Как убивали Белгородский НПЗ: на взрывоопасном предприятии остался один сторож

Работники требуют долги по зарплате, директора судят, владельцев не найти, а на заводе — остатки нефти и другого сырья могут привести к экологической катастрофе. Кто заплатит деньги работникам предприятия? Неизвестно. В Яковлевском районном суде 7 октября начали рассматривать дело по обвинению директора ООО «Белгородский нефтеперерабатывающий завод» Олега Майорова в невыплате зарплаты с января 2018 по февраль 2019 года, повлёкшей тяжкие последствия, по ч.3 ст. 145.1 Уголовного кодекса. К пятнице допросили 49 потерпевших из 121. Кто-то из них не утверждал в суде о тяжких последствиях для своего здоровья или имущества из-за долгов по зарплате, но были и случаи, которые могут квалифицироваться судом по вышеуказанной статье. Директору предприятия грозит наказание от штрафа в 200 тыс. рублей до пяти лет тюрьмы. Только наказание это, если оно будет, не поможет вернуть уже бывшим работникам завода их честно заработанные деньги. Майоров — только директор, а все финансовые решения принимались на более высоком уровне. К тем 36 млн рублей, которые Майоров якобы заплатил контрагентам, минуя счета предприятия, как утверждают подсудимый и его адвокаты, руководитель завода никакого отношения не имел: деньги шли от «давальца» — поставщика сырья для переработки. Ещё весной, до того, как история Белгородского НПЗ попала на прямую линию Владимира Путина, мы обращались в департамент экономразвития региона с просьбой прояснить ситуацию по долгам по зарплате. Нам ответили, что вопрос не раз был в повестке дня областной комиссии по предотвращению фактов преднамеренного и фиктивного банкротства. — Работниками получены исполнительные документы, которые предъявлены к расчётному счёту организации. Все денежные средства будут списываться в первоочередном порядке в счёт задолженности по заработной плате. цитата из ответа на запрос за подписью начальника департамента Олега Абрамова Сам себя уволил Сам Майоров тоже имеет претензии к Белгородскому НПЗ. Он подал иск в Яковлевский районный суд с требованиями на 1,3 млн рублей по зарплате и неиспользованному отпуску. При этом директор предоставил суду документ о своём увольнении, который сам же и подписал. В суде логично посчитали, что решение об увольнении должно приниматься на общем собрании ООО, поэтому фактически трудовые отношения с ним расторгнуты не были. Директор ООО может уволиться, письменно предупредив об этом работодателя минимум за месяц. Более того, после собрания участников, руководитель должен отработать ещё месяц. Он должен отчитаться по подотчётным суммам и в последний день работы передать ключи, печати и документацию ООО новому руководителю. Вероятно, участники ООО «Белгородский НПЗ» просто бросили свою фирму (об этом ниже), поэтому директору завода уведомлять некого. Всех работников летом уволили. При этом они не только не получили никаких положенных по сокращению денег, но, как рассказал ИА «Бел.Ру» бывший начальник отдела промышленной безопасности и охраны окружающей среды Алексей Гашников, не получили и документов о том, что им что-то должны выплатить. Майоров не согласен, адвокаты тоже Олег Майоров обвинения в свой адрес не признаёт. Зарплата не выплачивалась, когда завод находился в простое. Весной 2018 года директор предприятия изыскал около 12 млн рублей, за счёт которых погасили часть долгов по зарплате за 2017 год. — Говорить о том, что с января по апрель 2018 года люди «сидели без копейки», нельзя. Деньги в это время они получали, только за другие месяцы работы. Разве человек, который вносит свои личные и занятые денежные средства в кассу общества для погашения задолженности по зарплате может при этом иметь прямой умысел на её невыплату? Ответ очевиден. Алексей Нехаенко, адвокат Олега Майорова В разговоре с журналистом ИА «Бел.Ру» Алексей Нехаенко отметил, что с законодательной точки зрения о тяжких последствиях не сообщил ни один из допрошенных на сегодня потерпевших. А одна из женщин, говорившая о тяжёлом материальном положении, весной 2018 и 2019 годов отдыхала в Турции. Правда, после она сделала в суде заявление, что путёвки ей покупали родственники, чтобы поправить пошатнувшееся здоровье. Так же адвокат утверждает, что Майоров фактически был лишён возможности самостоятельно привлекать «давальца», поставляющего на завод сырьё для переработки. Этим занимались фактические собственники предприятия. Сам подсудимый пока общаться с прессой не готов. Кто отвечал за денежные потоки? По нашей информации, с самого начала работы предприятия Майоров не определял его финансовую деятельность. Всеми денежными вопросами занимались собственники предприятия, имущества и «другие заинтересованные лица» — руководство группы предприятий ОТК — Давид Тетро, Семён Тетруашвили, Андрей Галочка, Алексей Осипов и другие. 27-летний на тот момент Алексей Осипов и выступил бенефициаром ООО «Белгородский НПЗ» в апреле 2013 года. Планы были грандиозные. В сентябре 2013 года правительство региона одобрило проект коренной модернизации производственных мощностей бывшего завода «Белогорье-Ойл». После обновления технологической линии, которое должны были закончить к сентябрю 2014 года, завод смог бы производить 180 тысяч тонн нефтепродуктов в год. А работать на предприятии смогут 170 человек, зарплата которых будет превышать 30 тысяч рублей. Но уже к началу 2014 года Белгородский НПЗ выплатил долги по зарплате только после вынесения предостережения областной прокуратурой. Поставить Галочку Андрей Галочка — самый упоминаемый работниками НПЗ «чёрных кардиналов». По рассказам, он приезжал на предприятие лично, присылал своих представителей, которые «просто гуляли по заводу и получали зарплату». 47-летний уроженец Запорожья при создании ООО «Белгородский НПЗ» был его полным владельцем, уже в ноябре за ним оставалось 55% доли в УК. Также он владел зарегистрированным по тому же адресу, что и НПЗ, ООО «Железнодорожное», а также обанкроченной в 2018 году Уразовской нефтебазой в Валуйском районе. Был он и совладельцем московских компаний «Арго-Транс», «ОТК-Трейд», УК «Форас» и «МКИ» — это важно для конца истории. Отметим, что первым директором последней, Международной корпорации инвестиций, по данным СПАРК-Интерфакс был как раз Олег Майоров — со дня основания в декабре 2012 года до августа 2013-го. Международная корпорация инвестиций Так получилось, что в 2014 году всё имущество Белгородского нефтеперерабатывающего завода принадлежало Международной корпорации инвестиций. С июня 2014 по февраль 2018 МКИ и НПЗ заключали договоры аренды на 11 месяцев. Стоимость — 3 млн рублей в месяц с НДС. Оплачивались ли фактически заводом эти договоры, мы не знаем. Но в январе 2019 года Арбитражный суд Белгородской области частично удовлетворил иск МКИ на 101,7 млн рублей долга. Ещё по части договором на 30 млн рублей истёк срок давности. Сам Галочка в 2014 году уже не числился владельцем МКИ. Доли перешли кипрской компании и частным лицам А с 2016 года большей частью доли в МКИ владеет через свои компании, как и в Белгородском НПЗ, Алексей Осипов. Интересно, что в НПЗ и МКИ менялись одни и те же владельцы практически в одни и те же сроки (см. прикреплённые скриншоты). Получается, что несколько лет владельцы двух ООО не платили по договорам сами себе. ОТК-Трейд и другие Эта схема финансового взаимодействия далеко не единственная. С сентября 2015 по июнь 2016 года ООО «Прометей КС», владельцем которой на тот момент выступала Фингрупп Алексея Осипова, выдавало Белгородскому НПЗ займы на суммы от 400 тыс. рублей до 4 млн рублей под проценты на год. Но белгородский завод деньги и проценты не возвращал. В результате Арбитражный суд Москвы в декабре уже после банкротства «Прометея» взыскал с НПЗ почти 15 млн рублей долга. Компания «ОТК-Трейд», находящаяся в стадии ликвидации, подала 3 октября иск в АС Москвы по долгу и неустойки по договору от 10 августа 2014 года. Общая сумма иска — почти 4,4 млн рублей. ОТК-Трейд и НПЗ заключали с августа 2014 года договоры на оказание транспортных услуг. Стоимость составляла сперва 600 тыс. рублей в месяц, а с июня 2016-го — 240 тыс. рублей в месяц за одно транспортное средство. А с февраля по ноябрь 2015 года ОТК-Трейд выдал НПЗ пять займов под 20% годовых на год на общую сумму свыше 19 млн рублей. Белгородский АС удовлетворил иск к НПЗ о взыскании 36,1 млн рублей. Получается, раньше завод не платил по займам, а кредитор и не требовал оплаты. Бенефициар и последний владелец ОТК-Трейд — Алексей Осипов, в 2013 году 99% доли принадлежало Андрею Галочке. Тетро и Тетруашвили Гендиректором ОТК-Трейд в своё время был Семён Тетруашвили. Уроженец Кутаиси, который на территории Белгородского НПЗ на Заводской, 23а в Строителе учредил ООО «Плоды Белогорья», основным видом деятельности которого указана оптовая торговля фруктами и овощами. Компания исключена из ЕГРЮЛ в мае 2019 года. Работники завода рассказали, что Семён Тетруашвили бывал на предприятии очень редко, но числился в штате и получал зарплату около 200 тыс. рублей. — Такой типичный грузин, невысокий, важный. Он был редким гостем, чаще бывал его сын — Давид Тетро, а также Андрей Галочка. Обычно московская делегация приезжала, когда заходили новые «давальцы». Директор собирал всех ИТРовцев. Когда в 2017 году пришли поляки, рассказывали, какие у нас хорошие перспективы. Давид Тетро приезжал и на новогодний корпоратив в конце 2017 года, пел в караоке, вещал, как будем работать, старался быть «своим». А вот Алексея Осипова из работников ИТР никто не видел, все поставки онлайн согласовывались с Галочкой и Тетро. работник Белгородского НПЗ Отношения с «давальцами» у москвичей часто не складывались, потому что заказчики и поставщики сырья на переработку ставили свою охрану и вводили своих людей в руководство предприятия, чтобы контролировать денежные потоки. Москвичи же, по словам работников завода, любили «хитрить, проводить мимо кассы, потому возникали распри». Групповое банкротство Возможно, одной из причин краха Белгородского НПЗ стала история, начавшаяся в августе 2013 года. 27 августа ООО «МКИ» открыло в АКБ «Абсолют Банк» невозобновляемую кредитную линию, а 1 октября того же года — ещё одну. Поручителем выступил Семён Тетруашвили. Что интересно, потом банк передал права требования по кредитным договорам самому Тетруашвили, а тот на основания договора цессии передал права требования кипрской компании Эгеса Энерджи Груп ЛТД. То есть, он передал права требования к самому себе, что в суде логично расценили как попытку скрыть активы от кредиторов. Не будем передавать в небольшом тексте все тонкости финансовых взаимоотношений. Добавим только, что 10 сентября 2019 года Семён Тетруашвили признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев. А поручителями по его кредитным обязательствам выступали в том числе Белгородский НПЗ и ООО «Железнодорожное», зарегистрированное по тому же адресу. Давиду Тетро тоже не повезло. 5 июля Арбитражный суд Москвы привлёк его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Объединённая транспортная компания». Давид Тетро с 23.10.2012 был гендиректором ОТК. Уже к сентябрю 2015 года дебиторская задолженность ОТК превысила 1 млрд рублей. Суд признал несколько сделок компании недействительными. По протоколу собрания кредиторов Давид Тетро должен более 4,6 млрд рублей. Наконец, большие финансовые проблемы настигли и Андрея Галочку. 8 октября Арбитражный суд решил взыскать солидарно с ООО «Глобал Петролиум» и ООО «МКИ» долг по кредиту в 1,5 млрд рублей, долг по процентам в 3,3 млрд рублей и ещё почти 150 млн по просроченным процентам и пеням. Кредит в Росэнергобанке в феврале 2016 года взяло ООО «Глобал Петролиум», но к сентябрю 2017 ничего не выплатило. МКИ выступила поручителем. Галочка утверждал, что его подпись в договоре поручительства поддельная, такую возможность подтвердила и экспертиза. Но МКИ предоставлял банку по договору ежеквартальные отчёты и другие документы. А в отношении самого Галочки АС Москвы 29 августа вынес определение о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов. Заявления о банкротстве Белгородского НПЗ трижды подавал и Майоров. Но суд пока не принял их к рассмотрению. Сторож и экологическая проблема Между тем на территории Белгородского нефтеперерабатывающего завода сейчас работает один человек — сторож. Это на предприятии 3 класса опасности. Бывший начальник отдела промышленной безопасности и охраны окружающей среды Алексей Гашников считает, что даже после консервации завода на нём должны работать минимум 12 человек для обеспечения мер безопасности. — Аккумулирующая ёмкость забита шламом. От дождя поднимается вода, поднимает этот шлам, который выливается на территорию и дальше за пределы завода. Работники отправляли письмо в московские управления Росприроднадзора и Ростехнадзора, потому что местные не реагируют, хотя знают, что завод брошен. Закон о промышленной безопасности не соблюдается, там мёртвые остатки нефти — по пять-шесть тонн в каждом резервуаре, а их 21. Может быть скопление газов, произойти возгорание и взрыв. Надо чистить, пропаривать, консервировать и оставлять обученный персонал для наблюдения. Опасный объект брошен без всего, не с кого и спросить будет. Алексей Гашников В этой связи можно вспомнить историю ноября 2008 года, когда на строящемся ещё завода (тогда он назывался «Белгород-ойл») взрыв паров нефти уничтожил один из резервуаров. По счастливой случайности никто серьёзно не пострадал, один из рабочих получил лёгкую контузию.