Эксперт рынка ритейла Карпов: То, что происходит — это не кризис
Президент Российской Ассоциации экспертов рынка ритейла рассказал, когда на полки магазинов вернется привычное изобилие.
Никто не мог предсказать пандемию коронавирусной инфекции, никто не знал, как правильно подготовиться к этому. Все практики вырабатываются на основе собственных ошибок, и только пережив это, можно понять, как вести себя в таких ситуациях.
Когда мы говорим о торговле, мы делим ее на две части: непродовольственная и продовольственная. Продовольственная торговля работала, магазины не закрывались. В отличие от непродовольственной.
У ритейла никогда не было задачи делать долгосрочные запасы продукции. Вся сегодняшняя экономика отличается от советской, где эти запасы создавались. Но сегодня другая задача — повышать оборачиваемость любой продукции и, соответственно, минимизировать складские запасы.
Мы не сильно зависим от западных поставок — у нас большое многообразие разнообразной продукции, производящейся в стране.
Пройдя этот сложный период, мы увидели, что бизнес справляется с повышенным спросом и может его удовлетворить.
Различные маркетплейсы во время пандемии не только ничего не потеряли, но и приобрели — многие нарастили продажи в два раза, потому что спрос переместился в онлайн.
На начало года онлайн-продажи от общего оборота составляли меньше двух процентов. На конец этого года это уже 4%. Это много, потому что получается, что электронная торговля показала стопроцентный прирост. Такого прироста не было никогда.
Несмотря на то, что продовольственные магазины остались открытыми, из-за первой волны паники многие люди переехали из крупных городов в области и стали искать возможность заказа продукции на дом. Поэтому даже те торговые организации, которые не спешили развивать это направление, попытались быстро наверстать упущенное.
Компании, торгующие одеждой, обувью и аксессуарами обычно заказывают товары заблаговременно, либо сразу расплачиваясь за поставку, либо в рассрочку. И получилась интересная ситуация: продажи коллекций «зима-весна» практически провалились, потому что магазины закрылись. И компании не продали тот, объем, который рассчитывали продать. Соответственно, у них исчезли оборотные средства, а уже нужно выкупать следующие объемы товаров — и тут-то и возникла проблема.
Скудность ассортимента объясняется именно этим — нужно распродавать старый товар, потому что не на что заказывать новый.
Товары на полках есть. Странно говорить о скудности ассортимента — он может быть небогатым в отдельно взятой торговой компании, но если посмотреть в совокупности, то выбор все равно большой. Просто не везде есть новинки. Но сказать, что полки стали пустыми, нельзя.
Новый ассортимент есть, но он ограничен — ведь заказывать было не на что. И никто не знал, что будет дальше. Впрочем, изобилие — это очень относительная вещь. Товары на полках в магазинах одной и той же сети в Москве или Санкт-Петербурге будут намного разнообразнее, чем, например, в Барнауле.
Сектор легкой промышленности не оправился от предыдущих кризисов, входя в этот. Например, после 2014 года пошла первая волна экономического кризиса. Торговые сети думали, что смогут нарастить торговые точки в своем домашнем регионе. Когда в экономике все хорошо, все равно существуют мелкие конкуренты, которые не хотят уступать свое место и конкурируют с крупным ритейлом. А тут вдруг у них возникли проблемы, и некоторые магазины стали закрываться. В тот момент многие пересмотрели экспансию, и те, кто собирался открывать точки в регионах и расширяться, поняли, что можно сделать это в крупных городах.
Но то, что происходит сегодня — это не кризис, это некая новая реальность, в которой мы все живем. И бизнес всегда должен быть готов к внешним вызовам и приспосабливаться к новым условиям. Бизнес не должен сидеть на месте!
Это естественно, на рынке выживает сильнейший. Тот, кто не выдержит, будет вынужден уйти.
Но на его месте откроется новый.