Как генерал Апанасенко прилюдно обматерил Сталина
и чем всё это закончилось...
В этом году, 5 августа, исполнилось 75 лет со дня гибели генерала армии Иосифа Родионовича Апанасенко. С ним связана одна примечательная история, которая, возможно, вас заинтересует.
Часто можно услышать, что товарищ Сталин обладал скверным характером, не терпел даже малейших возражений, поэтому все его приказы неуклонно исполнялись и обсуждению не подлежали. Ну а уж если кто-то настаивал на своём мнении, то такой наглец очень скоро оказывался в тюремной камере на Лубянке.
Не знаю, возможно, что так оно и было. Но бывали и другие случаи, когда человек не только мог поспорить с «кремлёвским горцем», но и открыто послать его «на три буквы». Именно так и поступил генерал Апанасенко в 1941 году, в тяжелейшей для Советского Союза ситуации. Так что же произошло между Сталиным и Апанасенко?
Обязательно расскажу, но сначала несколько слов о самом Апанасенко. Будущий генерал родился в бедной крестьянской семье в Ставрополье. Будучи подростком, батрачил на местного помещика, работал пастухом. Всё его образование сводилось к двум классам церковно-приходской школы (он так её и не закончил).
Сам Апанасенко не раз потом повторял, что до армии он был человеком абсолютно безграмотным. Впоследствии это обстоятельство сильно мешало его продвижению по службе: определение «недоучка» приклеилось к нему до самого конца жизни. Но Иосиф Родионович умел учиться...
В 1911 году Апанасенко был призван в армию, служил пулемётчиком, и уже через 2 года был произведён в унтер-офицеры – неплохой старт для «недоучки». Во время Первой мировой войны проявил себя наилучшим образом: был награждён двумя Георгиевскими медалями и тремя Георгиевскими крестами. Войну Иосиф Родионович закончил уже в чине прапорщика и в должности командира пулемётной роты.
Октябрьскую революцию Апанасенко встретил с энтузиазмом. Вернувшись после окончания войны в родное село, он сразу же был избран председателем Военно-революционного комитета и заместителем командира красноармейского отряда.
В 1918 году Апанасенко становится уже командиром дивизии в составе Первой Конной армии, которой командовал С. М. Будённый. Отличаясь личной отвагой, Иосиф Родионович пользовался большим авторитетом у своих бойцов. И уже тогда «прославился» своей независимостью. Он запросто мог не выполнить приказ вышестоящего командования, посчитав его неправильным. Будённый трижды снимал его с должности командира дивизии за такое самоуправство. Но каждый раз восстанавливал. Дивизия Апанасенко «отметилась» и в массовых еврейских погромах на Украине...
Именно во время Гражданской войны Апанасенко познакомился со Сталиным, который был в то время членом Реввоенсовета РСФСР. Сталину понравился бравый комдив, и он сохранил о нём самые лучшие впечатления.
После окончания Гражданской войны Апанасенко со свойственным ему упорством продолжал своё образование. Сначала он закончил курсы высшего командного состава Красной армии, затем – курсы усовершенствования высшего комсостава, а в 1932 году – Военную академию РККА.
В феврале 1938 г. Иосиф Родионович назначается командующим войсками Среднеазиатского военного округа, а с начала 1941 года – Дальневосточного фронта. Вскоре ему присваивается высшее генеральское звание – генерал армии (выше является только маршал).
Вот что рассказывал об этом периоде деятельности Апанасенко генерал П. Григоренко в своей книге «В подполье можно встретить только крыс». В 1941 г. он был подполковником и служил в Оперативном управлении штаба Дальневосточного фронта.
«За несколько месяцев до начала войны командующим Дальневосточным фронтом был назначен генерал армии Апанасенко. Даже внешностью своей он был нам неприятен, не говоря уж о том, что за ним и впереди него шла слава самодура и человека малообразованного, неумного. Когда ругается, выражений не выбирает, как правило, делает это в оскорбительном тоне и с употреблением бранных слов. И еще одно – несдержан. Может быстро прийти в бешенство, и тогда пощады не жди.
Однако очень скоро мы убедились, что идущая за ним слава во многом ни на чём не основана. Прежде всего, мы отметили колоссальный природный ум этого человека. Да, он не образован, но много читает и, главное, способен оценить предложения своих подчинённых, отобрать то, что в данных условиях наиболее целесообразно.
Во-вторых, он смел. Если считает что-то целесообразным, то решает и делает, принимая всю ответственность на себя. Никогда не свалит вину на исполнителей, не поставит под удар подчиненного. Если считает кого-то из них виновным, то накажет сам. Ни наркому, ни трибуналу на расправу не даёт.
Почти одновременно с Апанасенко приехали много работников высшего звена фронтового управления, которые были отобраны им самим. Все эти люди – умные, что само по себе говорит в пользу Апанасенко. Ведь сумел же он их как-то распознать.
Не таким уж был и грозным, как казалось, этот командующий. Его страшные приказы о снятиях, понижении в должности и звании были известны всем. Но мало кто знал, что ни один из наказанных не был забыт. Проходило некоторое время, Апанасенко вызывал наказанного и устанавливал испытательный срок: “Сам буду смотреть. Справишься – всё забудем, и в личное дело приказ не попадет. Не справишься – пеняй на себя!” И я не знаю ни одного случая, чтобы человек не справился».
Вот таким вот был командующий Дальневосточным фронтом генерал армии Апанасенко по мнению окружающих. Согласитесь, не самое плохое сложилось о нём впечатление...
Ну а та самая перепалка со Сталиным и матершиной произошла в октябре 1941 года. Положение на фронтах тогда было критическим. Немецкая армия находилась на подступах к Москве. Стоял вопрос о сдаче столицы врагу и эвакуации правительства в Куйбышев (за сотни километров на восток от Москвы). Так какой же разговор состоялся между Сталиным и Апанасенко?
Свидетельствует Г. А. Борков, который в 1941 году был первым секретарём компартии Хабаровского края. Осенью 1941 г. ему позвонил Сталин и сообщил о тяжелейшей обстановке под Москвой. Сталин сказал: «Убедительно прошу тебя, немедленно вылетай в Москву, возьми с собой Апанасенко, уговори его быть податливым, чтобы не артачился, я его упрямство знаю». Далее Борков вспоминает:
«За годы моей работы на Дальнем Востоке, да и в других местах, Сталин никогда мне не звонил. Поэтому я был чрезвычайно удивлен, когда услышал в телефонной трубке его голос… Мы давно привыкли к тому, что его слово для нас закон. Он никогда ни у кого ничего не просил, а приказывал и требовал. Поэтому я был удивлен тональностью разговора. А когда Сталин произнёс из ряда вон выходящее “уговори Апанасенко быть податливым”, – это меня уже буквально потрясло».
Е. Борков, И. Апанасенко и командующий Тихоокеанским флотом И. Юмашев прибыли в Москву в самых первых числах октября 1941 года. Тут же направились в Кремль, где их уже поджидал Сталин. Он пояснил, что немцы начали наступать на Москву, и поэтому необходимо перебросить войска с Дальнего Востока к столице.
Апанасенко не возражал. Он аккуратно записал номера воинских частей, которые нужно было передислоцировать к Москве, и прямо из сталинского кабинета отправил шифровку своему заместителю о немедленном исполнении приказа. Это были те самые знаменитые «сибирские дивизии», которые и остановили врага на подступах к столице.
Уже в конце разговора Сталин поинтересовался, сколько в распоряжении Дальневосточного фронта имеется противотанковых пушек. Апанасенко ответил (пушек, кстати, было немного). И Иосиф Виссарионович приказал отправить пушки для обороны Москвы. Реакцию генерала Борков описывает так:
«И тут вдруг стакан с чаем, стоящий напротив Апанасенко, полетел по длинному столу влево, стул под генералом как бы отпрыгнул назад. Апанасенко отскочил от стола и закричал: “Ты что? Ты что делаешь?!! МАТЬ ТВОЮ ТАК-ПЕРЕТАК!.. А если японец нападет, чем буду защищать Дальний Восток? Этими лампасами?! — и ударил себя руками по бокам. – Снимай с должности, расстреливай, орудий не отдам!”. Я обомлел. Пронзила мысль – это конец, сейчас позовет людей Берии, и погибнем оба».
Но, к удивлению Боркова, товарищ Сталин людей Берии не позвал, и вообще постарался спустить всё «на тормозах», сказав: «Успокойся, успокойся, товарищ Апанасенко! Стоит ли так волноваться из-за этих пушек? Оставь их себе».
Апанасенко успокоился и дальше разговор проходил вполне миролюбиво. Генерал лишь попросил Сталина направить его в действующую армию, воевать с немцами. Верховный главнокомандующий его просьбу не удовлетворил, указав, что пока существует опасность войны с Японией, такой опытный генерал, как Апанасенко, должен находиться на Дальнем Востоке, поближе к потенциальному агрессору.
Вот так генерал Апанасенко не только отстоял свою точку зрения, но и, доказывая свою правоту, при всех обматерил Сталина. И Верховный главнокомандующий не только не расстрелял генерала, но и оставил его на должности и продолжал ценить до самой смерти последнего.
Иосиф Виссарионович уважал мнение своих подчинённых. Но только в том случае, если это мнение было обоснованным. А вот подхалимство хоть и терпел, но отнюдь не поощрял, чему есть немало свидетельств. Что не снимает с него ответственности за репрессии миллионов людей и миллионы погибших в Великой Отечественной...
Ну а как же сложилась дальнейшая судьба генерала Апанасенко? Он продолжал командовать Дальневосточным фронтом, немало сделав для укрепления его боеспособности. А вот просьбу генерала направить его в действующую армию Сталин удовлетворил лишь в конце апреля 1943 года, назначив заместителем командующего Воронежским фронтом.
Но провоевал Апанасенко, к сожалению, недолго. Генерал часто выезжал на передовую, и 5 августа 1943 г. он был смертельно ранен во время авианалёта. Похоронен он был в Белгороде. Проводить Апанасенко в последний путь пришли все жители только что освобождённого города. Даже маршал Жуков счёл своим долгом посетить могилу генерала.
В 1949 г. в Белгороде в память Апанасенко был открыт памятник и названа одна из улиц города. Позднее прах генерала был перезахоронен на его родине, в Ставрополе.
Вот такая вот примечательная история...