Дмитрий Шпаро: Мы первые в мире дошли до Северного полюса на лыжах
Выдающийся полярник Дмитрий Шпаро рассказал ФАН, как сделал арктические путешествия доступными для школьников и инвалидов.
Выдающийся полярный путешественник и основатель клуба «Приключение» Дмитрий Шпаро на днях отметил свой 80-летний юбилей. Он был руководителем экспедиции, которая первой в мире достигла Северного полюса на лыжах.
Математик и путешественник, мастер спорта СССР рассказал ФАН, как сделал арктические путешествия доступными для школьников и инвалидов-колясочников, что такое поход, и чем настоящие путешественники отличаются от туристов.
«Мы подняли на Северном полюсе наш флаг и были горды»
— Дмитрий Игоревич, в 1979 году вы были руководителем легендарной экспедиции, которая первой в мире достигла Северного полюса на лыжах. Как вы стали полярным путешественником?
— Я учился на механико-математическом факультете МГУ, куда поступил в 1958 году. В то время «мехматяне» много путешествовали. Это было хорошим времяпрепровождением — поехать куда-нибудь по Советскому Союзу. Были туристы, которые сплавлялись на плотах, были альпинисты и спелеологи, были и те, кто ходил по ледникам. Стоило это довольно дешево.
Мой научный руководитель взял меня, воспитанника мехмата, в лыжное путешествие во время зимних каникул. А я уже был хорошим туристом, потому что первый раз рюкзак надел еще в 8-м классе, когда с учителями ходил пешком из Подмосковья на озеро Селигер.
Между студенческими походами на мехмате и экспедицией к Северному полюс — огромный путь. Да, поначалу было увлечение туризмом и спортом, но, чтобы замахнуться на поход к вершине мира, нужно было быть уверенным, что ты этот путь в 1500 км по дрейфующим льдам пройдешь. Когда мы готовились к Северному полюсу, то тестом мог служить 42-километровый марафон: тебя разбудят ночью и давай, побежим. Любой из нас был к этому готов.
— Где вы набирали опыт?
— Еще до Северного полюса были совершенно потрясающие путешествия, которые сопоставимы по трудности, по отдаче, по наполнению эмоциями и знаниями. В 1976 году, например, был удивительный переход, когда мы шли от острова Врангеля до советской дрейфующей станции «Северный полюс-23».
— Что для вас значит покорение Северного полюса?
— Это была сильная мечта и осмысленное путешествие. Мы хотели стать первыми, кто пришел на лыжах на Северный полюс, заявить рекорд своей страны во всеуслышание. Это была первая экспедиция на Северный полюс по льду от берегов Азии, от берегов России, от берегов Советского Союза.
В 1912-1913 годы этот путь пытался пройти исследователь Седов, но попытка была абсолютно тщетной, а дальше была масса экспедиций европейских и американских. А мы подняли на Северном полюсе наш флаг, слушали наш гимн и были горды и счастливы.
«Пешком с рюкзаками весом 50 килограмм»
— И все же, почему именно лыжи?
— Я рос в Замоскворечье, на Пятницкой улице, а она идет к Красной площади, и там, на канале, есть МОГЭС. Это были первые годы войны. Немецкие летчики старались электростанцию разбомбить. Поэтому мама таскала меня во время бомбардировок в убежище, в подвал дома номер 30, меня все там называли «бомбежный мальчик». Видимо, это были первые путешествия (смеется).
Наша улица была знаменита еще и тем, что после парада на Красной площади техника шла либо по Ордынке, либо по Пятницкой, эти улицы всегда тщательно очищали от снега. Во дворе были отчаянные сугробы, по которым я и начал ходить на своих первых самодельных лыжах. Так что мама, двор, школа и мехмат сподвигли меня стать путешественником.
К Северному полюсу люди ходили на собачьих упряжках, на снегоходах, плавали на ледоколе, на подводной лодке, летали на самолете и на дирижабле. Но самый естественный путь — это идти по льдам на лыжах. Мы были первыми, кто пошел пешком с рюкзаками, которые весили по 50 килограмм.
— Какие книги на вас повлияли?
— Бабушка читала мне очень много всяких приключенческих романов. У меня были в детстве любимые книги — от Жюля Верна до Гайдара. Думаю, что самое больше количество раз я прочитал «Таинственный остров» и «Дети капитана Гранта». И обожал повесть «Тимур и его команда»
«Инвалиды могут быть героическими людьми»
— Что означает быть путешественником сегодня? Это хобби, профессия или проектная работа?
— Не стоит думать, что человек профессионально занимается тем, что путешествует. 20 лет я работал преподавателем в солидном вузе, был предан математике, вел общественную работу, со студентами были прекрасные отношения. А потом образовалась полярная экспедиция, после которой нужно было выбирать фактически между двумя работами.
Я решил, что больше пользы принесу как человек, умеющий организовать путешествия. Они мне понятны. Мы хотели заниматься суперпроектами для инвалидов и программами для детей. И мы этими проектами занимались и занимаемся.
32 года назад мы учредили благотворительный, оздоровительный Фонд «Клуб «Приключение», я стал его руководителем и дальше мы в этом клубе начали организовывать экспедиции и различные приключенческие программы. Я думаю, что мы достигли тех высот, которых вообще никто не достигал. Это были совершенно гигантские путешествия: инвалиды поднимались на вершину Северной Америки, на гору Казбек, на гору Килиманджаро. Мы должны были показать обществу, что инвалиды могут быть героическими людьми. И второй нашей миссией считаем работу с детьми — через путешествия подвигать их к преодолению.
— Какую пользу приносят ваши экспедиции, чем они отличаются от туристических историй, нацеленных на впечатления и знания «для себя»?
— Цели не только туристические. У нас была медико-биологическая программа, когда мы шли к Северному полюсу. В Арктике люди попадают в адские условия, в условия дикого дискомфорта: там замкнутый коллектив, крайне напряженная обстановка психологическая. Все это на самом деле хорошая история для медико-биологических исследований.
Когда мы в 1988 году шли на лыжах в Канаду — это было путешествие «Полярный мост» — была советско-канадская медико-биологическая программа. Нашим соратником в полярных экспедициях был Институт медико-биологических проблем Минздрава СССР, где проходили подготовку все космонавты той эпохи.
Если мы в путешествиях воспитываем детей, то это скорее всего национальная стратегия, воспитание, педагогика. С инвалидами — социальные проекты, которые психологически воздействуют на все население земли. Наглядный пример — экспедиция 2002 года, организованная Матвеем Шпаро, моим сыном. Команда состояла из 11 человек, среди них два инвалида: спинальники, пожизненно прикованные к инвалидному креслу. И вот они поднялись на вершину Мак-Кинли на Аляске высотой 6194 метра.
«Достижение очень значимое для престижа России»
— Вы развиваете детский туризм, но любые путешествия и приключения связаны с понятиями риск и безопасность, особенно когда речь идет о детях. Какие аргументы есть у вас для родителей и учителей?
— Родители бывают разными. Умные и дальновидные родители приветствуют интерес детей к походам, если они уверены, что дети будут в безопасности. Ничего лучшего для развития ребенка в современном мире придумать невозможно. В походе они выходят из интернета, из своих телефонов, общаются друг с другом. Дети видят природу и учатся заботиться о ней, а самое главное — они учатся заботиться друг о друге, помогать друг другу.
У нас в клубе с 2000 года работает площадка активного туризма под названием «Большое приключение», она расположена в Карелии, и аналогичная — в горах Краснодарского края.
— Кто из младшего поколения семьи является продолжателем вашего дела?
— У меня два сына и у каждого свои дороги. Матвей стал еще более знаменитым путешественником чем я, он возглавляет в Москве Центр дополнительного образования «Лаборатория путешествий». Путешествия и педагогика во время путешествий стали его государственной работой. Обе дочери его, мои внучки, много знают о путешествиях. Одна из них закончила географический факультет МГУ, младшая учится на экономическом факультете. Они, конечно, были в нашем «Большом Приключении» и в разных сложных путешествиях.
— Где вы еще не были? Осталась ли мечта, которую хотелось бы реализовать?
— Мы с сыном Матвеем хотим осуществить идею путешествия от побережья Антарктиды до Южного Полюса. По формату она будет такой же, как наша экспедиция через Гренландию в 2000 году, где было трое ребят: мой младший сын Матвей, Борис Смолин и Игорь Кузнецов, инвалид первой группы из Барнаула. Это была первая русская экспедиция в Гренландию на лыжах, и никогда на лыжах ее не пересекал инвалид.
Только у нас достаточно всего для подобного путешествия по Антарктиде, и мы понимаем, как это сделать. На Южном полюсе находится американская станция «Амундсен-Скотт», и мы обязательно встретимся с людьми, которые там живут и работают. У меня ощущение, что это будет социальное достижение, очень значимое для престижа России в современном мире.
Дмитрий Игоревич Шпаро родился в Москве 23 августа 1941 года. В 1963 году окончил механико-математический факультет МГУ, а в 1968 году защитил диссертацию по математике. Преподавал в Московском институте стали и сплавов.
В 1979 году руководил первой лыжной экспедицией к Северному полюсу. В 1989 году организовал клуб «Приключение», который имеет статус благотворительного оздоровительного фонда и занимается спортивной реабилитацией инвалидов, а также активным туризмом для детей.
Дмитрий Шпаро — почетный полярник, заслуженный мастер спорта СССР. Член Русского географического общества. Имеет два диплома Книги рекордов Гиннесса. Награжден орденами Ленина и Трудового Красного Знамени.