Человек и руда. История белгородца Владимира Клеймёнова, построившего карьеру на рудниках

Пришёл работать в 16 лет

Дату 90-летия «КМАруда» отмечают со дня, когда состоялась торжественная закладка первой шахты. Это произошло 30 сентября 1921 года. Спустя больше чем 40 лет, в 1964 году, учеником электрослесаря работать на Лебединский рудник пришёл 16-летний Владимир Клеймёнов. Разговаривая со мной, Владимир Сергеевич в слове «рудник» ставит ударение на первый слог.

Съёмки фильма в Губкине были праздником. По словам Владимира Сергеевича, это был «бум!». Хотя ради стройки и пришлось отселить более 600 домов деревни Лебеди. И тем не менее, чтобы посмотреть на съёмки, местные ходили по 12 километров пешком к месту действий: хотелось увидеть артистов и места съёмок, ну и, конечно, поучаствовать хотя бы в массовке. Ажиотаж понятен: тогда Лебединский рудник был Всесоюзной комсомольской стройкой.

Потом ученик сам стал учителем для своих бывших одноклассников. Клеймёнов ходил в вечернюю школу, пока они заканчивали 11-й класс. «За каждого ученика платили по 49 рублей, — с улыбкой вспоминает Владимир Сергеевич. — Это были не малые деньги».

На Стойленский рудник нужно было перевозить огромное оборудование. Его нужно было поднимать кранами, и два главных энергетика на Стойленском рудоуправлении пригласили Владимира Сергеевича на предприятие для организации работы. Чтобы не возить всё необходимое в Губкин, на Стойленском ГОКе должны были сами научиться делать нужное оборудование.

Мой собеседник вспоминает дни работы на комбинате «КМАруда» как время, которое подарило ему знакомство со многими хорошими людьми. С особым трепетом он вспоминает директора «КМАруда» Василия Кислова. Его семья была с ним в близких отношениях. Кислов был директором комбината до войны и после, когда вернулся.

Владимир Сергеевич на встречу со мной захватил список коллег, с которыми он работал и о которых хотел бы рассказать. Если бы мы все их включили в эту статью, это перечисление заняло бы основную часть повестнования.

Первая плавка на ОЭМК, 4 октября 1984

В 1966 года появился горный техникум — «КМАруда» повышал свои мощности. Началась стройка Лебединского ГОКа. Нужно было много кадров. Жена Владимира Клеймёнова Надежда была выпускницей первого выпуска горного техникума. Во время рассказа о своих коллегах, которые помогали в возведении Лебединского ГОКа, голос у Владимира Сергеевича становится тише — многих упомянутых людей уже нет в живых.

Сменил станки на кабинеты

В конце 1968 года Владимира Клеймёнова избрали членом обкома профсоюза рабочих металлургической промышленности. Мужчина смеётся, вспоминая те времена. Тогда он не чувствовал себя на своём месте.

Владимир Клеймёнов тогда рассказал о загрязнении воздуха. Он заявил, что все жители Губкина и Старого Оскола «дышат нехорошим воздухом, глотают пыль. Идёт ухудшение качества питьевой воды. Зимой был рыжий снег, даже не серый». Клеймёнов предложил увеличить жителям региона оплату труда, независимо от профессии. Чтобы хотя как-то исправить ситуацию с загрязнением воздуха, ввели рекультивацию земли. Владимир Сергеевич вспоминает своего коллегу Василия Пашкова, который учился в Воронежском лесотехническом институте и позже пришёл работать в Старый Оскол.

— Он на Стойленском руднике сажал акации и шелковицы вместе с другими студентами — растения высаживали на уступах. Не знаю, как деревья выдержали.

Владимир Клеймёнов с комсомольцами на первой плавке лебединской руды

В 1969 году Владимира Клеймёнова избрали секретарём комитета комсомола Лебединского ГОКа. Нужно было найти кадры для работы на комбинатах, и Владимир Сергеевич выезжал в Московский и Киевский военные округа, в воинские части Брянской и Смоленской областей. Велась пропаганда, людей манили не просто деньгами, а квартирами!

Как секретарь комитета комсомола ЛГОКа Владимир Клеймёнов решал вопросы работников комбината. Неоднократно сталкивался с тем, что люди не могли позволить себе купить холодильник или газовую плиту. На поощрение молодых горняков и строителей выдавали талоны.

— Были базы посылторга, которые выдавали талоны на холодильники, мотоциклы, ковры, крыши и даже валенки. Это было большое подспорье. Можно было годами ходить и не купить ковёр, а по талону получить, — вспоминает то ли с грустью, то ли с удовлетворением, что мог помогать людям, Владимир Сергеевич.

Насущной проблемой были развлечения — молодёжь хотела танцев. Тогда Клеймёнов договорился с заведующей столовой Лебединского рудника, чтобы она отдавала столовую под танцевальные вечера.

«Приехал, чаю попил и не привёз результата?»

Но не это было главной неприятностью. Беда пришла нежданно. Бедой Владимир Сергеевич называет переброс строительства квартир из Губкина в Старый Оскол: тогда работникам только что построенного Стойленского ГОКа было бы слишком далеко добираться до работы.

Никто не хотел поднимать этот вопрос из-за администрации. За решение взялся Владимир Сергеевич. Он поехал в Москву на встречу к министру чёрной металлургии Ивану Казанцу. «Просил, умолял, уговаривал, убеждал, что решение неправильное, объяснял, что людям неудобно жить в Старом Осколе, а ездить на работу в Губкин», — вспоминает Клеймёнов.

Владимир Сергеевич почему-то понравился министру. Казанец поделился с нашим героем воспоминанием о том, как он в свои 29 лет принимал по комсомольским путёвкам на восстановление донецких шахт молодёжь из Белгородской и Курской областей. Владимир Сергеевич смеётся, вспоминая эту встречу.

— Мне объяснили, что эта затея [перенос строительства] — Белгородской области, и поделать ничего не могут. А мне было стыдно перед комсомольцами. Когда я приеду, что я им скажу? Приехал, чаю попил и не привёз результата? — с грустью вспоминает Клеймёнов.

Но с пустыми руками он всё-таки не вернулся: встреча с министром ускорила строительство дворца культуры, профилактория и медсанчасти в Старом Осколе. Объекты там почему-то законсервировали и никак не могли достроить. На встрече с Казанцом Владимир Сергеевич схитрил и сказал министру, что ничего и в помине нет: ни дворца, ни профилактория.

Владимир Клеймёнов продолжает рассказывать истории из своей профессиональной жизни, называет имена и иногда смеётся. Один человек, кажется, может рассказать всю историю комбината «КМАруда» до, во время и после своей работы на нём. Всего на «КМАруде» Клеймёнов проработал 17 лет. За это время успел закончить институт, стал первым секретарём Старооскольского горкома ВЛКСМ и поработал в Москве. А потом в Белгороде — вторым секретарём обкома комсомола. И даже мог стать начальником штаба ЦК ВЛКСМ на строительстве БАМа, но отказался.

В 1981 году Владимир Сергеевич закончил работать на комбинате, потому что получил травму. О ней он не захотел рассказывать подробно. Но карьеру на этом не закончил и ушёл на пенсию в 45 лет.

В книге «История российско-болгарского сотрудничества на „Белгородской Магнитке“» Владимир Клеймёнов говорит:

Сегодня «КМАруда» добывает около 5 миллионов тонн железной руды в год и выпускает 2,2 миллиона тонн концентрата. На комбинате работает почти 3 тысячи человек.