Парируют ли средства ПРО Балтийского флота удар со стороны польских БПКРК NSM? Развёртывание, обреченное на фиаско

Как стало известно несколькими днями ранее, просочившаяся в восточноевропейское медиапространство информация о развёртывании 3-й флотилией кораблей и 8-й флотилией береговой обороны ВМС Польши дополнительных противокрабельных дивизионов перспективных береговых противокорабельных комплексов (БПКРК) NSM («Naval Strike Missile») на побережье Балтийского моря послужила поводом для бурной информационной и массмедийной деятельности ряда русофобских блогеров и военных обозревателей из «незалежной», пустившихся во все тяжкие пафосного восхваления вышеуказанного решения командования польских ВМС, которое якобы способно полностью сместить баланс сил на Балтийском условном театре военных действий в пользу Объединённых ВС НАТО.

Так, по мнению постоянного обозревателя украинского военно-аналитического портала «Defense Express» Ивана Киричевского, задействование в формировании берегового противокорабельного «заслона» ВМС Польши нескольких дивизионов перспективных норвежских БПКРК NSM исключит вероятность проведения Балтийским флотом ВМФ России успешной десантной операции силами двух высокоскоростных десантных кораблей на воздушной подушке пр. 12322 «Зубр», 6 десантных катеров проектов 1176 «Акула» и 11770 «Серна», а также трех десантных катеров пр. 21820 «Дюгонь» в случае реализации эскалационного сценария на Балтийском условном ТВД.

Возникает следующий вопрос: какими вескими обоснованиями тактико-технического и оперативно-тактического характера руководствовался Киричевский в ходе проработки столь смелого утверждения?

Индивидуальный противоракетный потенциал десантно-амфибийного компонента Балтийского флота оставляет желать лучшего, но только в дуэльной ситуации. О прикрытии действий БФ посредством корабельных ЗРК и противоракетных средств 44-й дивизии ПВО Балтийского флота ВМФ России

Бесспорно, располагая даже двумя береговыми противокораебельными дивизионами / четырьмя батареями ПКРК NSM (в составе 12 счетверённых мобильных ПУ, оснащённых 48 ПКР NSM), развёрнутыми в окрестностях н.п. Семировицы, подразделения береговой обороны ВМС Польши действительно представляют определенную угрозу для весьма немногочисленного корабельного ордера десантно-амфибийной группировки Балтийского флота ВМФ России.

Невзирая на дозвуковую максимальную скорость полёта порядка 970–1050 км/ч (0,9–0,95 М) и относительно низкие маневренные качества (в сравнении с российскими и китайскими сверхзвуковыми ПКР), перспективное противокорабельное детище норвежской «Kongsberg Defence & Aerospace» может похвастаться крайней малой эффективной отражающей поверхностью порядка 0,05–0,07 кв. м при облучении в переднюю полусферу в диапазоне углов ±10–15 градусов от продольной оси изделия.

Подобная радиолокационная сигнатура достигнута благодаря, во-первых, широкому применению в конструкции планера NSM композиционных материалов и радиопоглощающих покрытий, во-вторых, отсутствию прямых углов и вынесенных за пределы образующих планера радиоконтрастных наплывов и иных конструктивных элементов, контрастирующих в S- и X-диапазонах дециметровых и сантиметровых волн, в-третьих, наличию средне-/длинноволновой инфракрасной ГСН типа IIR / I3R («Imaging Infrared / Intelligent Imaging IR Seeker»), которая, в отличие от щелевых антенных решеток активных радиолокационных ГСН, не обладает высокой радиоконтрастностью и не увеличивает ЭПР ракеты.

Корабельный противовоздушный / противоракетный «зонтик» вышеуказанной десантно-амфибийной группировки БФ представлен четырьмя 30-мм зенитно-артиллерийскими комплексами АК-630М и 30 ПЗРК «Игла-С/Верба», первые из которых размещены на больших десантных кораблях на воздушной подушке пр. 12322 «Зубр», вторые – как на «Зубрах», так и на десантных катерах проекта 21820 «Дюгонь».

В дуэльной ситуации ни целевой канальности, ни времени реакции данных простейших корабельных средств ПВО-ПРО не хватит для уверенного отражения «звёздного налёта» ПКР «Naval Strike Missile» с перехватом всех без исключения противокорабельных ракет.

Так, даже в нормальных метеорологических условиях два корабельных комплекса управления артиллерийской стрельбой MР-123-01 (входящие в архитектуру СУВ кораблей МДК-50 «Евгений Кочешков» и МДК-94 «Мордовия»), задействуя оптико-электронные ТВ-/ИК-каналы, хоть и смогут запеленговать силуэты планеров и инфракрасное излучение от реактивных факелов ТРД TRI 40 ракет NSM на удалении около 12–15 км с дальнейшим взятием на сопровождение, передать точное целеуказание (с пространственными азимутальными и угломестными координатами приближающихся NSM) находящимся на бортах кораблей группировки расчётам ПЗРК «Игла-С/Верба» вряд ли смогут.

Поскольку для реализации данного решения в радиоэлектронную архитектуру комплекса МР-123-01 должна быть интегрирована радиостанция обмена информацией о тактической воздушной обстановке, использующая частотные каналы и протоколы, соответствующие УБКП «Ранжир-М» для выдачи целеуказания на терминалы типа СОСН 9С935 «Барнаул», придаваемые операторам ПЗРК «Игла-С/Верба».

На данный момент о каких-либо работах по программно-аппаратному агрегированию комплексов МР-123-01 и терминалов СОСН 9С935 «Барнаул» в единую корабельную сетецентрическую сеть ПВО-ПРО абсолютно ничего неизвестно.

Следовательно, радиолокационно-оптико-электронные комплексы управления артиллерийским огнём МР-123-01 смогут управлять лишь огнём четырёх одноканальных ЗАК АК-630М, в то время как боевые расчёты ПЗРК «Игла-С/Верба» вынуждены будут полагаться либо на визуальные наблюдения с помощью тепловизионных прицелов 1ПН97М «Маугли-2М», либо на информацию, получаемую от малогабаритных мобильных радиолокационных обнаружителей 1Л122 «Гармонь», которые, во-первых, смогут обнаружить «наряд» малозаметных NSM на удалении не более 10–12 км, во-вторых, могут продемонстрировать куда менее высокую эффективность приемо-передающих трактов в условиях килевой, бортовой, вертикальной, продольной и поперечной качек, наблюдающихся на десантных кораблях.

Стало быть, говорить о малом времени реакции ПЗРК «Игла-С/Верба» в случае применения с борта того или иного десантного корабля против ПКР NSM говорить не приходится, и эффективность отражения массированного противокорабельного удара будет весьма низкой.

Между тем данный сценарий, поверхностно муссируемый в голове украинского «эксперта» Киричевского, актуален лишь применительно к дуэльной ситуации и не имеет абсолютно ничего общего с реальным оперативно-тактическим раскладом на Балтийском ТВД.

В частности, стоит напомнить украинскому горе-эксперту о том, что противоракетный «заслон» над нашей выдвинувшейся в южную часть Балтийского моря десантно-амфибийной КУГ будет сформирован не только ПЗРК «Игла-С» и «Верба», но и передовыми корабельными ЗРК «Редут», располагающими высокоманевренными ЗУР 9М100 («оморяченная» модификация ЗУР 9М331 комплексов семейства «Тор-М2У») и сверхманевренными ЗУР средней / большой дальности 9М96Е/ДМ, размещёнными на корветах пр. 20380.

Данные ЗУР смогут перехватить «наряд» из нескольких десятков ПКР NSM как на удалении 10–12 км (применительно к 9М100), так и за «экраном» радиогоризонта (буквально через несколько секунд после выхода из ТПК наземных пусковых установок NSM) с задействованием ЗУР 9М96Е/ДМ, что будет достигнуто благодаря оснащению последних активными радиолокационными ГСН семейства «Сланец».

Целеуказание АРГСН «Сланец» в данном случае будет выдаваться либо радиолокационными комплексами самолётов ДРЛОиУ А-50У / А-100, либо бортовыми РЛС Н035 «Ирбис-Э» и «Заслон-АМ» истребителей Су-35С и перехватчиков МиГ-31БМ.

Более того, внести свою весомую лепту в купирование противокорабельного удара ракетами NSM ВМС Польши способны 4 зенитно-ракетные батареи С-300В4, состоящие на боевом дежурстве в составе 44-й дивизии ПВО Балтийского флота ВМФ России, дислоцированной в Калининградской области.

Входящие в боекомплект С-300В4 усовершенствованные сверхдальнобойные гиперзвуковые ЗУР 9М82МВ также располагают АРГСН, благодаря которым способны перехватывать норвежские ПКР NSM далеко за пределами радиогоризонта по целеуказанию средств воздушной радиолокационной/оптико-электронной разведки.

И это не говоря уже о нанесении упреждающих высокоточных ударов по позициям БПКРК «Naval Strike Missile» оперативно-тактическими баллистическими ракетами 9М723-1 «Искандер-М», о чем очень не любят упоминать украинские псевдоэкспертные круги.