«Поливакцина НИИСИ»: как медики боролись с эпидемиями во время Великой Отечественной войны в армии
Различные респираторные вирусные заболевания, ангины и грипп, сыпной тиф и холера… Это лишь часть списка тех заболеваний, который теоретически мог увеличить и без того большие потери личного состава Красной армии в годы Великой Отечественной войны.
Среди среднестатистического обывателя несомненно бытует мнение, что на фронте красноармейцы практически не болели. Мол, вследствие стрессов, связанных с боевыми действиями у людей наблюдалось некое сопротивление самому разному спектру вирусов. И даже постоянное нахождение в сырых окопах, порой многочасовые сидения в холодной воде и лежание в снегу, якобы не вызывали простудных заболеваний. Но это в корне неверно. И подтверждением этому является масса документов, сохранившихся со времен Великой Отечественной.
Как известно, осенне-весенний период всегда являлся пиковым для заболеваний острыми респираторными инфекциями, гриппами и другими видами простуд. И советские люди, а красноармейцы были таковыми, как и люди любой другой национальности также были подвержены всем этим болезням. И никакие на войне от болезни не спасали никакие стрессоустойчивости и другие «мифические защитные функции». И это только простудные заболевания, а еще ведь имеются и различные кишечные инфекции и болезни. А это и дизентерия, и малярия, и столбняк, и сыпной тиф. Для полного понимания, достаточно назвать несколько цифр. В годы Первой мировой войны от тифа умерло несколько миллионов человек, столбняком болело более одного процента раненных. Поняло ли все это верховное командование Красной армии? Исходя из принимаемых в частях и подразделениях мерах, судя по всему, понимали прекрасно. Чуть ли не с первых дней войны стали предприниматься меры по контролю заболеваемости. К примеру, уже на восьмой день войны, 30 июня 1941 года было принято «Положение о медико-санитарном обслуживании населения, эвакуируемого из угрожаемых районов». Согласно этого документа, подписанного Народными комиссарами здравоохранения и путей сообщения, выходило, что в одних эшелонах со здоровыми запрещалось перевозить больных. В каждом эшелоне предполагалось устройство изоляторов, предусматривались банные помещения, обустраивались помещения для термической дезинфекции. Эти помещения рассчитывались в среднем из расчета на 250 человек. На всем пути следования таких эвакуационных эшелонов на вокзалах обустраивались санитарно-эпидемиологические пункты. К концу войны таких пунктов было открыто 435. Понятное дело, что когда к концу осени поток беженцев катастрофически увеличился, то пройти санитарную обработку могли далеко не все, попросту не хватало ни мощностей, ни обученного персонала, а порой банально не хватало для этого времени.
Наблюдалась в военные годы острая нехватка квалифицированного медицинского персонала. Историк Юлия Мелехова, которую цитирует издание «Военное обозрение», привела такие цифры: «В городе Барнауле имелось два хирурга, один отоларинголог, три психиатра, в других городах и районах края узкие специалисты отсутствовали».
Это ситуация с гражданским населением, и, кстати несмотря на проблемы советским медикам удавалось в те годы выходить из тупиковых ситуаций, но все-таки давайте вернемся к армии. Командование советских войск ОРВИ, гриппы и другие простудные заболевания считало серьезной угрозой. Что, собственно и не удивительно. Больные солдаты много не навоюют. Поэтому профилактические меры предпринимались и в местах размещения войск. В качестве защиты красноармейцев от сырости и холода строились блиндажи оборудованные печками. В этих блиндажах личный состав Красной армии мог не только обогреться, но и отдохнуть в относительно теплых условиях на соломенных матах. Помимо этого, у солдат была возможность в специально оборудованных землянках просушить вымокшие вещи. Для личного состава строились бани, красноармейцев обеспечивали горячей пищей и кипятком в неограниченном количестве.
И все-таки, главной угрозой для личного состава советских войск были не простуды различных штаммов, а инфекционные болезни, такие как дизентерия, сыпной тиф, холера. Эти болезни, как прекрасно понимало командование с помощью кипятка и горячей пищи победить не получится. По этой причине предусматривался комплекс санитарных мер. Очищались территории занятые войсками, боролись с мухами и крысами, являвшихся разносчиками болезней, обеззараживалась питьевая вода, приготовление еды, как и хранение продуктов питания, максимально производилось в чистых условиях. Помимо этого различными мерами старались повысить сознательность и непосредственно у красноармейцев: Солдат призывали чаще мыть руки, не пить воду из болот и рек, не употреблять воду из загрязненных колодцев на маршах. Ну и конечно не последнюю роль уделялась профилактическим прививкам среди личного состава. Здесь нужно обратить внимание, что солдат Красной армии от брюшного тифа, паратифа А и В, столбняка прививали еще перед войной, а против холеры на протяжении месяца военным делали три уколы. Что касается дизентерии, то солдатам против нее приходилось пить таблетки на протяжении трех дней. Нужно ли объяснять что такие меры медико-санитарного противодействия в боевых условиях был труднодоступным, если не сказать, не осуществимым? Армейское командование понимало, что проведение троекратных прививок необходимо заменять на более быстрые методы. Выход из создавшейся ситуации был найден к весне 1943 года, после начала поступления в армию «поливакцины НИИСИ».
Работы над разработкой вакцины для иммунизации личного состава советских войск против вышеперечисленных болезней научными сотрудниками НИИСИ начались еще в 1941 году. Главной целью ученных было создание такой вакцины, при помощи которой можно было бы одним уколом выработать иммунитет от брюшного тифа, паратифом А и В, дизентерии, холеры и столбняка. Итогом кропотливой работы ученых Нины Гефен и Николая Александрова стала «Поливакцина НИИСИ».
После получения желаемого результата ученые начали тесты на животных. На протяжении 1941 года велись опыты над морскими свинками и белыми мышами. Проведенные испытания однозначно показывали: привитые животные могли перенести даже несколько смертельных доз микробов, в то время как не привитые животные погибали. Этот успех позволил перейти к следующему этапу: вакцинированние уже людей. Вскоре выяснилось, что поставакцинальные реакции и осложнения не отличались от «старых» вакцин, а вот эффективность «поливакцины НИИСИ» была много выше. Главным ее преимуществом перед «старыми вакцинами» являлось то, что с помощью одного лишь укола можно было добиться иммунитета от семи болезней.
В итоге к середине весны 1942 года количество привитых этим препаратом людей достигло десяти тысяч человек. Вскоре институту имени Мечникова была поставлена задача: начать массовое производство «поливакцины НИИСИ» из расчета выпуска нескольких миллионов доз в год.
Как следствие, 14 февраля уже 1943 года «свет увидел» приказ НКО под номером 169. В этом документе начальник тыла Красной армии генерал Хрулев дал распоряжение на проведение новой вакциной всего личного состава войск. Предполагалось провакцинировать красноармейцев в период с 1 апреля по 15 мая 1943 года.
Ясное дело, что весь процесс вакцинации проходил под присмотром специалистов, которые наблюдали как за эффективностью проводимых мер, так и за возможным появлением побочных эффектов. В архивах имеются записи от 22 февраля 1944 года главного эпидемиолога 2 Прибалтийского фронта полковника Холодовского, касающиеся проведению вакцинации «поливакциной НИИСИ»:
«Люди, привитые этой вакциной путем однократной инъекции под кожу в дозе 2 см3, через 45 дней после первичной вакцинации становятся невосприимчивыми к холере, брюшному тифу, паратифам, несколько меньше к дизентерии и столбняку».
Он, к слову выяснил, что для получения стойкого иммунитета необходимо людей прививать два раза в год, то есть, раз в полгода. Привитым красноармейцам, кстати делали записи в книжки и офицерские удостоверения личности, а санитарные службы велись четкий списочный учет вакцинированных.
Конечно у новой «поливакцины НИИСИ» имелись и противопоказания. Ее нальзя было колоть при заболеваниях почек, людям с пороком сердца, диабетикам, при открытых формах туберкулеза. Нельзя было прививать и женщин на поздних стадиях беременности, а также кормящих матерей.
Вопреки всем имеющимся недостаткам «поливакцина НИИСИ» себя оправдала. В суровых условиях войны, когда войскам приходилось быть маневренными и подвижными, возможность проведения однократного укола, причем с возможностью сразу после проведения прививки военному приступать к своим обязанностям, было много выигрышным перед старыми препаратами.
За годы Великой Отечественной войны в плановом порядке и в качестве противоэпидемиологических мер «поливакциной НИИСИ» провакцинировали более 30 миллиона человек. Учитывая количество и различных прививок и от других болезней, счет которых шел также на десятки миллионов, то можно увидеть колоссальный труд ученых Советского Союза. Победа над болезнями, как, собственно и победа в войне в целом, была достигнута в том числе благодаря кропотливой работе ученых и специалистов военного и гражданского здравоохранения.
Опубликовано: От латника до ратника