Закончил карьеру из-за разбитой бутылки, шел к РПЛ 16 лет. Речь Стукалова из «Уфы», которая разгромила «Спартак» в Москве
Считает, что российской лиге не хватает тактики, атаки и молодых (хочет внедрить все это в «Уфу»).
- «Уфа» во втором матче Алексея Стукалова в роли главного тренера клуба разгромила «Спартак» на выезде — 3:0 в матче 26-го тура Тинькофф РПЛ
- Дублем в составе гостей отметился Владислав Камилов
- Уфимцы поднялись на 14-е место в турнирной таблице чемпионата, покинув зону прямого вылета
Материал впервые был опубликован 16 апреля
«Уфа» находится на грани первого вылета в истории. Клуб еще ни разу не опускался в ФНЛ с момента захода в элиту в 2014-м, но в этом сезоне все очень плохо. За 5 туров до конца команда из Башкортостана шла на 15-м месте.
Спасать ситуацию пригласили перспективного тренера из ФНЛ Алексея Стукалова, который превратил самого скромного дебютанта лиги «Велес» (бюджет — около 100 млн) в претендента на участие в стыках. У «Уфы» безумный календарь, но и у «Ротора» он тоже сложный, так что многое будет зависеть от тренерских решений. О них и многом другом мы и поговорили со Стукаловым.
Прошел все карьерные ступени: путь от детского тренера в «Смене» и «Химках» до РПЛ занял 16 лет
Восхищается Юлианом Нагельсманном и считает, что в Уфе можно построить команду в стиле «Лейпцига»
— Какая у вас была карьера футболиста?
— Как таковой не было. Занимался в школе ставропольского «Динамо», но в 16 лет разорвал левую боковую связку. Мне делали операцию в Ставрополе, в тот момент карьера и закончилась.
— Как разорвали?
— Играл после школы на уличной коробке. Зима, снега много навалило, пошел в подкат и налетел на кусок разбитой бутылки. Разрезал себе все колено, зацепил подколенную артерию, поэтому крови было очень много. Все это зашивали на скорую руку, около полугода восстанавливался. Потом начал тренироваться, но колено хрустело, и доктор посоветовал закончить.
— Любовь к футболу — от отца-тренера Бориса Стукалова?
— Можно сказать и так, я ведь в футболе с пеленок. По возможности ездил с папой на сборы, рос в этой атмосфере. Помню, как приезжал в Волгоград в 13 лет, когда папа помогал [Виктору] Прокопенко в «Роторе».
Сам впервые о тренерстве задумался после травмы. Еще тогда думал, что агентом, возможно, стану. Не хотел уходить из футбола. Но тренировать меня тянуло больше, еще в школе собирал команду, играющую в турнире между школами. Чувствовал в себе склонность к управлению коллективом.
— Кто был вашим кумиром в детстве?
— Роберто Баджо. Очень нравился, ведь я тоже играл на позиции десятки, центрального полузащитника. Дель Пьеро еще импонировал.
— Болели за кого-нибудь?
— За ставропольское «Динамо», где рос, но в основном за отца, где бы он ни работал. Особых пристрастий у меня не было.
— Как уехали из Ставрополя?
— Отец сказал, что нужно ехать в Москву и поступать в университет. Вместе с братом в 2002-м нас зачислили в РГУФК. С 3-го курса начал работать тренером в московской школе «Смена». А потом ушел в армию.
— Не знал, что вы служили.
— От звонка до звонка в МЧС. В армии тренировал команду ФК «Спасатель». Служили с братом в части рядом с городом Руза, там на территории был стадиончик. Сделали команду благодаря полковнику Сергею Витальевичу Ефименко (он сейчас командир части). Забавная история, кстати.
У брата был день рождения, поэтому отец приехал в часть навестить и поздравить. Зашел попросить увольнительную, а Сергей Витальевич [Ефименко] в это время был на дежурстве и смотрел матч молодежной сборной, которую тогда возглавлял мой папа. Ефименко доложили: «Так и так, приехал родитель солдата просить увольнение». Отец зашел, и случилась немая сцена. Узнал, был в шоке.
Потом Сергей Витальевич вызвал нас с братом к себе и предложил возродить команду, она играла в первенстве Московской области. Заняли первое место в группе Б на КФК. У нас было сильное пополнение из нового призыва человек на 200: футболисты из Белгорода, Ростова и других городов, причем ребята со школой.
— Нормальные возможности для селекции.
— Это точно. На построении: «Футболисты, два шага вперед». Тренировались, общались с ребятами, интересное было время. По выходным вся часть приходила за нас болеть. Барабаны, все дела: «Спасатель», вперед!». Говорю, мы тогда прошли весь сезон на эмоциях, заняли первое место.
— Служба сама по себе сложная?
— Это опыт. Для кого-то — положительный, для кого-то — отрицательный, я многое подчерпнул. Это дисциплина в первую очередь. Кроме того, после армии начинаешь ценить некоторые моменты гражданской жизни. Возможно, это слишком громкие слова, но там становятся настоящими мужчинами — вдалеке от дома, с лишениями и в условиях жесточайшей дисциплины…
— Не хотели откосить?
— Отец четко сказал: «Годик послужите, полезно будет». На самом деле мы и не планировали уклоняться.
— После армии как жизнь складывалась?
— Вернулся в Москву, приехал в институт и попросил дать рекомендацию, чтобы куда-нибудь устроиться. Получилось со школой «Химки». Приняли в 2009-м, и с января начал работать. Прошел все этапы. От тренера детско-юношеского футбола, до молодежки и помощника в главной команде.
— Вам ведь нужно было еще учиться параллельно.
— Так и есть. В 2010-м поступил в ВШТ и получил категорию С, в 2012-м — B, 2015-м — A. Лицензию PRO я получил уже в 2020-м. У нас была хорошая группа: Семшов, Зырянов, Шпилевский, Новиков, Искаков, Трубицин, Кафанов, Молчанов, Нагорный который сейчас мне помогает в Уфе. В рамках обучения мы даже ездили в Швейцарию в штаб-квартиру УЕФА, и 5-6 дней работали с представителями разных стран.
В целом любая учеба полезна. Она заставляет многое обдумать, посмотреть на различные ситуации иначе, искать пути решения. Плюс — это обмен опытом с коллегами.
— Вы 10 лет отработали в детско-юношеском футболе. Что забрали оттуда во взрослый?
— Детский и взрослый футбол — это две разные планеты. Вот совсем разные вещи. Можно сказать, что прошел все этапы, мой путь от детского до тренера РПЛ занял ровно 16 лет.
— Звучит долго.
— На самом деле, для тренера без игровой карьеры не так уж и долго. В 21 год уже работал тренером в «Смене», потом пошел по ступенькам. Это действительно многое дало в плане опыта. Тот же Слуцкий начинал с детей, а стал одним из лучших тренеров в стране.
— Этот опыт помогает вам лучше понимать молодых и доверять им?
— Посмотрите вокруг. Иностранцы, которые приходят, — Шварц, Николич…. Они доверяют. Захарян, Тюкавин, Мухин и многие другие уже приносят пользу и прекрасно смотрятся. И что? Почему мы им не доверяем?
В нас заложено много консерватизма, мы привыкли ставить на опытных игроков, которые чего-то добились. Не говорю, что нужно сразу всех молодых выпустить в основе, но, если ты видишь, что есть игроки, которые реально на подходе, им нужно дать шанс. Эти ребята мотивированы на реализацию своей мечты, контракт для них не главное, поэтому этой энергией можно воспользоваться. Когда деньги стоят не на первом плане, то, на мой взгляд, из игрока можно выжать гораздо больше.
— Но опытный получил контракт не просто так, качества он даст больше, чем молодой. Класс определяет результат, поэтому и молодым меньше доверяют.
— Я согласен, повторюсь, не надо это делать скопом, нужно постепенно. Но если мы возьмем европейские команды, то найдем много примеров, где средний возраст — 23-24 года. Почему сейчас молодые команды в тренде? Из-за требований современного футбола, который предполагает интенсивность, физику и скорость.
Опытные игроки дольше восстанавливаются, тяжелее воспринимают нагрузки. Не все, конечно, в паспорт смотреть нельзя, ведь все индивидуально. В любом случае я как тренер склонен доверять молодым и подпускать их, если они хотят, слушают и могут. Искусственно, понятное дело, никого ставить не буду, но если есть ребята, то почему нет?
— Вы называли Нагельсманна с его стилем работы, интеграцией молодых и ротацией своим ориентиром. В России реально построить «Лейпциг»?
— А почему нет? Игровые идеи ведь на поверхности. Если мы смотрим футбол, то сразу можем сказать: этот футбол мне нравится, этот нет. Бывает ведь такое, что смотришь на большую и успешную команду, но ее футбол тебе не нравится. Меня цепляет то, как работает Нагельсманн, какой футбол он ставит.
Селекция клуба основывается на поиске мотивированных молодых игроков, которые имеют потенциал стать звездами. Молодой тренер, агрессивный футбол. Со своим потолком — пониже, чем у элитных клубов, но все-таки.
Был классный матч, образцовый. «Лейпциг» — «Ливерпуль». Мы всей командой смотрели на сборах с «Велесом», а на следующий день разбирали. Там было столько всего интересного с точки зрения тактических решений и перестановок без захода в раздевалку…. Футболисты сами перестраивались, выходили из-под прессинга, очень много ярких ходов. Этот матч — реально пособие.
Смотреть на YouTubeВ моей картине мира нужно стремиться играть так, как играют топовые команды и лучшие тренеры. Команда обязана быть тактически гибкой, чтобы перестраиваться по ходу игры на различные схемы исходя из ситуации: забили, пропустили, какую формацию выбрал соперник и прочие факторы. Это сложно настроить быстро, нужен примерно сезон, но все реально.
Если взять команды РПЛ и ФНЛ, то у нас мало тех, кто готов меняться тактически по ходу матча. Почти всегда есть базовая схема с нюансами и все. А так чтобы было 2-3 схемы, чтобы команда вела гибридную игру (по одной структуре в атаке, по другой — в обороне, — «Матч ТВ») этого очень мало.
— И здесь мы пришли к разговору о падении уровня нашего футбола.
— Наверное, всем нам хочется, чтобы российский футбол был более агрессивным, результативным и интенсивным. Но если одна команда стоит сзади, а другая пытается атаковать, то никакой интенсивности не будет. Никогда.
У нас есть 5-6 команд, которые имеют солидные бюджеты и квалифицированных исполнителей, остальные ставят задачу набрать 30 очков за сезон, чтобы спастись от вылета. Понятно, что результат давит на тренеров и клубы, но в итоге мы имеем, что в 70 процентах матчей одна команда атакует, а вторая закрывается и ждет моменты.
Если бы маленькие команды играли организованно, но агрессивно, с высоким прессингом, контригрой, то это был бы совсем другой уровень лиги и интереса. Примером может служить АПЛ и Бундеслига, где команды нижней части таблицы всегда готовы преподнести сюрприз.
— Вам в 5 оставшихся матчах нужно дать результат и остаться в лиге. Вы готовы играть агрессивно?
— А как я дам результат, если 90 процентов игрового времени буду стоять в своей штрафной и ждать чуда? Не против этого метода у других тренеров, но он не мой. Такой футбол может приносить результат на каком-то отрезке, но затем все постепенно придет к спаду и кризису. А я хочу, чтобы мои игроки чувствовали уверенность в себе.
Не говорю, что мы полетим вперед и будем играть на равных в открытый футбол против «Спартака», ЦСКА, «Зенита», но в то же время понимаю, чтобы набрать очки в этих играх нам нужна контригра и возможность встречать высоко. Ведь провести атаку от своей штрафной или после отбора в центре поля — это две большие разницы.
— Нагельсманн рассказывал, что часто думает о тактике в туалете: «Там мне приходят лучшие идеи». Где вам приходят лучшие идеи?
— Насчет туалета не слышал, но у меня бывает так, что просыпаешься ночью и ловишь хорошую мысль, записываешь. Вообще для меня самое лучшее рабочее время — с 6 до 9 утра. В это время никто не звонит, не отвлекает. Когда весь мир просыпается, то тебя погружают в социальную повестку, не только футбольную, поэтому ранним утром работается лучшего всего.
— Ваши переговоры с «Уфой» были сложными?
— Не сказал бы, понимал что это мое второе предложение от клуба РПЛ, нужно принимать его и двигаться дальше. Тем более, все знают Шамиля Камиловича [Газизова] как мудрого менеджера, дающего возможность развиваться молодым специалистам. Мы пообщались, я взял день на размышление, взвесил все за и против и принял вызов.
— Я больше не про деньги, а про роль. Вы говорили, что тренер должен обладать полномочиями при выборе игроков, правом «последнего слова» при селекции. Газизов готов поделиться с вами этой властью?
— Мы очень хорошо поговорили и в этом направлении тоже. То, что он сказал, меня устроило. Ответственность за результат на мне, поэтому по игрокам мы будем с ним общаться и принимать решение. Это меня вполне устраивает.
— Напрашивается переход в «Уфу» пары человек из «Велеса».
— Селекции пока не касались, сейчас не до этого. Нужно кровь из носу набирать очки. Все мысли туда.
— Матч против «Спартака» — главный в вашей тренерской карьере. Как настроение?
— Надеюсь, что впереди еще много таких матчей. Настроение — рабочее, чувствую воодушевление. Когда жил в столице, часто ходил на дерби. Одно дело — зрителем, а тут — тренером. Мне будет очень приятно оказаться на скамейке спартаковского стадиона в роли главного тренера.
— У «Уфы» есть ресурс для высокого прессинга? Команда может навязать свой стиль «Спартаку»?
— Сейчас это две команды разного уровня и в плане ситуации в таблице, и в плане подбора игроков, и в плане времени работы тренера с командой, но опять же это не приговор. Мы прекрасно понимаем и свои сильные стороны, и «Спартака». Наша задача — правильно выстроить игру. Нюансов давать не хочу, но у нас есть хорошие футболисты, не сомневайтесь. Добротная команда, абсолютно не безнадежная ситуация.
— Как оцените потенциал Остона Урунова? Он может вернуться на уровень интереса топов РПЛ?
— Он порвался в игре с «Ахматом». Его потенциал мне пока неизвестен, не работал с ним. Из того, что Остон показывал раньше, очевидно, что он квалифицированный футболист.
— Вас корректно сравнивать с Тедеско? По степени эмоционального поведения на бровке.
— И я, и он живем игрой, поэтому, думаю, да, можно сравнить. Есть тренеры, которые держат в себе, а мы — горячие ребята. Мне гораздо проще выплескивать эмоции, чем их сдерживать. Это все-таки большой стресс + дает определенный заряд ребятам.
— Закончите фразу. Если «Уфа» обыгрывает «Спартак», то я…
— Буду счастлив.
Телеграм Кузнеца
Читайте также:
- «На клуб тратится 1 млрд рублей, несчастные 10 млн евро. Копейки для Башкортостана». Большое интервью Кузнеца с создателем «Уфы»
- Русский спец работает на «Тоттенхэм» и помогает строить новую футбольную империю в пяти странах (РПЛ — в планах). Эксклюзив «Матч ТВ»
- Интервью с Амиром Адуевым — самым необычным новичком РПЛ. Чеченец, капитанил в молодежке «Монпелье» и вызывался в сборную Франции U-18
- Колонка игрока РПЛ: работа сварщиком и официантом в Магнитогорске, служба в армии и МЧС — матч против Франции с Мбаппе