«Долой импланты!». Пластический хирург рассказала, как молодеют сибирячки

Чтобы скинуть лет 20 за раз, нужен взмах не волшебной палочки, а медицинского скальпеля. Никакой магии здесь нет – только наука. Пластический хирург Юлия Махновец рассказала журналисту «АиФ-Новосибирск», сколько денег готовы тратить жительницы города на возвращение в молодость, почему коронавирус привёл в эту сферу больше пациенток и какие операции сейчас «в моде».

Статуи и картины

- Почему вы выбрали направление медицины, связанное с красотой?

- Я с детства стремлюсь к прекрасному. Папа сам рисовал и ходил по музеям, а меня брал с собой. Я часто листала альбомы с репродукциями. Если бываю за границей или, например, в Санкт-Петербурге, я всегда посещаю музеи, рассматриваю статуи и картины, где обращаю внимание на пропорции лиц и фигур. Поэтому можно сказать, что в моей работе есть и элемент искусства, ведь она требует понимания сути красоты и гармонии.

- На каких операциях вы специализируетесь?

- Я люблю возвращать в молодое тело, устранять изменения после беременности и родов, ликвидировать возрастные признаки на лице.

Хочу подчеркнуть, что к масштабному омоложению готовы не все. Отчасти это финансовый вопрос, потому что одной операции, как правило, недостаточно. Мы не добьёмся эффекта только подтяжкой шеи. Поэтому я назначаю целый комплекс операций, которые можно объединить в одну, но длительную – часов на шесть.

Очень важны настрой и желание пациента. Человек должен хотеть вернуться в те годы. Иначе его выдадут одежда, причёска, осанка, лишний вес, взгляд. Так что это не только моя работа.

- Кто ваши пациенты, откуда они и сколько им лет?

- В основном это женщины 45-50 лет. Чуть меньше – 40-летних, ещё меньше – 60+. Легко работать с молодыми – это те, кому 40 с чем-то. У них ещё не так много возрастных изменений на лице, и требуется меньший объём операций для возвращения к внешности 35+. Реабилитация проходит быстрее, сопутствующих хронических заболеваний почти нет.

Примерно половина пациентов – жители Новосибирска. Остальные приезжают из ближайших регионов (Кемерово, Томск, Барнаул), летом бывают гости с севера. Но есть клиенты и из Европы, Америки. В прошлом году одна пациентка приехала на машине из Испании, чтобы сделать операцию. Она добралась до Москвы, там погрузила автомобиль на поезд, а дальше прилетела на самолёте. У неё было масштабное преображение.

16-летние пациентки

- А моложе пациенты бывают? С чем они обращаются?

- У некоторых людей можно заметить генетические изменения на веках, не зависящие от возраста. Это постоянные мешки под глазами. Проблема решается очень просто – с помощью трансконъюнктивальной блефаропластики . Снаружи разреза не будет, он делается изнутри, затем убираются грыжи. Я такую операцию делала и 16-летней девушке, и пациентам лет 18-20-ти.

- Приходят ли к вам мужчины и какие операции они хотят?

- Да, их меньше, чем женщин. Они часто приходят за блефаропластикой. Если овал лица мужчины могут замаскировать бородой, то глаза выдают возраст. Некоторым нужны лифтинги или коррекция фигуры - например, липосакция. Среди мужчин-пациентов много жителей Новосибирска. Это, в основном, публичные люди, бизнесмены, депутаты, представители власти.

- Есть ли у вас клиенты, которые без конца модернизируют свою внешность?

- Конечно, такое встречается. Но в моём случае редко, поскольку ко мне приходят по большей части очень взрослые пациенты, которые относятся к этому вопросу осознанно. Мы можем сделать лицо, а через полгода привести в соответствие грудь и живот. Затем останавливаемся, несколько лет отдыхаем и смотрим, появились ли какие-то изменения, решаем, делать ли что-то ещё.

Если человек прошёл много пластических операций и думает, что бы дополнительно в себе поменять, я отвечаю: «Стоп, сейчас ничего делать не надо. Расслабились лет на пять, занимаемся спортом, отдыхаем, путешествуем, наслаждаемся жизнью».

- Люди приходят с конкретным запросом или хотят, чтобы вы им сами порекомендовали операцию?

- У тех, кто хочет изменить тело, запросы конкретные: подтянуть грудь, убрать «фартучек» на животе. С лицом по-другому. Пациентка может прийти и сказать, что её беспокоят изменения на веках. А мне в глаза бросаются нечёткий овал и брыли. Если мы сделаем только «блефаро», будет привлекать внимание нижняя часть лица, а ощутимой разницы во внешности женщина не заметит. Так что надо делать или всё вместе, или «идти» снизу вверх.

Кому-то не нравится овал лица. Я анализирую внешность человека и прихожу к выводу, что, к примеру, в этом случае нужен средний и эндоскопический лифтинги . Тогда лицо будет выглядеть отдохнувшим и более привлекательным.

Редко бывает, когда пациент попадает в точку. Но некоторые дают мне полный карт-бланш: «Я хочу классно и молодо выглядеть. Что мне надо для этого сделать?». Вот это идеальные пациенты.

Наигрались с имплантами

- Как меняется мода на виды операций? Что в тренде сейчас?

- Я к такой моде отношусь негативно и считаю, что всё должно быть индивидуально – по показаниям. Нельзя всем поголовно одно и то же делать. Но некоторые тенденции я заметила. В последнее время складывается впечатление, что женщины наигрались с имплантами. Походили с ними много лет и стали от них отказываться. Ко мне приходят пациентки и говорят: «Не нужен мне больше ни маленький, ни большой размер. Убираем импланты, сделайте подтяжку и придайте форму».

Какое-то время назад был в моде булхорн . Я делаю его только в комплексе омоложения. Также пользовалось популярностью удаление комков Биша . Считаю, это тоже допустимо только вместе с фейслифтингом на крупных лицах, когда нужно немного сузить лицо.

- В каких случаях вы отказываете в проведении операции?

- Я обычно спрашиваю у пациенток, что случилось в их жизни такого, после чего они решили изменить внешность. Одна хочет вернуть мужа, другая -показать бывшему, какой она стала. Третья говорит: «На зависть подругам, пусть знают, что я могу это себе позволить». Таких девушек я отправляю домой – подумать: «Когда вы будете хотеть это для себя, когда у вас будет гореть глаз, тогда приходите». В противном случае результат не будет хорошим.

Молодые пациентки, у которых всё в порядке, приходят нечасто. В таких ситуациях я говорю, что не вижу показаний для операции. Говорю девушке, что она прекрасна, у неё гармоничное лицо, гармоничное тело, красивая грудь, пусть даже небольшая. Предлагаю ей сконцентрироваться на чём-нибудь другом. Чаще всего они удивляются, благодарят за комплименты и уходят.

Я отказываю в операциях женщинам, которые планируют беременность в ближайшие год-два. Неизвестно, как человек наберёт вес, как изменится форма груди. Лучше сначала выполнить материнскую функцию, а потом приходить.

В некоторых случаях я не вижу смысла вмешиваться в организм, поскольку считаю, что ещё рано, и отправляю человека к косметологу.

Лицо за полмиллиона

- Как происходит подготовка к операции? Моделируете ли вы лицо человека на компьютере, делаете ли пометки маркером, как показывают в телепередачах?

- Я считаю, что заранее смоделировать лицо невозможно, потому что оно состоит из живых тканей с разными слоями и векторами натяжения. Нельзя точно предсказать, как они поведут себя после операции. К тому же мы, хирурги, прибегаем ко множеству приёмов, тех же блефароплатик существует несколько видов. Часто нужно выполнить ряд задач за одну операцию: поднять брови одним из способов, сделать и средний лифтинг, и блефаропластику.

Обычно маркером делаем разметку непосредственно перед операцией. А на консультации я показываю у зеркала, как можно собрать грудь, оформить талию, натянуть живот. Если на лице – как убрать брыли или грыжи и складки на веках.

- На вашей странице в Инстаграм больше всего привлекает внимание история одной пациентки, чьё омоложение в хорошем смысле шокирует. Расскажите её историю.

- Пришла 62-летняя женщина, стильная и стройная. Но бросалось в глаза несоответствие лица остальному образу. Она сказала: «Делайте, что хотите, лишь бы я выглядела молодо». Конечно, я не могу превратить её в 20-летнюю, ведь качество кожи уже не то, волосы не те. Но значительного омоложения добиться удалось.

Список операций сформировался немалый. Их проведение мы откладывали по состоянию здоровья. И только месяцев через 8-9 они были выполнены в комплексе за один день. На это потребовалось порядка шести часов. Всё прошло хорошо. Сделали височный лифтинг, блефаропластику, верхнюю и нижнюю подтяжку средней трети лица, глубокий фейслифтинг, подтяжку шеи, увеличение губ собственными тканями и булхорн.

После операции прошло пять месяцев, и с каждым днём женщина всё краше. Это происходит со всеми пациентками. Когда меня спрашивают, сколько времени занимает период реабилитации, я отвечаю: «Чуть больше года». Тогда клиентка пугается: «И что, я весь год буду ходить страшной, отёчной, синей?». Я говорю: «Нет! Вы будете хорошеть, постепенно станут исчезать лёгкие неровности, складочки будут уменьшаться». Через год после операции пациентки чувствуют, что лицо «встало», исчезли тянущие ощущения, чувство маски, а вид в зеркале приносит удовольствие.

Наша пациентка купается в комплиментах. В её личной жизни произошли серьёзные изменения. Она – очень энергичный человек, поэтому такая операция ей была просто необходима.

Общая сумма, которую она потратила – 520 тыс. рублей. Тут стоит учесть, что сейчас цены с того момента подросли, и разным людям назначается разный объём операций.

Маски – очень кстати

- Все ли соглашаются сделать фото до и после и показать в соцсетях?

- Конечно, не все. Кто-то стесняется, что до операций выглядел плохо для своих лет. Кто-то пугается разницы. Поэтому не все свои работы я могу показать публично, но вау-преображений много.

А ещё мы не делаем фото в первую неделю, когда лицо отёчное и в синяках. Но уже в этот период видны изменения – более чёткая шея, понятный овал. Первые снимки могут быть слегка замаскированы: волосы распускаем, чтобы прикрыть излишнюю отёчность, добавляем макияж. В социум можно выходить через две-три недели после операции, но с отвлекающими манёврами, такими как причёска, шарфик на шее, очки. Сейчас очень удобно для этого использовать медицинские маски. Даже больше людей из-за них стало оперироваться.

- Сколько длится эффект после комплексного омоложения?

- Глубокий фейслифтинг позволяет держаться результату, как минимум, 8-10 лет. В целом остановить старение никто не может. Оно идёт во всех слоях: в коже, подкожной клетчатке, мышцах и даже костях черепа, которые истончаются и атрофируются. Я устраняю лишь гравитационные изменения. Я не могу повлиять на мимические морщины, качество кожи и всё остальное. Поэтому после операции нужно ухаживать за собой - посещать косметолога, чтобы корректировать мимические морщины, гусиные лапки, кисетные морщины над губой. Также можно проходить биоревитализацию с пептидами или с гиалуроновой кислотой.

С возрастом у многих истончаются губы, и можно делать филеры . Это не значит, что все должны ставить их поголовно и делать себе огромные губы. Достаточно лёгкой коррекции.

Публикация от Пластический хирург (@dr_makhnovets)

Не хуже, чем за границей

- А вы можете определить на глаз, делал ли человек операции на лице, на груди?

- Грудь обычно закрыта одеждой. Но летом на молодых девушках, конечно, вижу. С лицом другая история – я могу почувствовать диссонанс. Например, женщина омолодилась, но продолжает носить «одежду старушки». Замечаю мелочи, упущенные кем-то из докторов, например, лифтинг сделан, а мочки ушей большие и дряблые - это признак возраста. Я могу заметить, что дама классно выглядит, но всё равно сканирую какие-то признаки и понимаю, сколько ей лет на самом деле.

- Можно ли считать, что в России пластическая хирургия и в целом эстетическая медицина достигла мирового уровня?

- Безусловно. Необязательно ехать за границу или в Москву. У нас тоже есть таланты, которые учатся постоянно, стажируются у именитых докторов, посещают международные конгрессы и имеют огромный опыт.

Я была на мастер-классе у австрийского пластического хирурга Брайана Мендельсона. Прошла у него и кадавер-курс . В Нью-Йорке я стажировалась в клинике доктора Эндрю Джаконо – известнейшего хирурга. В Италии училась у доктора Джованни Ботти. Я смотрю операции в YouTube, читаю литературу. Без постоянного обучения ты стоишь на месте, а если ты стоишь на месте – ты регрессируешь.