О чем если не врал, то помалкивал автор капитана Врунгеля?

15 февраля скончался Андрей Некрасов (1907 – 1987), автор, написавший книжку, пережившую время – «Приключения капитана Врунгеля».

О книжке ниже, пока заметим следующее, - образ Врунгеля удался Некрасову не только потому, что базировался на прочной традиции барона Мюнхгаузена. Данная традиция побасенок, вдохновенного вранья, занимала чрезвычайное место в дорадийную эпоху, до нас же дошли только сполохи ее (вроде картины «Охотники на привале»).

Для прототипов Врунгеля литературоведы выделяют несколько кандидатур, почему-то вычленяя самого Некрасова, хотя Врунгель был именно его ипостасью.

И здесь мы сталкиваемся с тем, что веселое вранье Некрасова, который не гнушался интервью и автобиографических заметок, на самом деле преследовало цель заретушировать яркими красками неудобную для автора правду. Некрасов словно заговаривал реальность и заговорить ее удалось настолько, что аляповатая картинка биографии, им нарисованная, кочует по просторам интернета до сих пор.

На деле все обстояло не так уж гуд.

В детстве Некрасов переболел полиомиелитом, оставшись хромым на всю жизнь. По воспоминаниям современников, нога его жила отдельной жизнью, выделывая антраша, независимо от хозяина, потому Некрасов не мог долгое время пребывать в стоячем положении, норовя присесть.

Судя по рассказам Некрасова, с раннего детства он бредил путешествиями Марко Поло, не выпуская из рук книг Жюля Верна.

Вам этот испытывающий проблемы с передвижением мальчик, мечтающий бороздить моря – океаны никого не напоминает?

Ага…

Это ведь случай Стивенсона, еще одна культурологическая подпорка Некрасова для легковерных читателей.

В биографии для публики Некрасов после школы работал техником на Московской трамвайной станции, но жажда моря взяла свое. В 1926 году парень бросил Москву и поехал в Мурманск, где сходу устроился на рыболовецкое судно (опытного техника оторвали с руками, несмотря на ногу).

Началась карьера морского волка, во время которой Некрасов «Отстояв вахту, от нечего делать много читал и чем больше читал, тем больше хотелось мне и самому написать что-нибудь. Я завёл толстую тетрадку и стал записывать туда все интересные случаи, свидетелем или участником которых мне приходилось быть».

На самом деле, в 1926 году Некрасов собирался поступать в университет, а не ехать в Мурманск, но в 1927 его чуть не посадили в тюрьму, ограничившись трехлетней ссылкой в Марийскую область. Вменяли юноше обыкновенное краснобайство. Возмущенный тем, что в Италии арестовали группу молодежи за ношение красных звезд, Некрасов задумал глупейший эксперимент походить по столице нашей Родины со свастикой. Парень хотел продемонстрировать свободу нравов в СССР, но погорел за одно только высказанное намерение.

И проговорки о ссылке Некрасов допускал, упоминая о работе старателем на золотом прииске, умалчивая лишь при каких обстоятельствах на прииске оказался.

Флот в его жизни появляется только в 1929, и есть подозрение, появляется вынужденно (сразу после ссылки в Москве делать было нечего, следовало ковать рабочую биографию, потому нарисовался Мурманск).

Морская карьера, которая кормила писателя Некрасова всю жизнь, уместилась всего в пятилетку, хотя была интенсивной. В качестве кочегара Некрасов плавал в Баренцевом море, совершил рейс Владивосток – Ленинград с заходами в Сайгон и Сингапур. Поступив на заочное отделение Владивостокского морского техникума, перешел на работу в трест по добыче китов, где дослужился до положения замначальника.

Только вот незадача, едва закончив техникум, став дипломированным моряком, Некрасов устремился на берег. Его влекла Москва, где байки «бывалого моряка» потихоньку публиковались в детских журналах. Некрасов нашел покровителя в Борисе Житкове, который проделал путь из моряков в писатели до него.

В 1935 у Некрасова выходит сборник «Морские сапоги» и весь такой романтичный моряк бросает соленые просторы, не раздумывая. В 1936 Житков и главный редактор журнала «Пионер» Беньямин Ивантер берут Некрасова в соавторы книги «Повесть о товарище Кирове».

Житков подталкивает соавтора к созданию героя, который «рассказывает о своем кругосветном плавании и к былям небылиц без счету прибавляет». Как результат, на протяжении 1937 года «Пионер» публикует «Приключения капитана Врунгеля», которые на тот момент представляли не столько текст Некрасова, сколько рисунки Константина Ротова. 

Это был комикс.

В 1939 увидела свет книга с расширенным текстом.

В 1940 — ом Ротова арестовали и следующее издание «Приключений...» вышло через двадцать лет, зато во второй половине века, вплоть до 1991 года, книгу протиражировали 22 раза. Вышла пластинка; увидел свет фильм «Новые приключения капитана Врунгеля»; передачи «Будильник», где Врунгеля играл Юрий Волынцев. 

Однако, никто не сделал для популярности капитана больше, нежели многосерийный мультфильм Давида Черкасского, имеющий к первоисточнику отношение весьма отдаленное. После мультфильма, схватившись за томик «Приключений капитана Врунгеля», я испытал большое разочарование. Там не было ни «Бандито - ганстерито», ни суперагента Ноль-Ноль-Икс, ни статуи Венеры, ничего. После каждого просмотра мультфильма, я по инерции хватался за Некрасова, но ни разу его не дочитал (кстати, рисунки Ротова мне очень нравились).

Но почему же Некрасов не смог повторить успех?

Во время войны перед ним замаячили новые карьерные возможности, хотя фронтовой путь писателя отличался своеобразным зигзагом. Вообще не понятно, как его призвали, несколько раз в призыве отказывая. И почему призвали в самое пекло, определив в полк под Сталинградом. Зато понятно, почему, призвав, немедля комиссовали. На некрасовском примере виден бардак в действии, где правая рука, порой не ведает, что делает левая.

Тем не менее, Некрасов получил звание лейтенанта, вступил в Союз Писателей и получил работу в газете Северо-Кавказского военного округа.

На этой должности его и арестовали.

Только в последние годы выплыла причина ареста, но неясно откуда у нее растут ноги, из рассказов писателя, или поднятого дела.

Итак, Некрасова отправили в Астрахань, набрать сотрудников для типографии. По каким-то бюрократическим проволочкам ему никак не удавалось собранный коллектив накормить без подделки документов. При обнаружении подделки, выплыла предыдущая судимость. Шили дело по обвинению в шпионаже, в итоге ограничились 169 статьей («Мошенничество, имевшее своим последствием причинение убытка государственному или общественному учреждению»). Военным трибуналом Некрасова осудили на три года лагерей, через год срок снизили. В 1946 он уже разгуливал на свободе, а в 1956 добился реабилитации.

Книги у Некрасова начинают вновь появляться только с наступлением оттепели. Это по прежнему эксплуатация экзотических морских просторов - «Рассказы старого боцмана», «Мы были на Диксоне», «Судьба корабля». На плаву писателя держал «Врунгель», открывший ему путь в редколлегии журналов «Пионер» и «Океан», наделяя сознанием нужности читателю.

Помнят эту книгу до сих пор.

Только в 2020 — ых восемь переизданий.