верится, что вся страна застывала у телевизоров с баночками, наполненными водой, тюбиками с кремом и различными мазями, чтобы их зарядили положительной энергией. Не стали панацеей и онкомаркеры, на которые было столько надежд. Почему не сработал анализ, куда делись онкомаркеры, и какой побочный эффект обнаружился у этого метода исследования, мы обсуждаем с главным врачом белгородского областного центра общественного здоровья и медицинской профилактики Татьяной Михайловой.
Давняя история
На самом деле онкомаркеры появились не 30 лет назад, и лаже не 50. Первое упоминание о специфическом белке, обнаруженном в моче онкологического пациента, относится ещё к 1845 году. Это открытие стало толчком для выявления других аналогичных белков, которые впоследствии и стали называться онкомаркерами. Исследования шли во всём мире. Сегодня науке известно порядка 200 специфических белков, указывающих на развитие онкологии. Но используют в медицине не более 20, поскольку они наиболее пригодны по чувствительности и специфичности. Хотя даже с ними не все так просто.
Реагируют на всё
«Раковые клетки и опухоль в процессе своей жизнедеятельности выделяют специальные вещества в кровь, биологические жидкости, которые могут уловить тесты. Считалось, что даже если раковых клеток ещё мало, количества этих веществ будет достаточно, чтобы показать наличие онкологии и даже больше – заподозрить, в каком именно органе или системе идёт процесс»,
– говорит Татьяна Владимировна.
Это должно было стать прорывом в ранней диагностике онкозаболеваний. Порядка 17 лет назад, когда в систему здравоохранения только закладывалось понятие диспансеризации, и людей начали массово привлекать к медосмотрам для выявления заболеваний на ранних стадиях, в комплексное обследование были включены и онкомаркеры. Они должны были показать эффективность, а в результате доказали полную невозможность диагностики с их помощью. На практике оказалось, что на ранних стадиях опухолевые клетки настолько неактивно выбрасывают в кровь специфические вещества, что не существует ни одной тест-системы, способной их обнаружить.
В процессе использования онкомаркеров открылось ещё несколько неприятных моментов.
Во-первых, не у каждого человека даже с ярко выраженным онкологическим заболеванием будут положительные результаты теста. Так срабатывает его иммунная система. Она блокирует поступление в кровь белков, которые выделяют раковые клетки.
А во-вторых, что ещё печальней, онкомаркер вместо того, чтобы обнаруживать только раковые клетки, реагирует на любой воспалительный процесс в организме. Всё дело в том, что тест-системы настроены на улавливание веществ, очень похожих на те, что образуются при воспалении. Поэтому при проведении таких анализов можно получить как ложноположительный результат, так и ложноотрицательный.
Не эффективны и даже вредны
«Онкомаркеры показали свою абсолютную неэффективность в процессе диспансеризации. В связи с тем, что они оказались неинформативными. Цифры, которые мы получаем при их исследовании, очень сложно привязать к наличию заболевания. А заподозрить на ранних стадиях онкологию по этим анализам вообще невозможно. Опытным путём в процессе применения этих тестов было доказано, что это совершенно бессмысленный инструмент для выявления заболевания на ранних стадиях»,
– рассказываетТатьяна Михайлова.
Если, например. у женщины есть воспаление придатков малого таза и в это время ей сделали тест с помощью онкомаркеров, то у неё будут высокие показатели. Женщина, естественно, начинает обследоваться, чтобы найти опухоль, которой не существует. В поиске иголки в стоге сена люди часто идут на затратные, громоздкие, опасные обследования. Например, связанные с облучением тела. Кроме того, легко представить в каком депрессивном состоянии находится человек, считая, что раз у него положительный онкомаркер, рак обязательно есть. Только он спрятался где-то очень-очень глубоко. Клиент тратит деньги, время, доводит себя до стрессовой ситуации, а результат нулевой. И это ведь не единичный случай.
«Когда количество ложноположительных тестов достигло критической отметки, было принято решение, что онкомаркеры не должны применяться для ранней диагностики»,
– подводит итог доктор.
Полезны и активно используются
Зачем же существует этот анализ, если он настолько плох? Не годится для одного, зато хорошо зарекомендовал себя в другом качестве. Сегодня его широко используют онкологи для мониторинга эффективности проводимого лечения. Если онкологическому пациенту назначены химиотерапия, лучевая терапия и при этом онкомаркеры выявляют повышение показателей, то контролируя их изменение, можно говорить об эффективности или неэффективности лечения.
«Очень часто онкологи сталкиваются с таким явлением, для которого даже есть свой термин – обрушение показателей онкомаркеров. Это когда после лечения пациента его онкомаркеры практически "проваливаются" до нормальных уровней. Это говорит об эффективности проведённой терапии»,
– говорит Татьяна Владимировна.
Но тут тоже есть свои нюансы. Онкобольной может подхватить какую-то инфекцию, у него могут начаться обострения хронических заболеваний, соответственно, в этот момент может повыситься уровень онкомаркеров.
Если не онкомаркеры, то что?
В современной медицине есть проверенные, надёжные, показавшие свою эффективность методы онкоскрининга на ранних этапах. И применяются они в ходе диспансеризации.
Из подобных описанным выше анализов эффективным остался только один. Он служит для прогноза развития онкологии предстательной железы у мужчин. Это простатспецифический антиген, или, как его называют ещё – ПСА. Он берётся у мужчин в возрасте 45, 50, 55 и 64 лет. Превышение допустимых значений является поводом для двухнедельной подготовки и повторной сдачи этого онкомаркера. И только после повторного анализа с высоким показателем на простатспецифический антиген, пациента отправляют на консультацию к урологу. Даже в этом случае на показатель теста могут повлиять многие факторы, поэтому требуется двухнедельная подготовка к повторному проведению анализа.