Поможем Зине, которая никогда не просила о помощи
Поможем Зине, которая никогда не просила о помощи
Зина Сергеева всегда всего добивалась сама. Сильная, ответственная, работоспособная, она тянула на себе двоих детей. Но у нее обнаружили лейкоз. Единственное, что может ей помочь, – пересадка костного мозга. И надеяться остается только на других.
Зине завтра исполняется 40 лет, а она никогда не была в отпуске, не считая двух декретных. И ни разу в жизни не ездила за границу. Самое дальнее, куда уезжала от дома, – в Москву, в гости к брату. Работала по 13 часов, а то и по 16. Брала подработки, чтобы поднять детей, и получала за все вместе 18 тысяч рублей. Зина молодая и симпатичная, с мелодичным голосом. Слушаешь ее, и хочется помочь, даже если не знаешь, что у нее одно из тяжелейших онкозаболеваний – острый миелобластный лейкоз.
Ахтубинск – маленький военный городок в Астраханской области. Регион сам по себе небогатый, а Ахтубинск – откровенно бедный. Точнее, не так. Тут есть две касты: военные – они на общем фоне богачи, и все остальные, многие из которых получают минимальную зарплату – чуть меньше 13 тысяч. На их фоне Зина с ее трудоголизмом и гиперответственностью вполне обеспеченная. Ее семья тоже из штатских: отец железнодорожник, мама сначала работала в сберкассе, потом – продавцом. Да, еще из здешних примет – полигон Капустин Яр в 50 километрах от города, где проводились ядерные испытания. Рак среди местных – болезнь не редкая.
В конце 1990-х Зина, как и многие, мечтала уехать куда-нибудь, выбраться из Ахтубинска. Но отцу плохо платили, маму сократили, надо было помогать. Потом родился сын Сережа. Через семь лет – дочка Даша. Муж ушел. Алименты платит исправно, но работает охранником, так что на двоих детей выходило 5 тысяч в месяц. Снова замуж, конечно, звали, но не шла.
– Это первый раз все легко женятся, а второй раз хочется, чтобы все было серьезно, – говорит Зина.
Все тянула сама. В Спецстрое, потом много лет за прилавком в магазине, в химчистке, а последние годы – диспетчером в фирме такси. С ее голосом – самое подходящее место.
– По выходным и праздникам военные гуляют, в такси много заказов, и я охотно брала подработки, – рассказывает Зина. – Хотелось, чтобы у детей все было. Занятия, секции.
У детей и правда было все. Кроме жилья. Живут Сергеевы в комнате коммуналки, в аварийном доме. Но купить квартиру нереально. Из-за служилых с их военной ипотекой жилье в Ахтубинске дорогое. Зато дети всегда накормлены, одеты. Всегда ходили в кружки и секции. Даша хорошо рисует, учится в художественной школе. Сережа занимался рукопашным боем. А этой весной поступил на бюджет в местный филиал Московского авиационного института – будет авиационным инженером.
Только у самой Зины не было ни хобби, ни отпусков. Казалось, что все можно отложить на потом. Нет, за собой женщина следила. Регулярно ходила в спортзал, питалась правильно.
– Когда весной у меня началась слабость, я думала, это просто лень, – вспоминает она.
Оказалось, лейкоз. Ну то есть сначала были температура, боль в горле, лечение от ангины, которое, понятно, не помогло. Дальше – типичный путь: анализ крови, обнаружение опухолевых клеток, областная больница, пункция костного мозга и окончательный диагноз. Химиотерапия в Астрахани, потом – в Санкт-Петербурге, в НМИЦ имени В.А. Алмазова. Лечение Зина переносила тяжело, но благодаря ему удалось добиться ремиссии. К сожалению, в опухолевых клетках обнаружили мутации. А значит, чтобы вылечить лейкоз окончательно, нужна пересадка костного мозга.
Врачи провели HLA-типирование Зининого брата, но он не подошел. Зато подходящего донора удалось найти в Национальном регистре доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Сложность в том, что все мероприятия по подбору донора, его обследованию и забору у него кроветворных клеток стоят 621 019 рублей. Государство у нас все эти процедуры не оплачивает. А самой Зине пришлось бы для этого работать три года подряд (это если не есть самой и детей не кормить). Поэтому вся ее надежда – на неравнодушных людей, которые помогут собрать эту сумму.
Первое время после диагноза Зина даже вещи себе перестала покупать. Думала: а вдруг уже не понадобится? А потом поняла, что хочет жить.
– Мне всегда было не до себя, о чем сейчас я больше всего жалею, – признается Зина.
Она мечтает делать то, на что никогда не хватало времени. Путешествовать. Возможно, снова выйти замуж. А больше всего, конечно, выздороветь. Поможем?