Порядочный двоеженец, гений, пророк. Каким запомнили Валерия Золотухина

30 марта — 10 лет, как ушел из жизни народный артист РСФСР Валерий Золотухин. «Бумбараш», «Хозяин тайги», «Пропажа свидетеля», «Единственная»... Золотухин сыграл в десятках фильмов, вошедших в золотой фонд нашего кино. А в театре самой любимой своей ролью называл деревенского мужика Федора Кузькина в спектакле «Живой». Это слово «живой» и есть синоним его натуры. Он и вправду остался в памяти живым. Поиски, метания, увлечения, влюбленности, невероятная энергетика на сцене и экране, любовь к земле, деревне.

Он боролся — и за любовь, и за роли. И за жизнь. Но болезнь оказалась сильнее. Прощание с Золотухиным состоялось 2 апреля в его родном Театре на Таганке. 4 апреля с ним простились в Барнауле, в Государственном Молодежном театре Алтая. Похоронили актера, согласно его воле, на территории построенного в том числе и на его сбережения Храма Покрова Пресвятой Богородицы в селе Быстрый Исток на Алтае, где он родился.

Aif.ru попросил коллег и друзей знаменитого актера театра и кино рассказать о том, каким они запомнили Валерия Золотухина.

Алла Демидова, народная артистка РСФСР:

«Мне грустно, как порой судят о моих коллегах. Вот Валера Золотухин. У него были прекрасные роли в Театре на Таганке, удивительные, уникальные. Петю Трофимова в "Вишневом саде" до него так никто не исполнял. Считалось, что это провальная риторическая роль. А он играл ее прекрасно. А Гришка Отрепьев в "Борисе Годунове"? Удивительный актер, очень тонкий. А говорили по всем каналам только о его двоеженстве, когда он умер.

За 50 лет на Таганке были разные времена. Запрет спектаклей, эмиграция Любимова, приход Эфроса, смерть Эфроса, возвращение Любимова, но уже с другими какими-то требованиями и с западными контрактами. Раскол труппы. Мы с Валерой были на стороне Любимова. И вот почему. Нельзя выгонять из собственного дома родителей. Как бы он себя ни вел, как бы ни мучил домашних. Поэтому мы с Золотухиным остались с Любимовым».

Яна Поплавская, телеведущая, актриса:

«Мой отец-отчим Владимир Викторович Александров, который воспитывал меня с четырех лет, всю свою сознательную жизнь проработал на Таганке, будучи вторым режиссером Любимова. Моя мама служила в Театре на Таганке, и я выросла за кулисами, в "красношапочном" возрасте играла там в двух очень известных спектаклях — "Обмен" и "Перекресток". Находилась бок о бок с Валерием Золотухиным, Высоцким, Хмельницким. Валерий Сергеевич был актером мирового масштаба. На Таганку, когда шли спектакли с его участием, народ ломился! Позже, когда он сам стал художественным руководителем Театра на Таганке, Золотухин очень достойно вел линию этой прославленной сцены. Ему в голову не приходило снимать трусы с актеров. Он понимал, что искусство должно быть прекрасным, а не отвратительно патологически отталкивающим. Думаю, что Валерий Сергеевич был бы в шоке от того, что сегодня "это" называют искусством. А вот он искусству действительно служил».

Анджей Белецкий, баритон, ведущий солист Новой оперы, приглашенный солист Большого театра России:

«Жена Валерия Сергеевича, ныне уже ушедшая Тамара, была однокурсницей моей мамы по музыкальному училищу. Тамара Золотухина была скрипачка, а моя мама Татьяна Белецкая — пианистка. Мама была бессменным концертмейстером Валерия Золотухина. Они всегда гастролировали вместе. Мы с семьей Золотухиных очень дружили. Все наши юбилеи, любые праздники отмечали вместе. Активно гастролирующие артисты неприхотливы и рады любой домашней еде. Так что стряпню моей мамы он обожал. Еще Валерий Сергеевич очень любил чай и был огромным приверженцем меда. Куда бы ни приезжал, всегда просил достать ему хороший мед. Даже шутил: "Гонорара не надо, отдадите медом". А еще постоянно пил молоко. Мы все знали, что ему нужны хороший чай, мед и молоко. Поэтому накануне его визитов ходили на рынок.

Мы с Валерием Сергеевичем очень много выступали в совместных концертах. Он был экстрапрофессиональным человеком. Работоспособность была феноменальной. Играл в театре, постоянно гастролировал, пел, писал книги, вел общественную деятельность. Творчество — это был смысл его жизни. Возможно, поэтому в семейном плане, в плане отцовства он не всегда был идеален. В том числе и в отношении своего старшего сына Дениса, которого воспитывали его бывшая жена Нина Шацкая и Леонид Филатов. Денис потом стал священником.

Зачастую он по-настоящему пророчествовал. Когда Валерий Сергеевич в первый раз меня услышал — а я спел ему несколько песен из репертуара Юрия Лозы — он надолго задумался. А потом сказал: "Ты знаешь, твоя звездная партия будет Риголетто Верди". Валерий Сергеевич тогда еще ничего не знал о моем будущем, как я пойду, куда, что... Но как в воду глядел. Когда по прошествии лет я приглашал его на "Риголетто" и в Большой театр, и в Новую оперу, Золотухин говорил: "Ну что, я оказался прав"».

Елена Проклова, заслуженная артистка РСФСР:

«Мы с Валерой играли вместе в мелодраме "Единственная..." на "Ленфильме" в 1975 году у режиссера Иосифа Хейфица. Он — мужа-шофера, я — жену-официантку. История о любви, неверности и прощении. В роли деревенского ловеласа, соблазнившего мою Танюшу, был Владимир Высоцкий.

В образ шофера Коли Касаткина Валерий Золотухин вписывался идеально — будучи человеком из народа, он потрясающе исполнял простого рабочего, судьбу которого меняет любовь и наполняет его жизнь смыслом. А потом разрушает ее.

Моя героиня в фильме говорит: "Такой чистой ты тоже никогда не найдешь". Что только о Валере не злословили, когда он стал жить на две семьи. Его все осуждали: что он не определяется, не уходит от жены Тамары к Ирине Линдт, которая родила ему ребенка. Или, наоборот, не оставит Ирину и не вернется окончательно к Тамаре. Но на самом деле в отношениях с женщинами, которых он любил, Золотухин был чистым, порядочным. Он не уходил именно из-за порядочности — Тамару предать он не мог, она жизнь ему посвятила. Ирина была музой, они служили в одном театре, у них был ребенок. Он любил обеих по-своему».