Долг из ниоткуда. Кто требует с завода «Русских протеины» 5,1 миллиона долларов в суде?

Редакция «Фонаря» уже писала, с чего начались проблемы предприятия, упоминала о судебном разбирательстве, связанном с борьбой за него, и приводила позицию руководства на критические публикации о заводе в СМИ.

article-19668

На этот раз мы подробнее остановимся на суде руководства «Русских протеинов» с бывшим директором Жилвинасом Корзуном. Для удобства читателей, которые могли пропустить наши предыдущие публикации о заводе «Русские Протеины», мы расскажем об основных упомянутых в публикации людях:

Из-за чего произошло судебное разбирательство?

В марте 2021 года в Арбитражном суде Белгородской области Владимир Пыхтин направил иск к ЗАО «Русские Протеины», ЗАО «Металойдас» (материнская компания ЗАО «Русские Протеины», Литва — прим.Ф.) и трём поручителям о взыскании долга в размере 5,1 миллиона долларов. Он предоставил договор купли-продажи акций «Русских протеинов» и договор купли-продажи с «Металойдас» на ЗАО «Русские протеины», цепочку договоров и конечный договор уступки права требования, согласно которому, не потратив ни копейки, приобрёл право требовать с ЗАО «Русские протеины» 5,1 миллиона долларов.

Суд удовлетворил иск в полном объёме. Однако «Русские протеины» планируют обжаловать это решение и уже сейчас готовы обозначить свои вопросы к истцам и судебному процессу. По версии компании в 2007 году ЗАО «Металойдас» продала ЗАО «Эйкла» акции, чтобы второе предприятие могло увеличить размер своих активов и получить кредит. В кредите компании отказали, поэтому в 2010 году ЗАО «Ейкла» продала ЗАО «Металойдас» акции обратно.

Однако по версии Владимира Пыхтина, Жилвинаса Корзуна и Валдаса Ваболиса, в 2010 году состоялся перевод долга из договора 2010 года с ЗАО «Металойдас» на ЗАО «Русские протеины». По словам представителей «Русских протеинов», этот договор не подписывался со стороны ЗАО «Металойдас» и ЗАО «Эйкла». Описанная сделка и стала поводом для судебного разбирательства.

Какова позиция «Русских протеинов» по выдвинутым обвинениям?

— Отсутствие воли компании порочит сделку по переводу долга. Долг не мог перейти на ЗАО «Русские протеины». Назначенный судом эксперт, исследовавший данный договор, пришёл к выводу, что подпись директора ЗАО «Металойдас» на договоре выполнена с помощью факсимиле, а печати изготовлены с ошибками: отсутствуют буквы литовского алфавита. Согласно свидетельским показаниям общество никогда не имело печати, на которой с ошибками, без литовских букв писалось как название общества, его правовая форма, так и название города регистрации. Кроме того, эксперт не смог установить, что договор перевода долга и иные документы, представленные Пыхтиным, были составлены в указанные в них даты, что ещё раз указывает на сомнения в реальности спорных сделок,— поясняет владелец «Русских протеинов».

Фото печатей с ошибками

Ранее мы уже упоминали, на чём основывает руководство «Русских протеинов» свою позицию о том, что документы по переводу долга сфальсифицированы: они опираются на заключение «Независимого бюро судебных экспертиз Плахтыря Е.А.» и судебную экспертизу ФБУ Воронежского РЦСЭ Минюста России. Ещё один аргумент — в компаниях

Также Гвайздикине подтвердила, что она не подписывала спорный договор перевода долга и не согласовывала его. Ещё она указала, что этот договор, в принципе, не мог быть заключён, потому что обязательства, входящие в его предмет, были прекращены зачётом. Кроме того, в договоре перевода долга нет условия об использовании факсимиле, и это делает сделку недействительной. Ведь если использование факсимиле не согласовано, а форма сделки не соблюдена, значит, сделки нет.

По мнению Артураса Тамулиониса, суд первой инстанции отдал приоритет пояснениям Валдаса Ваболиса о заключении договора перевода долга и последующих сделок. При этом в своих пояснениях он указал, что договор не читал. По словам бизнесмена, Валдаса Ваболиса не допрашивали под присягой, и он не являлся в суд, в отличие от Кристины Гвайздикиене, которая под подписку об уголовной ответственности подтвердила свои показания.

Также представители «Русских протеинов» считают, что суд не принял во внимание нотариально заверенные показания свидетеля Асты Андрушайтите, которая с 2 августа 2010 года по 17 сентября 2010 года была временным директором ЗАО «Эйкла», пока Валдас Ваболис (в это время директор ЗАО «Эйкла» — прим.Ф.) был на больничном. В это время все печати компании были именно у Асты Андрушайтите. В своих показаниях она указала, что все договоры, на основании которых суд взыскал в пользу Пыхтина 5,1 миллиона долларов, она видела впервые. Все документы в то время могла подписать только она как временно исполняющая должность директора.

Руководство «Русских протеинов» не понимает, как мог Ваболис подписать договоры в то же время, когда должность директора ЗАО «Эйкла» временно занимала Аста Андрушайтите, если он сам официально был на больничном. При этом во время подписания договора цессии с Владимиром Пыхтиным Жилвинас Корзун находился не в России и, по словам руководства «Русских протеинов», не мог принести документы Пыхтину на подпись.

Согласно показаниям опроса Владимира Пыхтина, в 2010 году Жилвинас Корзун предложил ему стать гарантом по договору уступки права требования. 20 января 2011 года Владимир Пыхтин встретился с Жилвинасом Корзуном в Белгороде, где Корзун принёс договор, в котором уже имелась подпись Валдаса Ваболиса и печать. Также, по утверждению Пыхтина, в этот день он общался с Валдосом Ваболисом по телефону Корзуна, после чего подписал договор, а один подписанный экземпляр отдал Корзуну.

— Жилвинас Корзун в своих пояснениях никак не объясняет, почему все восемь лет своего руководства ЗАО «Русские протеины» он не отражал в отчётности компании долг перед Владимиром Пыхтиным, хотя непосредственно нёс ответственность за достоверность такой отчётности. При этом показания Жилвинаса Корзуна удивительным образом похожи на показания Валдаса Ваболиса и написаны в одной и той же риторике, — говорит Тамулионис.

Предприниматель обращает внимание, что в своих пояснениях Валдас Ваболис указывает, что он, подписывая договор о переводе многомиллионного долга на Владимира Пыхтина, даже не видел и не знал его, и не смог про него ничего пояснить. Также Пыхтин утверждает, что при заключении договора цессии не встречался с Валдасом Ваболисом и даже не проверял его полномочия на заключение сделки, как и существование долга и его размер.

— Однако при этом Владимиру Пыхтину договор на подпись якобы принес Жилвинас Корзун, которого в то время даже не было в России, в связи с чем возникает вопрос: заключался ли договор? В таких обстоятельствах их версии об «удалённом» заключении сделки не выдерживают критики: подписанты сделки на несколько миллионов долларов США даже не знают и не видели друг друга, — рассказывает Тамулионис. — В конечном итоге в настоящем споре получается, что посторонний человек «с улицы» купил несуществующее требование за ноль рублей и сейчас на его основании взыскал с моих компаний реального сектора экономики более 5 миллионов долларов США. Повторюсь: эта ситуация — правовой нонсенс! Даже без учёта подделки подписи и печатей на договорах её невозможно представить в реальных хозяйственных отношениях. Полагаю, что Владимир Пыхтин — номинальное лицо, которое участвует в разработанной моими оппонентами цепочке сделок, направленных на причинение мне и компаниям ущерба.

Что не так с дипломом юриста Александра Гармаша?

По словам представителей завода, суд не принял во внимание многие документы, доказывающие их правоту, несмотря на то, что они имеют силу государственного образца. С середины 2020 года представителем Жилвинаса Корзуна в судах стал юрист Александр Гармаш. В судах он предоставлял юридический диплом серии ВСБ №0733813, который якобы был выдан негосударственным учебным заведением «Российский новый университет».

Однако представители «Русских протеинов» обратили внимание на то, что по запросу в интернете информации о дипломе Гармаша — нет. Тогда они сделали несколько юридических запросов и выяснили, что диплом под аналогичным номером был выдан 27 июня 2005 года некой Марии Красавиной, которая закончила лечебный факультет «Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени академика И.П. Павлова».

При этом суд допустил Александра Гармаша как представителя в судебный процесс. Из-за непонятной ситуации с дипломом Гармаша представители «Русских протеинов» не исключают, что в процессе могли фигурировать и другие документы сомнительного качества.