Сергей Тетюхин: Работать только ради денег не хочу

Продолжение интервью с одним из самых титулованных волейболистов Белгорода и сборной России. «БелПрессе» Сергей Тетюхин рассказывает о самом главном в своей жизни.Семейный конвейер— Вы как‑то рассказывали, что ваш отец – уникальный тренер, потому что находит подход к любому ребёнку. А мама имеет отношение к спорту?— Родители у меня замечательные. Когда приехали в Белгород, мама не пошла работать учителем физкультуры, на кого училась, а тоже начала тренировать детей. То есть получился такой семейный конвейер в хорошем смысле этого слова. Мама берёт малышей 6–7 лет, ведёт их 3–4 года и передаёт папе. Уже выработалась такая лесенка, механизм. Мама у меня – КМС по спортивной гимнастике. Выступала и за сборную Узбекистана. В общем, вся семья спортивная.Конечно же, большая часть спортивного воспитания принадлежит отцу. Он уникален во многом. Отец порядочный человек и призывает всех, кого он берёт, к этому. Никогда не слышал, чтобы он на кого‑то повышал голос. По его мнению, педагоги, которые переходят на крик, показывают свою слабость.— К вам папа относился как‑то особенно, например на тренировках?— Что для меня, что для моего брата Олега, который тоже занимался волейболом, никогда не было поблажек от родителей. Я пропагандирую такую идеологию: дети сами должны найти свой путь, а родители могут им только подсказать. И отец спрашивал с меня в два-три раза строже, чем с других: «Ты мой сын и должен быть показателем того, что я проповедую». Всегда такое было воспитание: порядочность, уважение к старшим.Но это вообще, наверное, заложено в Средней Азии и с кровью матери передаётся. Никогда там такого не было, чтобы зашли, например, ветераны в автобус и никто им не уступил место. Даже подумать о таком невозможно. И я очень рад, что вот такое восточное воспитание у нас было и перенеслось сюда.  Взяли на воспитание— Вы приехали в Белгород по приглашению Геннадия Шипулина. Помните первую встречу с ним?— Договорились встретиться возле спорткомитета в районе центрального стадиона. Там напротив стояла здоровенная лавочка. Тогда в команде работал Юрий Наумович Венгеровский (один из основателей белгородского волейбола, учитель Геннадия Шипулина – прим. авт.). Это вообще легенда белгородского волейбола. Пришли я, Андрей Борозинец и отец. Мы подходим, Геннадий Яковлевич сидит и рядом с ним прилёг Юрий Наумович. Поздоровались и договорились, что вечером у нас будет просмотр в «технологе». Там состоялся микроматч: мы с Андреем против Юрия Наумовича и Пётра Васильевича Сатановского. Они нас обыграли, но оставили, сказали, что у нас огромный потенциал, и они берут нас на воспитание.— Говорят, что Геннадий Яковлевич – очень жёсткий, требовательный тренер. Это правда?— Он разный. И очень сильный психолог. Первое время я не понимал, как с ним общаться. Приходил с какими‑то вопросами и требованиями, а уходил от него в полной уверенности в том, что то, с чем я пришёл, – полнейшая бредятина. Шипулин может перекрутить, переубедить. И много раз так случалось, что у меня взгляды на что‑то одни, а он их чуть-чуть перестраивал, и это как‑то помогало мне в жизни. Да, на площадке он очень требовательный. Безукоризненное должно быть выполнение того, что он говорит, дисциплина. Что касается жизненных моментов за площадкой, он абсолютно нормальный, добрейшей души человек с огромным сердцем, готов прийти на помощь в любое время суток. Помогает и сейчас тем людям, которые прошли через наш клуб.— Вы несколько раз уезжали из Белгорода в другие команды, но возвращались в «Белогорье». Как на это реагировал Шипулин?— Первый раз я уехал в Италию. Это было совместное решение. Даже, наверное, больше инициатива самого Геннадия Яковлевича. В то время он возглавлял сборную России. В чемпионате страны было три, максимум четыре команды более или менее хорошего уровня. Впереди через год были Олимпийские игры (в Сиднее в 2000 году – прим. авт.). Он нас собрал и сказал, что хочет, чтобы мы повышали свой уровень. Для этого подходит чемпионат Италии – самый сильный в мире на тот момент. И мы с Романом Яковлевым уехали туда. Вадим Хамутцких – в Турцию. Кстати, в Сиднее мы выиграли серебро, то есть это действительно сработало.Следующий отъезд был немножко другой. Чувствовалось, что нужно было что‑то поменять, интересно было попробовать что‑то новое, поиграть с некоторыми моими друзьями вместе. На то время это были американские волейболисты. Классные ребята, до сих пор мы дружим, переписываемся, общаемся. Это тоже для меня был интересный шаг, и я поехал в Казань. Но через 2 года понял, что больше нужен был здесь: ситуация в клубе была не очень простая, нужно было помочь. Это полностью было моё решение, хотя в Казани меня держали, отговаривали.Я никогда не приходил и не ставил Геннадию Яковлевичу ультиматумов. Мы находили всегда какие‑то решения совместно. Поэтому всегда это всё было безболезненно.  «Романыч помахал пальчиком»— После победной Олимпиады 2012 года вы объявили о завершении карьеры в сборной, но вернулись в 2015-м и сыграли на своей шестой Олимпиаде.— Это было не совсем моё решение. Было предложение Владимира Романовича Алекно (тогда главного тренера сборной России по волейболу – прим. авт.). Ему я не могу отказать. Для меня это один из лучших тренеров в карьере, мой друг уже много-много лет, единомышленник. Он мне сказал: «Серый, может, ещё раз попытаемся?» Говорю: «Романыч, если вы верите в меня, то я готов». Это было в Испании. Я приехал туда отдыхать. Подошёл к пляжу, а Романыч мне издалека так пальчиком помахал, мол, иди сюда. Я понял, о чём будет разговор… Поэтому оставил отдых на потом и поехал в Белгород готовиться.— Вы завершили карьеру 29 апреля 2018 года матчем чемпионата России против новоуренгойского «Факела». Он как‑то отличался от обычных календарных игр?— Обычный матч, но для меня особенный. Я переживал. Особенно в конце, когда произносили речи с Геннадием Яковлевичем. Всех на слёзы пробило. Но это нормально. Огромная часть жизни была посвящена этому. И ты прощался с тем местом, где тебя привыкли видеть. Болельщики, которых я знаю чуть ли не с первых дней приезда в Белгород. Их не очень много, но они есть, они свои. Конечно, со всем этим прощаться трудно. Ты уходишь в другое плавание, не зная, что будет дальше.Но в любом случае я понимал, что моя дальнейшая жизнь будет связана с волейболом, с командой, и всё равно я где‑то в каком‑то качестве останусь.   — Чуть больше года назад вас назначили генеральным менеджером сборной России. Если коротко: что входит в ваши обязанности?— Руковожу всеми процессами в команде, связанными с бытом. Это организационные вопросы, переезды, перелёты, гостиницы, журналисты. Плюс определение кандидатов в сборную. У нас тесная связь с главным тренером и со всем штабом. Нахожусь всегда в полном их распоряжении. С утра до вечера я с командой. Любые вопросы мы решаем, связанные с волейболом или командой. Я этим не занимаюсь лично, но у меня есть ребята, которые это всё делают, а я несу за это ответственность.— Вы чаще бываете сейчас в Белгороде или в Москве?— В обычном режиме, когда мы находимся в расположении сборной, я там, где команда, – это с мая по октябрь. У нас куча турниров. Потом уже более или менее поспокойней, я могу приехать домой. Но в любом случае слежу за игроками. Понятно, что не езжу на все игры, но знаковые матчи посещаю. Выбор игроков – это прерогатива тренера, но с Туомасом Саммелвуо мы всегда обсуждаем кандидатуры вместе.  Смена поколений— Почему, по‑вашему, в последние годы «Белогорье» не очень хорошо выступает и когда всё наладится?— Сложный вопрос. Наверное, тому объяснение – смена поколений. Это болезненный процесс, но нужный. «Белогорье» – один из немногих клубов, который в основу всего ставит воспитание своей молодёжи. У нас построена хорошая вертикаль: детская спортивная школа, молодёжная команда, группа подготовки, Высшая лига А была, сейчас Высшая лига Б. То есть, не переезжая в другой город, ты от начала весь путь до топ-команды можешь пройти в одном городе. Все работают на неё. И всегда тут росла молодёжь. Но не всегда, не во всех возрастах молодёжь может подойти и дать свои плоды. Поэтому настал такой момент, когда закончили мы: я, Саша Косарев, Вадик Хамутцких чуть раньше, Дима Мусэрский уехал (в японский «Сантори Санбёрдз» – прим. авт.), а молодёжь ещё не готова. В прошлом году заметное обновление было. Нужно время, чтобы они окрепли, мясом обросли. Нужно потерпеть. Думаю, потенциал хороший, молодёжь хорошая.— Геннадий Шипулин наверняка предлагал вам возглавить «Белогорье»…— И не раз. Но я пока не готов. Есть мои друзья, которые этим грезят и об этом мечтают много лет. Может быть, мне на какое‑то время нужно переключиться, побыть в другом качестве. Опять же – это такой образ жизни, который у меня был на протяжении 25 лет: с утра до вечера ты с командой, не видишь семью, никакой личной жизни. А сейчас у меня как раз появилось время побыть с семьёй, родными, близкими, посвятить жизнь немножко другому… Понятно, что это какие‑то хорошие финансовые условия. Но я не готов ради них лукавить. Об этом я Геннадию Яковлевичу и сказал.— Как говорят в некоторых видах спорта, чтобы стать тренером, нужно убить в себе игрока.— Наверное, да. И на это нужно определённое время. Пока я его бью, но он не убивается, сопротивляется. Вот когда добью, возможно, вернёмся к разговору о тренерстве.  На площадке легче— Вы сейчас много волейбола смотрите?— Так как я генеральный менеджер сборной, то да. Конечно, в другом качестве и совсем другие ощущения, эмоции, переживания. Порой легче находиться на площадке, чем со стороны наблюдать. Но волейбол – неотъемлемая часть моей жизни. Если я в Белгороде, ни одного матча «Белогорья» не пропускаю.— В Белгороде вас часто можно увидеть в обществе паралимпийца Андрея Кожемякина. Расскажите, как началась ваша дружба?— Мы с ним учились вместе в университете. Он тогда занимался ещё лёгкой атлетикой. Это потом, когда получил травму, он увлёкся пулевой стрельбой. И сейчас мы дружим. Буквально на днях мы были у него на новоселье – он переехал наконец‑то в свой дом. Этот человек – пример для многих во всех отношениях. Я у него многому учусь.Он энергичный, везде участвует. Это пример для людей, которые получили травмы и закрылись. Андрей доказывает, что можно иметь замечательную семью, построить дом и жить обычной нормальной жизнью. Он же и тренером сейчас работает и как раз учит людей с ограниченными возможностями обычной жизни, самостоятельной. Нормально, когда ты сам можешь за собой ухаживать. Он не просто рассказывает, а сам через это всё прошёл. Замечательный человек и замечательная семья.Беседовал Сергей БелыхПервая часть интервью вышла на нашем сайте 8 июля. Окончание читайте в понедельник, 13 июля.