«Здание ЦКБ «Черноморец» в Севастополе – само по себе ансамбль», – архитектор Марина Ракова

14 июня, когда Севастополь отмечает очередной День рождения, – самое подходящее время объясниться городу в любви и сказать о том, как важно его сберечь. И нам вдвойне приятно, что именно сегодня мы можем опубликовать мнение о предполагаемом строительстве нового корпуса 5-звездочного отеля у площади Лазарева Марины Раковой – члена Союза архитекторов России, экс-директора департамента архитектуры и градостроительства Севастополя, ныне – директора департамента градостроительной деятельности и развития агломераций Нижегородской области.В нашем городе Марине Владимировне не посчастливилось работать в команде ныне не вполне благополучно пребывающего в Лондоне экс-губернатора Дмитрия Овсянникова. И продлилась эта работа недолго: в сентябре 2018 года Марина Ракова покинула пост главы департамента по собственному желанию. Это была не единственная добровольная отставка того времени: несколькими месяцами ранее правительство Севастополя покинул заместитель губернатора Вячеслав Гладков, не пожелавший "вписываться" в ту пресловутую "команду".Ныне Гладков руководит Белгородской областью, а Марина Ракова, уход которой с поста в нашем городе был с горечью воспринят всеми, кому довелось с ней взаимодействовать, – профильным министерством правительства Нижегородской области. К просьбе прокомментировать идею строительства нового корпуса отеля она отнеслась крайне ответственно, в самом начале подчеркнув: её представление о проекте основано на данных из открытых источников. Что, безусловно, осложняет задачу давать ему оценку."Проблема реставрации и приспособления под современные условия жизни объектов культурного наследия, а точнее, поиск способов вдохнуть новую жизнь в памятники, сделав их не укором, а гордостью, – она общая для многих городов. Все города и их руководители в поиске решений – экономических, правовых, градостроительных.В Нижнем, например, мы используем большой набор инструментов стимулирования – и субсидии, и аренда за 1 рубль. За счет областного бюджета готовим проекты зон охраны, снимая запретительный режим каких-либо строительных работ в защитной зоне памятников… И, конечно же, много спорим, обсуждая проекты и возможные подходы", – говорит Марина Владимировна.Приспособление объекта под новые задачи с возможностью реконструировать, увеличив объемы, или что-то пристроить, подчеркивает она, – наиболее сложная задача. Есть в Нижнем Новгороде и примеры, когда памятник ("или то, что от него осталось") "встраивается" в современную архитектуру, в сегодняшний контекст городской среды. Но делать это, убеждена Марина Ракова, нужно очень бережно и открыто, без "архитектурного лукавства"."Что же касается здания ЦКБ "Черноморец" в Севастополе, то здесь, на мой взгляд, все сложнее. Оно, здание, само по себе – ансамбль! Архитектор Леонид Николаевич Павлов неслучайно оставил ему "воздух" вокруг: такому мощному градостроительному акценту, работающему, как минимум, с четырех важных точек – с площади Лазарева, с Большой Морской, с Воронина и спуска Шестакова, необходим спокойный аккомпанемент", – подчеркивает архитектор.Градостроительную логику более поздних решений, добавляет она, тоже понять можно. В частности, это касается офисного здания на ул. Воронина, 10:"Оно посажено правильно, с отступом от красной линии ул. Воронина, то есть тактично по отношению к "Черноморцу". Если же смотреть на схему генплана нового корпуса гостиницы, предложенного к строительству, то мне показалось, что здание садится в край тротуара улицы Воронина. Такие решения, безусловно, нужно проверять очень внимательно, с использованием живой цифровой 3D-модели местности. По-честному проверять. Уж простите, что я вновь про нижегородский опыт, но у нас есть свой ресурс 3d-город – с реальным рельефом местности в подложке. И все новые постройки, особенно в историческом центре, мы еще на этапе концепций, что называется, крутим и примериваем со всех сторон и точек восприятия. Сначала – возможный и уместный объем, и только потом архитектура, детали, планировка".Предложенные архитектором Алексеем Гинзбургом стилистические приемы уместны, ему удалось "мастерски поймать принцип того самого диалога старого и нового", – считает эксперт. Свою лепту, безусловно, способны внести и качественные материалы, и "безупречная реализация"."Но отступ от красной линии улицы Воронина я бы точно несколько раз проверила. Может быть, 3-5-7 метров, не знаю, решат этот конфликт масштабов и восприятия. Плюс взять для соотнесения реальные проектные отметки земли и верхних точек из проекта", – добавляет Марина Ракова.В финале беседы она ещё раз подчеркнула: делать какие-то однозначные и категоричные выводы с её стороны было бы некорректно. В Севастополе работают службы и профессионалы, несущие за ответственность за принимаемые ими решения и обеспечивающие безопасность всем участвующим в столь серьезных преобразованиях. Но и самим участникам обсуждений не стоит забывать об умении вести диалог."В одном из интервью я говорила об умении нижегородских архитекторов выстраивать "беседу". Отсюда многослойность и разнообразие среды, которое привлекает исследователей и простых горожан изучать свой город и накапливать воспоминания о нем", – говорит напоследок Марина Владимировна.Редакция ForPost, со своей стороны, хотела бы переадресовать это пожелание корректности некоторым нашим комментаторам. Вряд ли уместно, даже высказываясь категорически против строительства (с чем мы целиком и полностью согласны), оскорблять оппонентов, переходить на личности и тем более – внешность тех, кто с нами не согласен.Другой же стороне позволим себе напомнить об упомянутой здесь честности, и не только в отношении красных линий. Как уже не раз писал ForPost, утверждения, будто строительство нового корпуса гостиницы было одобрено в 2022 году Градостроительным советом Севастополя, не вполне соответствуют действительности: на том заседании речь шла исключительно о реконструкции уже существующего здания.Ольга Смирнова