Сажать и сажать: почему Ставропольскому краю нужно больше лесов

Пески наступают Леса занимают всего 1,6% всей площади региона. Меньше — только у степной Калмыкии (0,2%). У ещё одного региона-соседа — Ростовской области — 2,4%, она также находится внизу топа по лесистости вместе с Астраханской (1,8%), Волгоградской (4,2%) и Оренбургской (4,7%) областями. В Рослесинфорге заявляют, что на процент лесистости влияют климатические условия: температура и количество осадков, а также рельеф, наличие водоёмов и хозяйственная деятельность человека. Но списать на естественные причины низкий уровень лесистости Ставрополья сложно. Раньше деревьев было больше. И эксперты в области экологии заявляют, что региону просто необходимо возвращаться к этому. Так, например, председатель общественного совета при минприроды региона Владимир Емельянов считает, что, уровень лесистости должен быть в 5-7 раз выше, чем сейчас, чтобы компенсировать негативные изменения в окружающей среде. Сейчас же кроме парниковых газов самым заметным экологическим результатом нехватки деревьев на Ставрополье является опустынивание. «Это в первую очередь связано с недостаточной защитой водоохранных зон и состоянием лесополос. Им в последние годы засуха нанесла колоссальный ущерб. Погибли даже отдельные виды акаций, которые считались весьма засухоустойчивыми. Таким образом, слабеет мощный потенциал, заложенный в советское время. Тогда высадкой лесополос занималась вся страна от мала до велика: и школьники, и работники предприятий выезжали на посадки и заботились о деревьях. Это была большая государственная, всенародная задача. И благодаря этому в том числе росла аграрная мощь России, особенно на Юге страны»,  — говорит депутат ставропольской краевой думы, член правления Российского зернового союза Петр Коротченко. В министерстве природных ресурсов и окружающей среды края заявили, что также обеспокоены деградацией почв, общая площадь которой в регионе достигла 50 га и привела к началу пыльных бурь. В ведомстве отмечают, что причина в полном или почти полном отсутствии лесов и лесополос на площади 12 тыс. га, из которых 4 тыс. приходятся на восточные районы Ставрополья. «Это обусловлено естественным циклом жизни насаждений. Большая часть их создавалась в 1970-е годы, долго им не обеспечивалась сохранность, что приводило к вырубке и выжиганию. По поручению губернатора мы приступили к разработке программы по развитию агролесомелиоративного комплекса и восстановлению утраченных лесных полос на востоке Ставрополья»,  — сообщили в минприроды региона. Прибавление — мизерное Сажают деревья сейчас и вне этой программы. В соответствии с Лесным планом Ставропольского края, который был разработан в 2011 году, ежегодно нужно восстанавливать 54 га насаждений. С 2019 года эти работы выполняются в полном объёме. В минприроды сообщили, что именно в 2019-м в регионе начал действовать проект «Сохранение лесов Ставропольского края», который финансируется из федерального бюджета по нацпроекту «Экология». По 2023 год благодаря этому регион получил 290,9 млн рублей, которые тратятся на высадку деревьев, создание запаса семян, приобретение техники для работ и пожарной охраны и прочее. За указанный период было создано 227,6 га лесных культур. За ходом работ следят в том числе и в общественном совете при минприроды региона. «Ведомство справляется с этой задачей. Восполнение выбывающих лесов производится, даже идёт прибавление. Но оно мизерное, так можно прибавлять леса сто лет, чтобы достигнуть каких-то весомых результатов. Необходимы более серьёзные шаги. В том числе, необходимо менять законодательство. Сейчас оно не позволяет привлечь частный капитал в лесовосстановление»,  — говорит председатель общественного совета Владимир Емельянов. Казалось бы, если главные интересанты в появлении лесов на сегодняшний день — это ставропольские аграрии, то, может, они бы могли высаживать деревья за свой счёт или лучше следить за состоянием защитных полос? «Сельхозтоваропроизводители, может, и рады были бы поучаствовать в восстановлении лесополос, но их экономическое состояние не позволяет этого. Из-за экспортных пошлин на зерно и роста цены на ГСМ ресурсов хватает лишь на основную деятельность, но никак не на глобальные, хоть и необходимые, экологические проекты. Тем более что большая часть лесополос находится в государственной собственности, что правильно: так гарантируется сохранение от вырубки и последующей распашки земель»,  — говорит депутат Петр Коротченко. Впрочем, эксперты сходятся в одном: сам Ставропольский край с такой глобальной проблемой не справится, ему необходима серьёзная государственная помощь. В первую очередь, финансовая. Если сегодня вновь заняться вопросом формирования лесополос, это позволит укрепить продовольственную безопасность страны и увеличить экспортные возможности в связи с тем, что основной экспортный продовольственный потенциал находится на Юге России. Глаз да глаз и камера в придачу Леса мало посадить и вырастить, их необходимо также сохранить. Без контроля чащи засоряются, вырубаются и попросту горят. Последнее, к счастью, Ставрополья сегодня касается в меньшей степени: за последние три года лесных пожаров в регионе не регистрировали. Но опыт соседей показывает, что угроза остаётся вполне реальной. По данным Департамента лесного хозяйства по ЮФО, на 1 сентября 2023 года на землях лесного фонда в субъектах ЮФО и СКФО зарегистрировано 54 лесных пожара: горели 571,26 га. Леса полыхали в Адыгее, Ростовской и Волгоградской областях, Краснодарском крае, Крыму и Дагестане. Основная причина возгораний — переход на леса ландшафтных пожаров, которые не редки и на Ставрополье. Казалось бы, если пожаров в регионе нет, значит, мониторинг лучше, чем у соседей? У главного лесничества на юге России на этот счёт немного иное мнение. Так, например, одним из эффективных методов наблюдения за лесом сегодня является видеонаблюдение. В Краснодарском крае и Крыму, например, благодаря этому удаётся наблюдать за огромной площадью лесов — от 45 до 85%. Ставрополье же относится к субъектам, где систему видеоконтроля для обнаружения лесных пожаров ещё предстоит развивать. Контроль «на земле» тоже хромает. В лесах Ставропольского края разработано 215 маршрутов патрулирования общей протяженностью 7,7 тыс. км, однако проходить подобное расстояние просто некому. Эксперты, знакомые с ситуацией, говорят о фатальной недоукомплектованности состава лесников. Основная причина — слишком низкие зарплаты. На эту работу идут люди идейные, продолжают трудиться те, кто уже привык и чуть ли не живёт в своих лесничествах. Прочим слишком трудно удержаться. На помощь волонтёров Ставрополью тоже не приходится надеяться. В Крыму общественных лесных инспекторов 25, в Волгоградской области — 38, а в Республике Калмыкия — 68. «В Ставропольском крае по информации министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды к мероприятиям по охране лесов привлечено всего два общественных инспектора. Для эффективного выполнения задач по сохранению лесов региона следует развивать институт общественных лесных инспекторов, привлекать их к участию в мероприятиях по охране лесов граждан и представителей общественных объединений»,  — заявляет начальник Департамента лесного хозяйства по ЮФО Петр Костенич. Прилетит вдруг волшебник? Костенич также рассказал о том, что будет, если проконтролировать ситуацию не получится, и всё же где-то возникнет серьёзный лесной пожар. Во-первых, в любом регионе разработаны планы по тушению, каждое ведомство знает, что оно должно делать, в какой срок и в каком месте. «На тушение пожаров привлекаются  формирования лесопожарных станций. Кроме того, при возникновении крупных пожаров площадью более 25 га, а также при угрозе населённым пунктам и объектам инфраструктуры, привлекаются силы МЧС России. Также на тушении задействуются силы муниципальных образований, добровольцы и арендаторы лесных участков. В случае, когда используются все силы и средства, привлекается резерв «Авиалесоохраны»,  — говорит Костенич. По его словам, федеральный резерв «Авиалесоохраны» ежегодно оказывает помощь в тушении самых сложных лесных пожаров в труднодоступных и удалённых районах, куда практически невозможно добраться наземным транспортом. Авиапожарные десантируются с парашютом с борта самолета или на спусковом устройстве с вертолёта на неподготовленные площадки в район пожара. В условиях ЧС специалисты ведомства тушат лесные пожары и в населённых районах. Стоит отметить, что применение вертолетов для тушения пожаров на Юге России — это не что-то из области теоретических возможностей. Как сообщили в «Авиалесоохране», в 2017 году  сложная лесопожарная обстановка наблюдалась в Волгоградской и Ростовской областях. На помощь регионам были переброшены около 200 специалистов организации. Кстати, летают воздушные пожарные на отечественной технике: наиболее удобными машинами для обнаружения лесных возгораний и доставки специалистов на место являются вертолет Ми-8 и самолет Ан-2. Так, например, Ми-8-МТВ-1, произведённый на «Казанском вертолётном заводе», оснащен дополнительными топливными баками, что позволяет летать на более дальние расстояния, и имеет конструкцию для крепления водосливного устройства. В «Авиалесоохране» отмечают, что в случае необходимости могут решать задачи и в Ставропольском крае, если соответствующий запрос поступит от регионального правительства и будет одобрен Федеральным штабом по координации деятельности по тушению лесных пожаров. Вопрос контроля за лесами станет ещё более актуальным, если их площадь будет расти, как того хотели бы эксперты, сельхозтоваропроизводители и, пожалуй, все ставропольцы. В конце концов, речь идёт о том, чтобы просто свободнее дышалось.