Два тупика. Почему у улицы 3-го Интернационала два начала

Если верить интернету, в России улиц с таким названием не больше десятка. Белгородская 3-го Интернационала до 1932 года звалась Орловской. Не попавшая под лавину переименований в 2000-е, 3-го Интернационала берёт начало на восточной окраине Белгорода – это район Савино. Начинаясь от ул. Самохвалова, она доходит до Калинина и образует тупик и с такого же тупика продолжается после Калинина. А заканчивается улица, упираясь в центральный парк имени Ленина – на улице Попова. Достучаться до… Как и расположенный неподалёку Белгородский проспект, 3-го Интернационала начинается частным сектором. После обеда в будний день здесь тихо. И пусто: никого из прохожих. Почти у каждого дома деревья и кустарники, у некоторых мостятся рядами цветущие клумбы. Первое, что выхватывает глаз, – нетипичный для полусельского пейзажа двухэтажный дом. Построен он, видимо, в начале прошлого века, поэтому со временем на пол-этажа ушёл под землю. Фактически здание стоит на улице Самохвалова, но как пройти мимо пока ещё живой истории? Стучим в ворота. Звонко лает мелькающая сквозь щель собачонка. Колышутся ветром занавески на первом этаже, окна второго приоткрыты – по всей видимости, хозяева дома. Но никто к нам так и не выйдет. Не откликнутся и в доме № 1. Но мы не оставляем попыток достучаться в чьи‑нибудь ворота. Наконец открывает и вместе с нами выходит на дорогу Римма Кокол. В Белгород хозяйка дома с мужем-военным приехала 20 лет назад из Узбекистана. «У нас тут центр города, – говорит она и рассказывает, как изменилась улица: – Асфальт положили лет шесть, наверное, назад. У нас же здесь была песчаная дорога, и подъезжать было очень неудобно к дому. А сейчас, видите, какая красота». По утверждению Риммы Назаровны, их часть 3-го Интернационала давно передружилась с соседними улочками. — По Калинина дружим со всеми и по Самохвалова. Там бабушки живут, я им молоко таскаю, – рассказывает женщина. — А чего‑то не хватает? – интересуемся. — Канализации у нас нет. Мы хотели сами провести, здесь же недалеко, но не получается. А вот хотим плитку положить у двора, уже рассчитали нам. Напоследок пытаем счастья у ворот крайнего дома. Адрес у него «интернациональный», но на деле он стоит на улице Самохвалова. Пожилой темноглазый мужчина, хозяин, впускает нас в ворота. Чуть настороженный, знакомиться не хочет. «Благоустройства нет. Что мог, я пока ещё сделал. Но есть же те, кто не может уже. И вот вы спрашиваете мнение моё. Да какое мнение? Мы считаемся центром, и что мы имеем? – говорит он всё громче. – Я же вам говорю: самое элементарное – канализации нет». Вместе с безымянным хозяином дома и двора всё глубже погружаемся в уличные взаимоотношения. «Вот не путайте,– строго отсекает он какой‑то вопрос об улице 3-го Интернационала. – Тут улица Самохвалова». Но мы всё‑таки путаемся.   По ту сторону Калинина Едем в другую часть 3-го Интернационала, пересекая ул. Калинина и делая крюк через Октябрьскую и Первомайскую. Тупик 3-го Интернационала у Калинина, видимо, сбил с толку тех, кто нумеровал дома. К первому от тупика дому на пригорке ведёт колоритная лестница с оббитыми бетонными ступенями. Предвкушаем знакомство с его жильцами, но увы: дом стоит на улице Калинина. С соседним везёт больше. На его воротах адрес «ул. 3-го Интернационала, 7». На наш стук из двора выскакивает хозяйка с ложкой в руке. Коротко сообщает, что живёт здесь лет 20, а дому… Дому, конечно, много больше. Извиняется: некогда. Её пожилая соседка разговорчивее, правда, рассказать об улице ей нечего: несколько лет назад она перебралась сюда из Волгограда.  «Вам бы старожилов найти. Но тут вот молодые живут, там квартиранты, – показывает женщина на стоящие заборы. – Там тоже молодые, лет пять-шесть живут. Ну вы уж извините». Называться наша собеседница категорически не хочет: мол, вы меня и не встретите‑то больше, к чему нам знакомиться? Зато сетует: когда переезжала, за два дня «шикарную трёшку» продать умудрилась. Сюда приехала – полгода ходила и ничего не могла купить. А потом всё‑таки взяла однокомнатную квартиру и обменялась с внучкой, жившей в доме. Сейчас выбежала буквально на минутку лопух для компресса поискать, пока правнучка спит. На правнуков она богатая: их четверо.  «Я обиделась 40 лет назад на этот город, но приехала сюда, – шутит женщина. – Он на Харгору детей моих забрал: и сына, и дочь. Дочь в институт, а сынок после армии попал сюда. Он жену нашёл тут, дочь – мужа». Прощаясь, она ещё раз извиняется: ничего‑то и не рассказала. И желает нам всего доброго.   167 метров над уровнем моря На «Яндекс.Картах» видно, что 3-го Интернационала пересекается с 11 улицами и переулками. От пересечения с Нагорной по нечётной стороне начинаются многоэтажки. Первые из них – № 23 и 25 – возвели в конце 2000-х. Подходим к Первомайской. Справа, прямо на перекрёстке, по обе стороны от улицы – территория «Белводоканала». Историческая достопримечательность и объект культурного наследия на ней – водонапорный бак. Табличка на нём указывает год его строительства – 1869-й. Однако наши коллеги из ГТРК «Белгород» выяснили: дата неверна, на деле бак куда моложе. Его сложили в 1911 году. В 1869-м в Белгороде начали строить водопровод, а заработал он 15 марта 1870-го. Первый водонапорный бак вместимостью 12 тыс. вёдер построили рядом с Петропавловской церковью, теперь это перекрёсток улицы Вокзальной и Белгородского проспекта. Через 20 лет, в 1890 году, возле Преображенского собора, на Базарной площади, построили водонапорную башню уже большей вместимостью – 16 тыс. вёдер. Через время водопровод решили проложить и в нагорной части города. Построили новое здание водокачки и водонапорный бак вместимостью 40 тыс. вёдер. Место для него выбрали неслучайно: высота над уровнем моря в этой точке города – 167 метров. В документах бак звали новым, а потом и главным. Сейчас подойти к нему просто так нельзя, а вот сфотографировать через решётку забора – можно.   Все садовые Минуя Первомайскую, видим одноподъездную двенадцатиэтажку, потом – девятиэтажку и ряд пятиэтажных домов. Почти все они построены в конце 1970-х. У подъезда дома № 35 встречаем Светлану Георгиевну и Зою Николаевну. Соседствуют женщины больше 40 лет. В квартиры в только что сданном доме они въехали осенью 1977 года, в канун 60-летия Великой Октябрьской революции. «Мы не спеша сюда шли. Муж говорит: «Там квартиру дают, пойди посмотри». А жили мы в центре на улице Красина. И я пошла. Дошла до Октябрьской, снег водой взялся, воды по щиколотку, а я в туфлях, – рассказывает Зоя Николаевна. – Ой, сопротивлялась я, конечно. Потому что из центра – и вдруг сюда». «А мы не ждали, сразу переехали, – вспоминает Светлана Бондаренко. – Я работала в детском саду. В этот район – отсюда и до самой первой школы примерно – заселяли строителей. А дети этих строителей ходили в наш детский сад. И нас сюда на очередь поставили и выделили квартиры. Я, чтобы вещи перевезти, в ЖКО обратилась. Говорю: «Дайте машину». Мне сказали, что нет машин. Только трактор «Беларус» с тележкой. «Да давайте хоть что!» Побросали в него вещи, только скорее бы сюда вселиться». Почти обжившиеся новосёлы заметили, что у соседей, жильцов дома № 37, в отличие от них подъезды выходят во двор. И не один раз помянули тогда недобрым словом проектировщиков своей девятиэтажки. «Наш так стоит, потому что по‑другому нельзя было ставить: тогда двухкомнатные квартиры все были бы на север. Вот с учётом этого так его поставили, – рассказывает Зоя Николаевна. – А теперь двухкомнатные все на юг, в трёхкомнатных – кухня и две спальни на север». Год за годом жильцы дома из окон своих квартир наблюдали, как уходят в округе в небытие частные дома, уступая место многоэтажкам. «Во всех этих домах сады были, – вспоминает Светлана Георгиевна. – Но молодцы строители: они даже абрикосы не тронули. Вот он сколько тут стоит, уже 40 лет точно. Я даже варенье варю из него».  Как сказку сделать былью «Магазинов не было никаких сначала. Я, например, из города всё возила», – делится воспоминаниями Бондаренко. «Мы детский сад и не меняли, – рассказывает Зоя Николаевна. – Хотя в восьмой санаторный, который тут рядом, все старались попасть: он был передовым». «Там и сотрудники были все творческие, и заведующая. Выступали они на каком‑то совещании и сказали: «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью». У них действительно был сказка, а не детский сад», – добавляет Светлана Георгиевна. К похожему стремились и молодые жильцы дома № 35. Сегодня рассказывают: жили дружно, но перезнакомились между собой далеко не сразу.  «Мы друг друга и не знали. Вот с Ларисой Александровной идём на работу одновременно: она впереди, за ней я с дочерью. Или наоборот, – вспоминает одну из соседок Светлана Георгиевна. – Вместе в один автобус сели, проехали, она вышла, мы до «Зари» доехали и тоже вышли. А потом около мусоропровода встретились: мы на одной площадке живём! Сами смеялись: «Ну надо же!» А сейчас у нас больше половины уже новых в доме». По их общим наблюдениям, дом молодеет. «Стариков половина осталась: кто улучшил условия и квартиры новые купил, кто ушёл уже», – говорит Зоя Николаевна. Собеседницы показывают нам ухоженный сквер около подъезда, который местные жители, его авторы и создатели, называют парком. Рассказывают о сделанном наспех ремонте в подъезде и так же покрашенных лавочках. Хвалятся дворовой традицией готовить на праздники всем вместе кашу и красивой новогодней елью. «Ёлка обязательно стоит. Садики приходят на неё смотреть», – замечают женщины. Но вот гуляющие в скверике собачники портят настроение: убирать за своими питомцами не хотят. «Замечание сделала – мне сказали: «Вы животных не любите!» – жалуется Зоя Николаевна. – Я спросила: А вы любите?..» Чтобы не заканчивать на грустном: пару лет назад город отремонтировал двор соседних домов. «Видели, какой у нас стадион? – с восхищением спрашивает Зоя Николаевна. – Там покрытие, так дети на него падают и лежат. Может, игра есть такая? Я там проходила, разулась, встала: правда мягко. Сейчас, днём, одни играют, а попозже смена постарше приходит. Летом до полуночи футбол и волейбол. Фонари до этого времени горят, но не всегда: может, договариваются? В общем, у нас тут очень живо». Байки нового двора А мы идём искать аборигенов во дворы других многоэтажек. Двор дома № 39 уходит под уклон, внизу – новая и большая детская площадка. На последнем подъезде пятиэтажки скромно краснеет табличка «Клуб по месту жительства им. В. Лосева». Около другого подъезда – вместо скамейки вынесенные из какого-нибудьстарого актового зала кресла. Видимо, жители проводят тут по вечерам собрания. К слову, нумерация подъездов в этом доме у человека неподготовленного явно вызовет когнитивный диссонанс. Вместо 1-го – 4-й, а потом 3-й и 2-й. На следующем за ним подъезде стоит‑таки многострадальная единичка, но жильцы соседнего прописаны в подъезде 8. Чтобы окончательно запутать всяк сюда приходящего, по соседству с 5-м подъездом сразу 12-й, а за ним идут по обратному порядку 11-й, 10-й и 9-й. «Это 41 год уже так, – говорит сидящий на лавочке возле 7-го подъезда мужчина почтенного возраста. – Та секция сдавалась раньше, и так написали». Порядок подъездов, по его словам, теперь вроде местной байки. В дом наш собеседник вселился, как только его построили, в 1978 году. «По проекту вход в подъезд должен быть с другой стороны, а там дорога близко. И вот из‑за этого они вроде как потеряли по квартире на первом этаже», – рассказывает он. Видимо, и в этом случае проектировщики дома, хоть и за глаза, но получили пару ласковых в свой адрес. — Да уже снести его надо, этот дом, – затягивается сигаретой его сосед-философ, мужчина средних лет. А через дорогу, напротив многоэтажек, стоят частные дома. Идём к ним в надежде застать дома и расспросить о житье-бытье их хозяев. Никто не открывает. Ладно, к молчанию за воротами мы уже привычные. Мимо проходит женщина с ребёнком и коротко бросает: дома построили в конце 1940-х, она точно знает. Полностью укрытый лозой и плющом, насупившийся ползущей под откос крышей, кокетливо выставивший на всеобщее обозрение спутниковую тарелку, молчаливый, с пластиковыми окнами – такие они разные. Напротив улицы Николая Чумичова дома разрывают шеренгу, чтобы впустить в неё почти пришельца – трёхэтажный дом. На нём большой баннер «Продам квартиру 190 кв. м». На часах уже пять, горожане спешат домой с работы. Вдоль забора старого городского кладбища – с одной стороны, мимо медцентра и бани № 1 – с другой. Вместе с ними торопимся и мы, только в другую сторону, покидая у самого парка улицу 3-го Интернационала.   Оксана Придворева