Наступили на «Пятку». Почему одна сторона улицы 5 Августа смотрит на другую свысока

Накануне дня освобождения Белгорода прошлись по самой праздничной улице Харгоры и поговорили с её старожилами. Пошли вразнос По улице, названной в честь главного городского праздника (и которую местные именуют «Пяткой»), мы с фотографом бродили два дня подряд. Небольшая по протяжённости, она сильно растянута в ширину, а перепад высот между чётной и нечётной сторонами навскидку составляет не меньше десяти метров. Последнее объясняется особенностями рельефа, а вот к первому приложили руку тогдашние белгородские архитекторы. Они решили, что дома на Харгоре нужно разместить по свободному плану. «Это даст возможность так провести застройку кварталов, что пешеходные дорожки не будут пересекаться с транспортными путями», – анонсировал проект в начале 1960-х со страниц «Ленинской смены» главный инженер облкоммунхоза Губарев.   В итоге первые улицы микрорайона, который начали застраивать с середины 1960-х, в буквальном смысле пошли вразнос. И 5 Августа – не исключение. Хаотичная нумерация домов, когда, например, № 1 соседствует с № 13, здесь дополняется клиньями улиц Дегтярёва по центру, а также Железнодорожной и Костюкова по бокам.   По нечёткой нечётной «По Харгоре вообще много непонятного», – с улыбкой подтверждает старожил дома № 1 на улице 5 Августа Игорь Андриянов. По логике вещей десятиэтажка, в которой он живёт, должна была появиться на улице самой первой. А появилась – последней. «Сдавали дом, кажется, в 1999 году – я тогда в школе учился. Рядом было что‑то типа болота, где местные катались на мотоциклах»,– вспоминает Игорь Евгеньевич. Сейчас на месте болота буйная растительность в глухой части двора, да причудливо изогнутые берёзы: одна растёт по диагонали, а другая и вовсе будто сделала мостик, изогнувшись в дугу. «Аномальная зона», – пожимает плечами местный дворник Леонид Маркевич.   Много лет он наводит чистоту на прилегающей территории и о жителях окрестных домов отзывается положительно. Во‑первых, особенно не мусорят, а во‑вторых, вежливые – здороваются всегда. «Цветы в палисадниках сажают и вон деревья огородили дощечками, чтобы не скосили, пока подрастают. Здесь красиво, когда мальвы цветут. Я их потихонечку размножаю, по весне семена разбрасываю», – улыбается дворник. Мы двигаемся дальше и попадаем в большой благоустроенный двор с фонтаном и детской площадкой, окружённый подковой дома № 27. «Когда мы только заселились в 1994 году, ничего этого не было. Только грязь и яма на месте бывшего кирпичного завода. И машин было всего две – у меня и ещё у одного чекиста. Не то, что сейчас. А ещё говорят, плохо живём», – смеётся военный прокурор на пенсии Михаил Мартынов. Квартиру в доме, куда заселяли в основном сотрудников милиции, ему обеспечил сертификат. Много военных, по словам Михаила Ивановича, осело в трёх соседних панельках (13а, 13б и 13в). С обратной стороны дома № 27 блестит свежей краской разметка для спецтехники. «А что это такое? – интересуется у нас проходящая мимо женщина. И, узнав назначение площадки, вздыхает. – Вот бы и у нас во дворе такую сделали. А то машин понаставят – в подъезд не зайдёшь!» Чтобы было красиво К трём последним домам по нечётной стороне мы идём по совершенно деревенской улице Тавровской. Интересно, сколько ещё простоит она в осаде многоэтажек? Сверху над ней нависает дом № 31 по 5 Августа, из окон которого открывается шикарный вид на центр города. А вот и местные «свечки», как их окрестили в народе: дома № 33, 35 и 37 у рынка «Салют», выстроившиеся один за другим, как ступени лесенки. Между первым и вторым – высокая бетонная стена, а на ней – целая картинная галерея под открытым небом: тут и берёзовая роща, и герои мультфильмов, и диковинные звери, и натюрморты. «Раньше стены были серые – неприятно было из окна выглянуть, а теперь такая красота»,– рассказывает из окна первого этажа женщина. Рамзия Яхяевна переехала в Белгород из Баку в 2003 году и купила квартиру в этом доме из‑за его удачного расположения: близко и рынок, и остановка общественного транспорта. И с соседями повезло, вот с тем же художником Владимиром Фёдоровичем.     Знакомимся с самим автором картин. Владимиру Цыбулину 79 лет. Много лет жил в Астане, работал в местном худфонде художником-оформителем. Расписывал учреждения соцкультбыта, занимался резкой по дереву и деревянной мозаикой – маркетри. 15 лет назад переехал с женой в Белгород. «Мы живём на первом этаже, окно выходило как раз на эту глухую стенку. И она была настолько неприглядной, что надо было с ней что‑то сделать. Посоветовался с женой, она предложила: а ты нарисуй что‑нибудь. Я и нарисовал берёзовую рощу», – улыбается художник. Его работу оценили соседи, попросили и напротив их балконов изобразить что‑нибудь. За три года художник заполнил почти всю стену, а это больше 100 квадратных метров. Несмотря на преклонный возраст, он ежегодно взбирается на стремянку и рисует новые картины, каждую весну подновляет старые. Краски покупает сам, иногда дворники отдают остатки с покраски скамеек. «Люди радуются, а мне приятно. Детишки ходят, рассматривают», – улыбается мастер. Торговая чётная Как театр начинается с вешалки, так и чётная сторона улицы 5 Августа берёт начало от остановки. Рядом сконцентрировано множество магазинов: «Август», «Москва», «Осень», несколько мебельных. Торговая жизнь тут бьёт ключом, в отличие от нечётной стороны улицы, которую можно назвать спальной. У продуктового – стихийный рынок торгующих овощами-фруктами и ягодами бабулек. Чтобы завязать разговор, покупаю самую симпатичную кучку огурцов. «С дачи они, дочка, не сомневайся. Моя в Беломестном, у соседки – в Дубовом», – утверждает пожилая продавщица в платочке. Вторая ревниво бормочет: «А мои огурчики по 30 рублей и не горчат!»   К череде двухэтажных торговых зданий напротив «Москвы» ведёт причудливая мозаичная дорожка, выложенная разными по размеру и цвету осколками керамической плитки. Дальше по этой стороне мало интересного: огромная платная парковка, а на нижнем ярусе – царство гаражей. Снова идём через дорогу к череде панельных пятиэтажек, многие из которых ещё ждут капремонта, подставив вечернему солнцу почерневшие от времени швы. «Свекрови дали здесь квартиру в 1970 году от хлебокомбината. А вообще давали от самых разных предприятий и учреждений – от «Технолога», например. Ещё получали здесь жильё расселённые жители Гринёвки, чьи дома пошли под снос», – рассказывает выглянувшая с балкона первого этажа Светлана Васильевна. Ремонт дома, по её словам, должны были начать этим летом, но что‑то не заладилось. А здание в нём нуждается сильно: крыша течёт, в подвале протекают трубы – отсюда сырость и запах, досаждающий жильцам первого этажа. Слава труду и серебряный Ленин В глубине улицы прячется детсад № 57. На его площадках среди современного игрового оборудования мелькает артефактное советское – железная машинка и самолёт-ракета. Асфальт расчерчен забытыми современными детьми «классиками», а в тенёчке отдыхает покрытая десятками слоёв серебрянки статуя кудрявого маленького Ленина с отбитым носом. «Открылся наш детсад в 1976 году. Относился он к заводу «Энергомаш», а в 1997 году стал муниципальным. Сюда ходили и дети, а сейчас ходят уже и внуки его первых выпускников», – поясняет заведующая Татьяна Панова. Коллектив детсада тоже стабильный: повара и завхоз, например, трудятся здесь с открытия, а среди воспитателей есть бывшие воспитанники.     Дальше по пути девятиэтажка из белого силиката (№ 22) отсылает к социалистическому прошлому – на фасаде сверху красуется выложенный кирпичом лозунг: «Слава труду». Чуть выше – «панелька» с пристроенным в торце рестораном «Садко». Это заведение четыре десятилетия назад стало первым общепитом в молодом строящемся микрорайоне. Наш фотограф Владимир Юрченко вспоминает, что в начале 1990-х там собирались уважаемые в городе люди, частенько захаживали спортсмены. Меню было обильным, кормили вкусно. «Наш дом сдали в 1978 году. Мы с семьёй получили в нём квартиру от котлостроительного завода, где я работал электриком. В очереди за ней простоял 13 лет», – рассказывает житель дома № 24 Александр Никитович. А его жена Зинаида Федотовна вспоминает, что в окрестностях тогда было всего несколько многоэтажек, школа №31 и яр: «Он был большой и заросший травой. Люди там отдыхали, ходили загорать, а жители частного сектора пасли коз». Старожилов почти не осталось И дальше до конца улицы – старые панельные дома, с пустующими лавочками у подъездов. Даже расспросить о прошлом этой части улицы не у кого. «Да никто и не сидит уже на них: бабульки померли, в их квартиры молодёжь заселилась», – бросает на ходу какая‑то женщина средних лет. «Сегодня ветер всех разогнал. А так мы выходим с женщинами посидеть, и мужики на лавочке в домино играют», – опровергает её жительница дома № 28 Ольга Ефимовна. И этот, и соседний 30-й дом построили в 1971 году для работников автоколонны 1402. Но из первых жильцов в нём остались сейчас единицы. За почти полвека существования здание одряхлело и просто кричит о необходимости ремонта. «Старшего по дому у нас сейчас нет, некому ходить и чего‑то добиваться», – вздыхает Ольга Ефимовна. Досаждает жильцам и шум дороги – дом от неё отделён лишь небольшим газоном. Но с этим поделать уж точно ничего нельзя – число автомобилей в городе за последние десятилетия выросло во много раз. С большими недоделками У последнего дома № 44 на улице 5 Августа нам повезло пообщаться с его старожилом Сергеем Лазаревым. Он рассказал, что будучи строителем, получил квартиру здесь сразу после сдачи в 1976 году, по процентовке (раньше строителям выделяли определённый процент квартир в каждом свежепостроенном доме – прим. автора). «Стояла наша девятиэтажка и рядом две других. Магазинов никаких, кроме «молОчки» в общежитии. Я по привычке ездил в центральный гастроном за продуктами, так как раньше жил в том районе», – рассказывает Сергей Филиппович. Работал он тогда в стройуправлении № 3, которое и застраивало Харгору. В советское время делали это по уму: сперва проводили коммуникации и строили объекты соцкультбыта – детсады, школы, поликлиники, и только потом на площадку заходил «Жилстрой» и возводил жилые дома. «Отремонтировали наш дом три года назад, но приняли его с большими недоделками», – вздыхает бывший строитель.   А его соседи подтверждают: горячая вода от котельной до дальних подъездов доходит не всегда, а от неё самой такой шум, что жить в ближайшей квартире совершенно невозможно. Наше путешествие по 5 Августа тем временем подошло к концу. Мы дошли до места, где ручеёк улицы вливается в мощный поток проспекта Ватутина и дальше несётся с машинами вниз по новому мосту и вверх к Костюкова. Но праздник остаётся с улицей 5 Августа всегда: самим своим существованием она ежедневно поздравляет белгородцев с Днём города. Тамара Акиньшина