Bravo и коллекционеры. Интервью с белгородской художницей Анастасией Мазур-Скробовой, чьи работы покупают в Америке, Германии и других странах мира
«Сбывшаяся детская мечта»
— Когда ты начала рисовать? Где училась этому?
— Начала рисовать, как любой ребёнок, научившись держать в руке карандаш. Я всегда предпочитала это занятие другим играм. Просто, в отличие от большинства, с возрастом рисовать не перестала.
Не считая школьных кружков после уроков, я не училась рисованию до 20 лет. Просто занималась тем, что люблю. Но потом задумалась о том, что мне не хватает знаний, а самостоятельное обучение по книгам не позволяет получить оценку со стороны. Я попыталась найти студию, но мне не нравился единый ко всем ученикам подход. Однажды я случайно оказалась в мастерской Григория Владимировича Новикова. Спросила, даёт ли он уроки. Он ответил, что только для поступающих в художественные вузы, не ради хобби. Я была настойчива, поступать не собиралась, но уже тогда понимала, что это не просто «для себя», и мы договорились, что я покажу свои работы. Они понравились, и так я стала учиться в мастерской рисунку и живописи. Потом были разные курсы, на какие-то я ездила в Питер, что-то проходила онлайн. До сих пор, если встречаю интересную технику, ищу, обучает ли ей художник.
Фото из личного архива Анастасии Мазур-Скробовой
— Помнишь свою первую выставку? Чем она тебе запомнилась?
— Первая выставка, в которой я участвовала, — арт-фестиваль галереи «Родина» 5 августа. По-моему, это был 2012 год. Это очень интересный опыт, так как зрители — случайные прохожие. Кто-то смотрел, фотографировал картины, спрашивал, продаются ли они. Кто-то высказывал предположение, что это выставка детских рисунков. Тогда это расстраивало, сейчас воспринимаю как комплимент. Обожаю детские рисунки.
Потом мне часто предлагали выставки в кофейнях, местных заведениях, на мероприятиях и фестивалях. В какой-то момент работ уже хватало на персональную выставку где-нибудь на небольшой площадке. Параллельно я часто участвовала в больших выставках в «Родине» и художественном музее. Для фестиваля «Этажи» в филармонии я каждый год старалась собрать не выставленные ранее картины.
— Опыт участия в каком проекте или выставке запомнился тебе больше всего?
— Очень запомнились последние «Этажи»: во время фестиваля я писала картину на глазах зрителей. С моей боязнью публики это было непростым испытанием. Картина называется Bravo: она про взаимоотношение артиста с искусством и оценивающими зрителями. А ещё у эксперимента случилось интересное продолжение: авторское право на эту работу приобрело английское издательство. Скоро во всем мире будут поздравительные открытки с этой картиной.
Картина Bravo, нарисованная на фестивале «Этажи»
Запомнилось первое сотрудничество с программой «Квартирный вопрос». Такая сбывшаяся детская мечта. Я трижды рисовала картины для их проектов. Попала, написав письмо в интернет-магазин передачи с вопросом, есть ли в их ассортименте картины. После этого мне перезвонили из редакции «Квартирного вопроса» с предложением сотрудничать. Они как раз в это время искали художника с похожим на мой стилем.
«Приятно осознавать, что мои работы можно встретить в Лондоне»
— Как получилось, что ты начала расписывать белгородские заведения?
— Я ничего специального не делала. Стали обращаться собственники или дизайнеры с предложениями. Мне очень нравится масштаб. Нравится, что роспись — часть места: не временное украшение, а продолжение истории, атмосферы. Грущу, что не удалось реализовать проект ещё одной росписи. Это был идеальный заказ: «Вот стена, рисуй, что хочешь». Но 2020 рушит все планы.
— Ты делала почтовые открытки, сумки со своими работами. Почему ты решила использовать такие форматы распространения творчества?
— Первые открытки я напечатала для выставки в рамках «Ночи искусств». Команда проекта «Культурный регион» тогда дополнила картины расширенной реальностью в приложении Artefact. Многим хотелось унести с собой такой сувенир, некоторые — я раздарила друзьям. После этого открытки продавались в нескольких местах города. Кто-то добавлял их в букеты, кто-то отправлял по почте. С тех пор я начала иногда печатать новые работы. Даже сейчас у меня заранее заказывают открытки с Таллином, хотя я даже не знаю, где здесь типографии. Это приятно. Ещё есть открытки с моими картинами у филармонии. Я рисовала для трёх фестивалей филармонии: «Этажи», Sova и фестиваля Борислава Струлева.
А картины на сумках появились случайно. Мы с подругой обсуждали, что сложно купить красивый шопер (тогда было правда сложно). Она сказала, что носила бы с картиной, а не логотипами супермаркетов. Я стала искать возможность напечатать два — себе и ей. Выяснилось, что нужно собрать тираж. Я пожаловалась на это в Инстаграме, и за день половина минимального тиража была собрана по предзаказу. Остальные тоже довольно быстро продались в разные города и страны. Для меня это было полной неожиданностью. До сих пор радуюсь, когда встречаю сумки на фото. Но я не люблю организационные процессы, доставку-отправку, к тому же нельзя проконтролировать каждый этап производства, особенно удаленно, поэтому не уверена, что будут ещё подобные вещи.
— Ты рассказывала в посте в социальной сети, что твои работы купили в США. Как подобные клиенты находят тебя?
— Мои картины покупали не только в Америке, но ещё Великобритании, Германии, Украине, Франции и Италии. Я обожаю, когда картину приобретают для коллекции в новом городе. Очень приятно знать, что моё искусство можно встретить в Лондоне (кстати, второй по популярности моих картин город после Белгорода), Париже, Лос-Анджелесе, Палермо. У меня даже есть карта с сердечками — моя «Коллекция коллекционеров». В основном, это продажи через онлайн-галереи: Artfinder, Saatchi. Несколько — через Инстаграм. Есть коллекционеры, с которыми мы продолжаем общаться и после сделки. Кто-то даже в гости зовёт, это очень приятно и мило.
Из личного архива Анастасии Мазур-Скробовой
— Получается на творчестве зарабатывать деньги для достойной жизни?
— Искусство — мой единственный источник дохода уже больше двух лет. Да, нестабильный и непредсказуемый, но зарабатывать можно любым ремеслом, если любить, что делаешь и выкладываться. У меня было ИП в России, сейчас я в процессе его закрытия и изучаю варианты, как всё правильно оформить в Эстонии. Здесь у меня пока нет мастерской, это очень осложняет работу над большими холстами, но надеюсь, что скоро вернусь к привычному режиму. Сейчас каждый день рисую дома скетчи, за карантин семь из них разлетелись по разным городам.
«Возможностей в городе достаточно»
— Как молодому художнику начать выставлять свои работы? Как происходит процесс принятия работы в тот или иной музей, галерею?
— Для участия в крупных выставках в «Родине», художественном музее проходят так называемые «выставкомы», на котором необходимо очное присутствие с работами. На них жюри голосованием отбирает работы. Могут голосовать сразу за все или по отдельности. Они руководствуются не только качеством работ, но и общей экспозицией выставки, поэтому сложно предсказать, пройдут картины или нет. «Родина» регулярно проводит арт-фестивали на улице, объявляет о приеме работ, есть вариант онлайн-заявки.
Возможностей в городе достаточно, площадки сдаются даже в аренду. Но для начинающих художников, мне кажется, важнее понять, для чего им вообще нужна выставка, так уж ли хочется участвовать везде и демонстрировать каждую свою картину трижды.
— Жизнь в Белгороде уменьшает возможности художника? В столице проще? Или в подобной деятельности место не играет большой роли?
— В зависимости от того, что ты понимаешь под возможностями и успехом художника. Если выставки и продажи — то, конечно, больше возможностей в крупных городах. Если рассматривать успех как собственный узнаваемый стиль, рост мастерства, то здесь географическое положение почти не играет роли, но проще развиваться в творческой среде. Если окружить себя талантливым сообществом, чтобы было интересно расти, то место второстепенно.
— Что сейчас происходит в твоём творчестве?
— Перед переездом я готовила серию работ для новой выставки, искала площадку. Но планы поменялись, и я решила, что удобнее продать уже написанные картины и начать заново в Эстонии. Пока у меня нет здесь мастерской, да и возможности работать над большими холстами дома. Не знаю, когда смогу представить новую выставку, а хотелось бы. Участие в коллективной работе тоже сложно планировать в нынешних условиях. Пока есть приглашение участвовать в одной выставке, посвящённой карантину. Она пройдёт летом во Франции.