«Взяла нож и...»: истории матерей, убивших сыновей-тиранов

«И я каждый раз прощала»

В тот день сын Марии Николаевны (имя изменено) в очередной раз пришел домой пьяный. С порога – брань, по пути на кухню – требования дать денег, через минуту – замах… То, что он сейчас ударит, Мария и не сомневалась. Уже третий год сын регулярно ее колотил, как-то сильно избил прямо на глазах у соседки. 

Мать терпела, все пыталась призвать к совести. Раз только решила обратиться в полицию, сына тогда посадили на 15 суток. Материнское сердце все это время было не на месте – как это она могла так поступить?.. После этого скандалы продолжились с новой силой, но Мария Николаевна решила за помощью больше ни к кому не обращаться и просто доживать свой век, часто забываясь в алкоголе.

В тот вечер в ее руках оказался нож…

– Я резала капусту. Повернулась, чтобы что-то ему ответить. А он уже летел на меня с кулаком. Ударил так, что я начала падать. И тут… Я сама не поняла как… ударила его ножом. Первый удар помню, второй уже нет… – Мария Николаевна закрывает лицо руками и начинает дрожать.

С того дня прошло уже четыре года. Тело умирающего сына на руках она чувствует до сих пор.

– За пару часов до этого собаки так страшно выли. Сразу приметила: нехороший знак. Но думала… сама умру. И лучше бы так! Сейчас я уже не могу ничего сделать, никак не могу исправить. Сердце очень болит.

Полицию, скорую пенсионерка вызвала сама, во всем призналась и оправдания не ждала...

Мария Николаевна родом из Волгоградской области. Работала сначала почтальоном, потом поваром, воспитателем в детском саду. Родила троих детей. 

Старший в 17 лет устроился на работу рыбаком и крепко запил. Не удалась у него и личная жизнь – после шести лет брака жена ушла к другому. Сын переехал к матери, и началось... 

– Сколько я с ним разговаривала... Спрашиваю: «Сынушка, ну где и что я упустила? Я всегда старалась, работала. Что я тебе сделала?». А он мне в ответ: «Ненавижу тебя». Но это только на пьяную голову. Так-то он был хорошим мальчиком. И я каждый раз прощала. Знаете, какая у него любимая песня была? Маликова, «Мама», – рыдает Мария Николаевна.

За годы она научилась по одному только звуку шагов определять – пьян сын или нет. От этого зависело: стоит ли оставаться дома. Частенько пенсионерка уходила через заднюю дверь и ночевала у соседки, чтобы избежать дома скандала.

– Я же всех троих одинаково воспитывала. И дочь не понимала, почему он такой. Он и младшие были такими разными… Как чужие! Но это все равно моя вина. Я б все отдала, чтобы его вернуть. Я любила его сильно. Как я вообще могла это сделать?! Я просто всем женщинам желаю правильно воспитать своих детей. Не так, как у меня получилось.

Дети у Марии Николаевны – от разных мужей. Когда, казалось, нашла свою самую большую любовь, родила младшего сына и была по-настоящему счастлива, случилось горе – муж умер. Следующие попытки устроить личную жизнь оказались не такими удачными. Для Марии Николаевны этот срок не первый – за два года до случившегося с сыном она ножом поранила своего сожителя – тоже, говорит, в потасовке. Тогда женщине дали два года условно. Теперь – семь лет, из которых четыре она уже отсидела.

«Надо было сразу пресекать»

Во взгляде, голосе, осанке Алены Александровны (имя тоже изменено) чувствуются жесткость, сила и желание все контролировать. Она – полная противоположность мягкой и тихой Марии Николаевне. 

Алена Александровна родилась в Казахстане, но еще ребенком вместе с семьей переехала на родину отца – в Ставропольский край. Там закончила школу, сельхозинститут, вышла замуж и родила пятерых детей. Муж вскоре умер, но судьба подарила еще одну любовь. Так все и жили без разногласий 20 лет.

Алена Александровна все это время работала в похоронном бюро, муж занимался строительством. Деньги в доме были, на все хватало. Дети помогали по дому и хозяйству, потом заканчивали школу и разъезжались по городам учиться в вузах. Один только ребенок, предпоследний, все держался рядом с мамой. Остался в селе, поступил в местное училище и... запил.

– Я много внимания ему уделяла, многое прощала. Вот так раз придет пьяный домой, второй. Я все жалела, по головке гладила. Мой же! Мы же на руках носим своих детей, лишний раз поругать не хотим. Нет! Это надо было пресекать, изначально стоять на своем.

В 2017 году Алена Александровна серьезно пострадала в аварии, полтора года пенсионерка лежала. За ней по больше части ухаживал один только сын.

– Сейчас уже я понимаю, что требовала от него слишком много, было много капризов. Сыну хотелось и погулять, а я вынуждала быть со мной. Ему просто надоело. Вот тогда начались постоянные попойки, вымогательства денег. Как выпьет – мама плохая. Как протрезвеет – извинения на коленях. Раньше как было? Мама сказала – так и должно быть. А теперь он понимал, что я лежачая, беспомощная. И этим пользовался. С каждым разом становилось все только хуже.

Тогда Алена Александровна и задалась целью встать на костыли, чтобы хоть как-то противостоять сыну. Понемногу ходить научилась, но на сына это уже не повлияло.

– В тот день он опять пришел домой пьяный. Как он только меня ни оскорблял, что он только мне ни говорил. Я была вся на нервах, внутри было столько обиды и боли. Не помнила себя. В каком-то тумане я как-то дошкандыляла до кухни, взяла нож и... – в первый раз за всю беседу голос пенсионерки дрогнул. – Он просто сказал: «Мамочка...» – и стал оседать. Я бросила костыли, схватила его. Не чувствовала боли. Просто кричала.

Алене Александровне дали девять лет в колонии.

– Какой бы ребенок ни был, я мать. Я должна была поступить по-другому. Не так. Так по отношению к чужим не поступают, а тут – свой. Да, он сорвался, ушел в другую сторону. Я должна была его на пусть наставить, а я не смогла.

«У любой мамы может родиться такой сын»

Свою жизнь сейчас Мария Николаевна и Алена Александровна называют адом – от мыслей о сыновьях они не могут спрятаться, не могут забыться. Все думают: как их любимые сыновья превратились в тиранов, а они сами – в убийц.

– У любой мамы может родиться будущий садист, – не утешает нас практикующий детский и семейный психолог Анастасия ЗАВИРОХИНА. – Да, прежде всего на ребенка влияет воспитание. Но он мог родиться с нарушениями, и тут уже как бы его правильно ни воспитывали, это не поможет. А бывает наоборот: ребенок родился здоровым, но с ним жестоко обращались. Придем к одному результату.

САДИСТИЧЕСКИЕ НАКЛОННОСТИ, ПО СЛОВАМ ПСИХОЛОГА, ФОРМИРУЮТ У ДЕТЕЙ ТРИ ФАКТОРА:

Первый – генетика. Ребенок может родиться уже с нарушениями в формировании лобных долей головного мозга. Человек тогда будет склонен к импульсивному поведению, к проявлению гнева и насилия, не сможет себя контролировать и останавливать. 

Второй – перинатальный. Во время беременности мама могла перенести инфекцию, травму, психическое потрясение. Это тоже влияет на ребенка и может стать причиной отклонений в его психическом развитии.

Третий – тяжелые травмы детства. Если ребенок подвергался насилию, то велика вероятность, что и он сам станет его проявлять по отношению к другим.

Анастасия советует обращать внимание и, главное, правильно реагировать на проявление ребенком жестокости. Главными маркерами, по которым определяют будущих садистов, психолог называет насилие над животными, склонность к поджогам и энурез (непроизвольное мочеиспускание). Также такие дети часто применяют насилие и по отношению к сверстникам, безразличны к чужой боли, не умеют сопереживать. 

Мамам таких детей следует обратиться к детскому психологу.

Но и сами родители могут допускать большие педагогические ошибки, которые потом приведут к страшным последствиям. 

Так, нельзя полностью ограничивать свободу воли ребенка и подчинять его себе. Чрезмерно опекающие и контролирующие родители загоняют ребенка «под купол», делают созависимым от себя. 

– А там, где созависимость – много гнева. И гнев этот подавленный. Но рано или поздно он выльется на того, кто беззащитен и не способен противостоять. Жертвой может стать будущая жена или мама, когда окажется беспомощной, – объясняет психолог.

Другая крайность – вседозволенность – приведет к такому же результату. 

– Отсутствие каких-либо рамок и запретов даст ребенку чувство, будто ему все можно и за это ничего не будет. Родители не должны закрывать глаза на драки, воровство, пьянство и другие социальнонеприемлемые действия: «Ничего, перерастет», «Все мы такие были». Нет! У ребенка должно быть понимание: что есть хорошо, а что – плохо.

– Очень важно: есть ли в окружении ребенка, подвергающегося насилию, кто-то, кто бы его поддержал, выслушал. Этим человеком может быть бабушка, учитель, тренер – неважно. Главное, чтобы мог протянуть руку помощи. Это будет настоящим спасением. Ведь если такой найдется, то вероятность, что ребенок станет садистом, сильно уменьшится.