ЯРНОВОСТИ: Яхтсмен Игорь Зарецкий: «В соцсетях «Эсмеральды» меня заблокировали»
ЯРНОВОСТИ : Игорь Вольдемарович, в одном из прошлых интервью ЯРНОВОСТЯМ вы говорили, что для участия в гонке, по сути, «ищешь не спонсора, а мецената». На этой неделе стало известно, что спонсор по каким-то своим причинам разорвал с вами договор. Может, ему надоело вкладываться? — Трудно сказать, какие жизненные обстоятельства заставили человека так поступить. Весной меня заверили, что мы завершим проект, и я был уверен, что в ноябре полечу в Австралию продолжать гонку. Я получал письма от ее организатора Дона Макинтайра. И он, и оргкомитет гонки ожидали, что мне удастся продолжить плавание, потому что я остался последним участником этой гонки. Но опасения о том, что случилось, чувствовались и ранее. Особенно по тем претензиям, которые мне предъявляла береговая команда – я просто понял, что у этих людей немного не та квалификация. Люди, которые никогда не бывали в океане, стали часто высказывать свое мнение. Поначалу я пытался объяснить им, что к чему, но потом понял, что диалог не складывается. И махнул рукой – им было бесполезно что-то объяснять. Еще во время гонки мне не очень понравилось, что береговая команда первична и я должен следовать ее линии. ЯРНОВОСТИ : Кто был вашим спонсором в этой гонке? — Юридически — компания «Дубль В» и журнал Yacht Russia, учредителем которых является Василий Юрьевич Сенаторов. Я ему очень благодарен за то, что удалось стать участником этой гонки. ЯРНОВОСТИ : В октябре прошла информация о том, что вы снимаетесь с гонки Golden Globe Race, а яхта «Эсмеральда» не продолжит соревнования в классе Chichester. В качестве причины назывались опасения за ваше здоровье. Вы это опровергли. Давайте проясним всю ситуацию. — Должен сказать, что официальное заявление береговой команды в оргкомитет гонки со мной не было согласовано, о нем я узнал только из сети. Честнее было заявить о выходе из гонки береговой команды. Не секрет, что перед стартом гонки я перенес две серьезные операции. По состоянию здоровья я не чувствовал дискомфорта, а вот при проверке перед соревнованиями необходимость операции появилась. Лечение заняло три месяца и из-за нехватки времени мне не удалось тщательно проконтролировать работу судоверфи. Фирма, готовившая лодку в Испании, довольно молодая и, видимо, не имеющая большого опыта таких работ. Они меня убедили, что именно данная необрастающая краска подойдет для лодки. Эта краска была действительно хорошей, просто она не соответствовала условиям гонки, в которых мне пришлось побывать. После возвращения в Россию я начал искать ответ, почему необрастайка не работала. Мне удалось связаться с компетентными людьми и точно выяснить, почему краска не подошла и что привело к сильному обрастанию яхты, с которым в море было невозможно справиться. Короче говоря, не вдаваясь в технические детали, данная краска предназначена для высокоскростных судов, а при скоростях моей лодки не хватало напора воды, чтобы смывать отработанный слой. На него все и нарастало. Всем, считающим, что лодку можно было отчистить в океане, стоит обратиться к главному менеджеру проекта, который несколько часов очищал лодку специальным инструментом и промышленным керхером, стоя на твердой земле. ЯРНОВОСТИ : Спонсор поддержал ваше решение стартовать после операций? — Перед гонкой спонсор сказал, что поймет любое из моих решений. Я согласился выйти на старт — не каждый год выпадает шанс участвовать в таком мероприятии. Тем более, я знал, что человек потратил большие средства на гонку и не мог его подвести. В самой гонке проблем со здоровьем вообще не было, а вот в Австралии, куда я зашел для подготовки лодки, береговая команда предложила мне пройти проверку. После обследования у меня обнаружили увеличенный лимфатический узел около почки. Австралийцы сказали, что не считают это чем-то серьезным. Но меня вывезли в Россию, было подозрение на онкологию. Были проведены дополнительные проверки, которые показали, что онкология возможна. Врачи хотели сделать химию, но, слава Богу, не стали. Сделали операцию. ЯРНОВОСТИ : Что в итоге? — На деле это оказался тампон, оставленный при одной из прошлых операций. Причем береговая команда, намекая на мои проблемы со здоровьем, ни словом об этом не обмолвились. После решения спонсоров выйти из проекта я чувствовал, что меня стараются сделать крайним. Ко мне были такие смешные претензии, вроде того, что я взял на яхту много инструментов, запчастей… ЯРНОВОСТИ : Еды много наверняка взяли? — Про еду тоже был разговор. Говорили, что я перегрузил лодку. Когда я спрашивал у береговой команды, знают ли они, сколько надо брать инструментов и запчастей, ответ был отрицательным. Но, повторюсь, я-то ходил в океане, строил лодки и знаю, что должно быть на борту во время гонки. Потом, видимо, спонсор понял, что ко мне ничего не прилипнет и объяснил выход из проекта потерей интереса, в том числе и мирового. Хотя по отношению оргкомитета к себе я это не заметил. Ну, и немного странным выглядит забота о моем здоровье и безопасности. Один из основных пунктов правил парусных соревнований гласит, что каждый участник гонки стартует на свой страх и риск. Ни судейская коллегия, ни организаторы, никто не несет ответственность за жизнь, здоровье и сохранность материальной части. И вдруг, несмотря на эти правила, появилась такая забота о моем здоровье и безопасности. ЯРНОВОСТИ : Кстати, о безопасности. Каким образом береговая команда планировала вам ее обеспечить? Они же на берегу были в то время, пока вы плавали в океане? — О чем и речь. Мою безопасность обеспечивала группа радистов. Это хорошие профессиональные ребята. Радисты меня выручили не раз. ЯРНОВОСТИ : Вы сказали, что спонсор отказался предоставить вам лодку. У вас ее совсем забрали? — Да, ведь лодку оплачивал спонсор. Хотя в одном из разговоров, когда речь зашла о судьбе лодки, он сказал — ты не волнуйся, она твоя. Но в итоге вышло так, как вышло. Мне написали письмо о том, что не могут предоставить лодку «в связи с заботой о моем здоровье и благополучии». Сейчас судно выставлено на продажу. Хотя если я найду человека или организацию, которая ее выкупит, лодка ко мне вернется. Но там серьезная сумма, минимум в два раза превышающая ее стоимость — 280 тысяч евро. Хотя на лодке до сих пор много моих вещей. ЯРНОВОСТИ : Когда в мае разговаривали с вами в Москве после пресс-конференции, очень много людей хотели пожать вам руку, спросить, как дела, поинтересоваться возможностью помощи. Где они сейчас? — Вы знаете, у меня в жизни довольно часто получалось так, что когда начинаешь говорить о помощи, тебе отвечают, что с деньгами сложно, но предлагают информационную помощь, то есть, одним словом это можно понимать как «иди ты». Хотя очень много людей действительно звонили, писали и поддерживали. В сообществе «Эсмеральда ОК» на Фэйсбуке я опубликовал свою точку зрения к новости о том, что якобы снимаюсь с гонки по состоянию здоровья. Но вскоре пост был удален, а меня там забанили. ЯРНОВОСТИ : Вы сейчас в Ярославле? Что планируете делать? — Надо будет слетать в Австралию, забрать вещи с лодки, которые дороги не по цене, но как память. А дальше у меня много дел за рубежом, в том числе плавание по интересным местам. В будущем планирую и участие в гонках, если найдем поддержку. ЯРНОВОСТИ : Приведем вашу яркую цитату из предыдущего интервью ЯРНОВОСТЯМ: «Если за государство возьмется за развитие парусного спорта — все вообще погибнет. Я так по своему опыту думаю. В свое время обивал пороги у нас, в Ярославле. И если, будучи губернаторами, Анатолий Лисицын и Сергей Вахруков еще как-то старались помочь, то при следующих я совсем с этим закончил». Прошло много времени и хотелось бы услышать подробности этих историй. — Мне просто не хочется тратить время на лишние телодвижения, потому что, как убедился, все это ведет к финансовым и моральным потерям. С тобой поговорят, а потом забудут. Так у меня было не раз. Или просто кинут на деньги, как получилось с мэрией и Трансатлантической гонкой в 2010 году. ЯРНОВОСТИ : Это было связано с оплатой доставки вашей яхты в Балтийск? — Да, тогда был губернатором Вахруков, который оказал небольшую помощь — меньше 10% от стоимости всего проекта. При этом областной спорткомитет написал письмо в городской, попросил присоединиться и помочь. В результате мне торжественно объявили, что выделят 50 тысяч рублей. Сказали, что просто дать деньги не могут, но что-то оплатят. Решили, что это будет доставка лодки к морю (тогда нельзя было это делать по воде). При этом добавили, что оплата произойдет, когда все случится. После гонки я вернулся в Ярославль через полгода и стал выяснять вопрос с оплатой. Оказалось, что оплаты до сих пор нет, а договор они потеряли. Я принес им новый. Они ответили, что платить не будут и на этом все закончилось. Хотя я к этому был готов и сразу нашел варианты финансирования. ЯРНОВОСТИ : То есть сейчас вы даже не хотите идти к ним за помощью? — Мне говорили, что когда я был в океане, на совещании у предыдущего мэра кто-то рассказал о том, что есть ярославский яхтсмен, который сейчас в кругосветке. Мэр помолчал и сказал: «Странные люди, а?». Да, конечно, я «странный», а они – нормальные?