Владимир Высоцкий. Армянские странички
Первый раз в Армении Высоцкий побывал в 1970 году. Однако армянское окружение сопровождало Высоцкого с самого детства. «Мамой Женей» называл он мачеху Евгению Лихалатову (в девичестве Мартиросову) Уроженка Баку, она была вывезена матерью в Астрахань во времена армянских погромов 1918 - 1919 гг. Оставшийся в Баку отец вскоре умер от сыпного тифа. В том же Баку в 1942 г. трагически погиб её первый муж Р. Лихалатов, чью фамилию она продолжала носить до самой смерти.
Отроческие годы будущего поэта неразрывно связаны с именем легендарного Левона Кочаряна, сына знаменитого актера и рассказчика, народного артиста СССР и Армянской ССР Сурена Акимовича Кочаряна. Именно дома у Кочаряна будущий большой поэт познакомится с такими незаурядными личностями, как Василий Шукшин и Андрей Тарковский, Эдмонд Кеосаян и Артур Макаров, Григорий Поженян и Юлиан Семенов.
Именно на кочаряновском «Днепре-10» и были сделаны первые записи молодого Высоцкого. Стоит ли говорить, что Володе тогда было семнадцать лет, и что именно кочаряновская квартира это и есть знаменитый дом на Большом Каретном. Левон Кочарян был организатором и душой знаменитой «компании на Большом Каретном», которая так много значила в жизни Владимира Высоцкого (Где твои семнадцать лет? На Большом Каретном. Где твои семнадцать бед? На Большом Каретном. Где твой черный пистолет? На Большом Каретном. А где тебя сегодня нет? На Большом Каретном...) Высоцкий специально ездил со своим другом Давидом Карапетяном в Армению, чтобы там, вдали от чужих глаз, пройти обряд крещения. "Володе хотелось и посмотреть Армению, и он рассчитывал, что он там с кем-то встретится, кому-то споет. Все это так, но главная его цель была – креститься.
Протоиерей РПЦ и исследователь творческого и христианского пути Высоцкого Михаил Ходанов пишет:
" Интересно, что Д. Карапетян впоследствии написал воспоминания о своих встречах с Высоцким, но факт крещения в книге не отразил. Почему? В воспоминаниях преобладает мирской дух, смакуются мужские страсти и прочее. Очевидно, что для автора крещение Высоцкого не имело какой-то особой значимости. Личные похождения выглядели куда привлекательнее. Ну да ладно. Все равно – огромная благодарность Давиду Сааковичу за его поистине добрый поступок. Верю, что за это ему простится множество грехов.
Давид Карапетян и Владимир Высоцкий
Как поминать Высоцкого? Раньше люди ездили в подмосковные Мытищи, в храм святого мученика Уара, который, по преданию Церкви, принимает прошения за некрещеных и сонм иных проблемных людей: самоубийц, иноверцев и «поганых», то есть язычников. Однако в данном случае нет смысла ограничиваться предстательством этого святого.Русская Православная Церковь признает действенность Крещения, совершённого в Армянской Апостольской Церкви.
Высоцкий совершенно не знал разницы между двумя Церквями, не ведал тонкостей армянского монофизитства. Это был 1970 год. Скорее, всего, ничего не знал о монофизитстве и сам Карапетян. Он, как и большинство армян, был совершенно уверен в том, что Армянская Церковь – древняя и православная.
Так вот – о поминовении. Если бы Высоцкий был жив, то его присоединение в Русской Церкви произошло бы через простое покаяние. Не ведал, мол, не знал, не понимал. Что, собственно и соответствовало действительности. Однако поэт умер, и не успел покаяться в том, в чем, по сути, совсем и не был виноват. Надеюсь, это понятно.
Что же теперь делать? А вот что. Решать данный вопрос должно не хмуро-ригористически, в духе мрачного Торквемады и неумолимо «святой» инквизиции, а руководствуясь принципом икономии, то есть сострадания и любви, так как Бог христиан есть Любовь.
Владимир Высоцкий и Марина Влади в доме в Мезон-Лаффит. фото Джеймса Андансона
Между двумя церквами – Армянской и Русской – нет литургического общения. То есть в православном храме нет возможности полагать в Чашу заупокойную частицу просфоры за умершего, крещенного в Армянской церкви, чтобы омыть ее Кровью Христовой (при этом омываются грехи поминаемого человека). Православный христианин призван быть послушным Матери-Церкви и учитывать все эти нюансы. Хотя на самом деле в данном конкретном случае следует обратиться за разъяснением к нашим православным канонистам и специалистам по церковному праву: ведь, насколько известно, мы признаем действенность Крещения, совершенного в Армянской церкви, и принимаем всех желающих присоединиться к Русской православной церкви по так называемому третьему. облегченному чину (первый чин – перекрещивание, второй – миропомазание) – через покаяние. "
Мне, крещённому в Грузинской православной церкви, несколько странно слышать что, армяне, принявшие христианство в качестве государственной религии за 725 лет до крещения Руси 1700 лет заблуждались в своём православии вместе с Высоцким. Однако оставим это спорное утверждение и богословский спор на совести клириков Русской и Армянской Церквей. Думаю для Высоцкого большее значение имели не конфессиональные разночтения, а совсем другие приоритеты, среди которых было восприятие Армении и Армянской Церкви через рассказы своей мачехи армянки и его армянских друзей. Он мог креститься как в России, так и в Грузии, и вряд ли испугался бы преследования уже только потому, что в те годы брежневской оттепели даже многие члены партии не боялись крестить своих детей. Впрочем , в случае с Высоцким, речь точно шла не о церкви и приоритетах, а скорее о небесном и земном.
Интересны воспоминания Светланы Светличной: «В 1965 году Высоцкий снялся у Эдика Кеосаяна в «Стряпухе». Мне кажется, что он снимался не для того, чтобы была еще одна кинематографическая роль. Просто Эдик Кеасоян, с Левой Кочаряном видно договорились его занять, чтобы Володя не чувствовал себя одиноким, ненужным, забытым».
Левон Кочарян скончался от рака в 1970 году. Миша Ястреб (легендарный московский вор, в перерывах между «отсидками» часто бывал на Большом Каретном) пережил Леву. 16 сентября 1970 года, когда хоронили Кочаряна, он пытался прорваться на панихиду, размахивая на проходной справкой об очередном освобождении, а его не пускали. Вышел Юлиан Семенов и провел его по своему красному удостоверению к гробу. Гражданская панихида на «Мосфильме»…
Высоцкий и неизвестные офицеры
Высоцкий на Большом Каретном — эта тема, требует отдельного разговора. Сам Высоцкий часто рассказывал на концертах о своем друге, об истории создания знаменитых песен из Каретного цикла, а в конце добавлял: «Нет хозяина этой квартиры, нет Левы Кочаряна… Он успел снять только одну картину как режиссер — «Один шанс из тысячи»… Он его поймал и быстро умер. Он успел немного. Он жил жарко — вспыхнул и погас — мгновенно». Показательно, что авторами сценария снятого в 1968 году на Одесской киностудии фильма «Один шанс из тысячи» были Андрей Тарковский, Левон Кочарян и Артур Макаров. Интересны воспоминания Светланы Светличной: «В 1965 году Высоцкий снялся у Эдика Кеосаяна в «Стряпухе». Мне кажется, что он снимался не для того, чтобы была еще одна кинематографическая роль. Просто Эдик Кеасоян, с Левой Кочаряном видно договорились его занять, чтобы Володя не чувствовал себя одиноким, ненужным, забытым».
Валерий Нисанов вспоминал: «Однажды Володя зашел ко мне домой – это было в конце мая 1980 года. А у меня на стене висят фотографии, на одной из них я снят вместе с Левой Кочаряном. Володя остановился перед этой фотографией и долго-долго стоял и смотрел. Не знаю, что когда-то между ними произошло, но у Володи вдруг началась истерика, самая настоящая, со слезами…».
Марина Влади в своей книге «Владимир, или Прерванный полет» пишет: «Среди твоих любимых артистов есть один, нежность к которому у тебя безгранична. Его зовут Енгибаров. Он молод, в нем все прекрасно. Он тоже своего рода поэт, он заставляет смеяться и плакать публику – и детей , и взрослых. Этот удивительный атлет творит чудеса на арене, и если тебе удается на несколько секунд сделать «крокодила на одной лапе», то он без видимого усилия может больше минуты оставаться в таком положении… Однажды тебе звонят, и я вижу, как у тебя чернеет лицо. Ты кладешь трубку и начинаешь рыдать, как мальчишка, взахлеб. Я обнимаю тебя, ты кричишь:«Енгибаров умер». Леониду Енгибарову Высоцкий посвятил стихотворение "Енгибарову от зрителей" и песню "Канатоходец".
Высоцкий и Параджанов
Точная дата знакомства Высоцкого с Параджановым неизвестна. Вероятно, это произошло во второй половине 60-х годов, возможно, во время гастролей «Таганки» в Киеве в сентябре 1971 года. Как пишет редактор журнала «Украинская культура» А.Яремчук, «очень колоритная публика приходила в квартиру 64 по бульвару Тараса Шевченко… В те времена побывать в Киеве и не зайти к Параджанову считалось почти неприличным».
Разумеется «Таганка» посетила Параджанова, но Высоцкий бывал в Киеве довольно часто и до тех гастролей. Оказывается, Параджанов хотел использовать Высоцкого в своём фильме в качестве… действующего лица.
В августе 1972 года Высоцкий и Влади отдыхали в Юрмале. В это же время там был и Параджанов. Однажды в номере Высоцкого отключили воду, и он позвонил Параджанову, попросил оставить ключи от номера у портье. Войдя в комнату, они увидели на столе фрукты, сигареты, минеральную воду. Сюрприз открылся чуть позже: к душу, сверху, был прикреплён букет роз – так, чтобы вода лилась на Марину с охапки цветов…
Пока никто не может сказать наверняка, установлены ли были подслушивающие устройства в квартире Высоцкого. Запись же разговоров Параджанова велась, во всяком случае, перед арестом. А.Яремчук в документальной повести «Параджанов – «безумный» гений в украинской пустыне» приводит слова следователя Е.Макашова, который вёл дело Параджанова: «Он интересный рассказчик. Но я бы с ним не дружил. Знаете, почему? Он крайний эгоцентрист. Во время следствия ко мне попала магнитофонная запись. Параджанов у себя на квартире спрашивал пьяного Высоцкого: «Ну, скажи, разве есть в этой стране гении, кроме нас с тобой?!». Высоцкий был в Киеве с концертами в ноябре 1973 г. Возможно, именно тогда и была сделана эта запись.
Возможно, последний раз Высоцкий и Параджанов встречались в сентябре-октябре 1979 г., когда Театр на Таганке гастролировал в Тбилиси. Верный себе, Параджанов пригласил к себе, на улицу Коте Месхи, весь театр. «Вино лилось рекой, песни струились, балконы ломились от фруктов… С Высоцким у него была отдельная встреча», – писал В.Смехов.
Параджанов очень любил Высоцкого. Поэтому, когда в октябре 1981 года он инкогнито приехал в Москву (инкогнито, поскольку после тюрьмы ему было запрещено туда ездить) и Ю.Любимов пригласил его на общественный просмотр спектакля «Владимир Высоцкий», то Параджанов не только пришёл на спектакль, но и выступил на обсуждении.
«Ереванские гастроли» были, в общем-то, случайными: поехали вместе в Сочи, а через несколько дней оказались, что называется, «на мели». И тогда Володя попросил Давида организовать концерт в Ереване.
Выступал он в каком-то очень большом и хорошем зале. Зал битком, причем видно: наверняка какое-то закрытое учреждение. И… ни одного магнитофона у публики. Стало быть, в эту контору с магнитофонами нельзя. Радуясь такому случаю, Высоцкий решил оттянуться по полной программе: раз не пишут — можно петь запрещенные песни! И выдал на всю катушку. Зал в восторге, стол ломился от угощений, деньги подали в конверте тут же по окончании и новенькими купюрами! Высоцкий аж растрогался от такого сверхгостеприимства. Даже по хлебосольным кавказским обычаям. И когда ехал обратно, спросил организатора концерта: что это за организация, где его так прекрасно принимали. И на свой вопрос получил простенький ответ: «Это КГБ Армении». Высоцкий побелел. Он понял, почему не было магнитофонов в первом ряду. Поменявшегося в лице Высоцкого успокоили; «Ничего-ничего, всё в порядке, приезжайте к нам снова. Спасибо Вам большое!».
Будучи в Армении поэт побывал и на озере Севан. В 2002 г. в Москве вышел сборник памяти Высоцкого. В него вошли главы из второго, дополненного издания книги Давида Карапетяна «Высоцкий. Между словом и славой» и три повести известного сценариста и режиссера Ильи Рубинштейна «Городской романс», «Прыг-скок», «Это был воскресный день».
Любопытен отрывок из первой части сборника «Семь путешествий с Владимиром Высоцким», посвященный пребыванию поэта в Армении в апреле 1970 года: «Поездку на Севан организовал Ревик; с нами были два-три его приятеля и Баграт Оганесян, — пишет Карапетян. — Приехали, походили по берегу клином врезавшегося в Севан полуострова… Синяя чаша озера в оправе дымно-фиолетовых скал Володю заворожила. Он жадно вбирал ноздрями его тревожный воздух. Заметив на вершине холма две небольшие старинные церкви, ему захотелось их увидеть вблизи. К храмам вели выбитые в скальной породе крутые ступени. Чтобы помочь гостю, Ревик взял его под локоть, но тот, вежливо отстранившись, пробурчал: «Я сам». Добравшись до первой церковки, запыхавшийся Володя начал гладить ее сырые замшелые камни. До сих пор жалею, что никто не захватил с собой фотоаппарата. Потом нас пригласили в прибрежный ресторан «Ахтамар» отведать прославленной севанской форели…».
" Левон Суренович Кочарян оказал огромное влияние на молодого Высоцкого и потому следует рассказать о нем подробнее. Анатолий Борисович Утевский вспоминает: "Левушка был удивительным человеком: прекрасно знал литературу и кино, пел, играл на гитаре, был спортсменом - великолепно боксировал, на съемках сам водил танки, а Толя Гарагуля, капитан теплохода "Грузия", рассказывал, что однажды Лева сам пришвартовал теплоход. Лева любил удивлять людей - мог выпить бокал шампанского и закусить фужером. Спокойно жевал бритвы, мог проколоть щеку иголкой. Это производило впечатление, особенно на молодых девушек. Кочарян был очень разносторонним человеком - не было профессии или ремесла, которыми он не смог овладеть. В доме он буквально все сделал сам, мог сшить себе рубашку... Потом вдруг стал увлекаться абажурами - у всех у нас были Левушкины абажуры. На каком-то своем фильме сам сконструировал и построил не то бричку, не то тачанку. Не было профессии или ремесла, которыми бы он не смог овладеть...
В общем, Лева был человеком уникальным. Эта уникальность проявлялась прежде всего в его умении дружить, выслушать и понять близких друзей, коллег по работе, просто знакомых. Именно поэтому многие тянулись к нему...
Кочаряна как второго режиссера ценили многие наши известные мастера. На "Мосфильме" даже говорили, что Кочарян - первый среди всех вторых режиссеров.
Общение с Кочаряном всем нам давало много, а Володе, как мне кажется, особенно. Во многих вещах он просто подражал Кочаряну. Леву любили многие люди и, как вы понимаете, было за что...".
.
За пять месяцев до... Высоцкий на концерте в Долгопрудном произнёс следующую фразу о своих друзьях "...В этой компании мы прожили вместе нашу молодость, и, в общем, я писал для них".
И, возможно, именно там, на Большом Каретном, и состоялось его первое духовное крещение.
https://hayduk.livejournal.com/360744.html
Отроческие годы будущего поэта неразрывно связаны с именем легендарного Левона Кочаряна, сына знаменитого актера и рассказчика, народного артиста СССР и Армянской ССР Сурена Акимовича Кочаряна. Именно дома у Кочаряна будущий большой поэт познакомится с такими незаурядными личностями, как Василий Шукшин и Андрей Тарковский, Эдмонд Кеосаян и Артур Макаров, Григорий Поженян и Юлиан Семенов.
Именно на кочаряновском «Днепре-10» и были сделаны первые записи молодого Высоцкого. Стоит ли говорить, что Володе тогда было семнадцать лет, и что именно кочаряновская квартира это и есть знаменитый дом на Большом Каретном. Левон Кочарян был организатором и душой знаменитой «компании на Большом Каретном», которая так много значила в жизни Владимира Высоцкого (Где твои семнадцать лет? На Большом Каретном. Где твои семнадцать бед? На Большом Каретном. Где твой черный пистолет? На Большом Каретном. А где тебя сегодня нет? На Большом Каретном...) Высоцкий специально ездил со своим другом Давидом Карапетяном в Армению, чтобы там, вдали от чужих глаз, пройти обряд крещения. "Володе хотелось и посмотреть Армению, и он рассчитывал, что он там с кем-то встретится, кому-то споет. Все это так, но главная его цель была – креститься.
Протоиерей РПЦ и исследователь творческого и христианского пути Высоцкого Михаил Ходанов пишет:
" Интересно, что Д. Карапетян впоследствии написал воспоминания о своих встречах с Высоцким, но факт крещения в книге не отразил. Почему? В воспоминаниях преобладает мирской дух, смакуются мужские страсти и прочее. Очевидно, что для автора крещение Высоцкого не имело какой-то особой значимости. Личные похождения выглядели куда привлекательнее. Ну да ладно. Все равно – огромная благодарность Давиду Сааковичу за его поистине добрый поступок. Верю, что за это ему простится множество грехов.
Давид Карапетян и Владимир Высоцкий
Как поминать Высоцкого? Раньше люди ездили в подмосковные Мытищи, в храм святого мученика Уара, который, по преданию Церкви, принимает прошения за некрещеных и сонм иных проблемных людей: самоубийц, иноверцев и «поганых», то есть язычников. Однако в данном случае нет смысла ограничиваться предстательством этого святого.Русская Православная Церковь признает действенность Крещения, совершённого в Армянской Апостольской Церкви.
Высоцкий совершенно не знал разницы между двумя Церквями, не ведал тонкостей армянского монофизитства. Это был 1970 год. Скорее, всего, ничего не знал о монофизитстве и сам Карапетян. Он, как и большинство армян, был совершенно уверен в том, что Армянская Церковь – древняя и православная.
Так вот – о поминовении. Если бы Высоцкий был жив, то его присоединение в Русской Церкви произошло бы через простое покаяние. Не ведал, мол, не знал, не понимал. Что, собственно и соответствовало действительности. Однако поэт умер, и не успел покаяться в том, в чем, по сути, совсем и не был виноват. Надеюсь, это понятно.
Что же теперь делать? А вот что. Решать данный вопрос должно не хмуро-ригористически, в духе мрачного Торквемады и неумолимо «святой» инквизиции, а руководствуясь принципом икономии, то есть сострадания и любви, так как Бог христиан есть Любовь.
Владимир Высоцкий и Марина Влади в доме в Мезон-Лаффит. фото Джеймса Андансона
Между двумя церквами – Армянской и Русской – нет литургического общения. То есть в православном храме нет возможности полагать в Чашу заупокойную частицу просфоры за умершего, крещенного в Армянской церкви, чтобы омыть ее Кровью Христовой (при этом омываются грехи поминаемого человека). Православный христианин призван быть послушным Матери-Церкви и учитывать все эти нюансы. Хотя на самом деле в данном конкретном случае следует обратиться за разъяснением к нашим православным канонистам и специалистам по церковному праву: ведь, насколько известно, мы признаем действенность Крещения, совершенного в Армянской церкви, и принимаем всех желающих присоединиться к Русской православной церкви по так называемому третьему. облегченному чину (первый чин – перекрещивание, второй – миропомазание) – через покаяние. "
Мне, крещённому в Грузинской православной церкви, несколько странно слышать что, армяне, принявшие христианство в качестве государственной религии за 725 лет до крещения Руси 1700 лет заблуждались в своём православии вместе с Высоцким. Однако оставим это спорное утверждение и богословский спор на совести клириков Русской и Армянской Церквей. Думаю для Высоцкого большее значение имели не конфессиональные разночтения, а совсем другие приоритеты, среди которых было восприятие Армении и Армянской Церкви через рассказы своей мачехи армянки и его армянских друзей. Он мог креститься как в России, так и в Грузии, и вряд ли испугался бы преследования уже только потому, что в те годы брежневской оттепели даже многие члены партии не боялись крестить своих детей. Впрочем , в случае с Высоцким, речь точно шла не о церкви и приоритетах, а скорее о небесном и земном.
Интересны воспоминания Светланы Светличной: «В 1965 году Высоцкий снялся у Эдика Кеосаяна в «Стряпухе». Мне кажется, что он снимался не для того, чтобы была еще одна кинематографическая роль. Просто Эдик Кеасоян, с Левой Кочаряном видно договорились его занять, чтобы Володя не чувствовал себя одиноким, ненужным, забытым».
Левон Кочарян скончался от рака в 1970 году. Миша Ястреб (легендарный московский вор, в перерывах между «отсидками» часто бывал на Большом Каретном) пережил Леву. 16 сентября 1970 года, когда хоронили Кочаряна, он пытался прорваться на панихиду, размахивая на проходной справкой об очередном освобождении, а его не пускали. Вышел Юлиан Семенов и провел его по своему красному удостоверению к гробу. Гражданская панихида на «Мосфильме»…
Высоцкий и неизвестные офицеры
Высоцкий на Большом Каретном — эта тема, требует отдельного разговора. Сам Высоцкий часто рассказывал на концертах о своем друге, об истории создания знаменитых песен из Каретного цикла, а в конце добавлял: «Нет хозяина этой квартиры, нет Левы Кочаряна… Он успел снять только одну картину как режиссер — «Один шанс из тысячи»… Он его поймал и быстро умер. Он успел немного. Он жил жарко — вспыхнул и погас — мгновенно». Показательно, что авторами сценария снятого в 1968 году на Одесской киностудии фильма «Один шанс из тысячи» были Андрей Тарковский, Левон Кочарян и Артур Макаров. Интересны воспоминания Светланы Светличной: «В 1965 году Высоцкий снялся у Эдика Кеосаяна в «Стряпухе». Мне кажется, что он снимался не для того, чтобы была еще одна кинематографическая роль. Просто Эдик Кеасоян, с Левой Кочаряном видно договорились его занять, чтобы Володя не чувствовал себя одиноким, ненужным, забытым».
Валерий Нисанов вспоминал: «Однажды Володя зашел ко мне домой – это было в конце мая 1980 года. А у меня на стене висят фотографии, на одной из них я снят вместе с Левой Кочаряном. Володя остановился перед этой фотографией и долго-долго стоял и смотрел. Не знаю, что когда-то между ними произошло, но у Володи вдруг началась истерика, самая настоящая, со слезами…».
Марина Влади в своей книге «Владимир, или Прерванный полет» пишет: «Среди твоих любимых артистов есть один, нежность к которому у тебя безгранична. Его зовут Енгибаров. Он молод, в нем все прекрасно. Он тоже своего рода поэт, он заставляет смеяться и плакать публику – и детей , и взрослых. Этот удивительный атлет творит чудеса на арене, и если тебе удается на несколько секунд сделать «крокодила на одной лапе», то он без видимого усилия может больше минуты оставаться в таком положении… Однажды тебе звонят, и я вижу, как у тебя чернеет лицо. Ты кладешь трубку и начинаешь рыдать, как мальчишка, взахлеб. Я обнимаю тебя, ты кричишь:«Енгибаров умер». Леониду Енгибарову Высоцкий посвятил стихотворение "Енгибарову от зрителей" и песню "Канатоходец".
Высоцкий и Параджанов
Точная дата знакомства Высоцкого с Параджановым неизвестна. Вероятно, это произошло во второй половине 60-х годов, возможно, во время гастролей «Таганки» в Киеве в сентябре 1971 года. Как пишет редактор журнала «Украинская культура» А.Яремчук, «очень колоритная публика приходила в квартиру 64 по бульвару Тараса Шевченко… В те времена побывать в Киеве и не зайти к Параджанову считалось почти неприличным».
Разумеется «Таганка» посетила Параджанова, но Высоцкий бывал в Киеве довольно часто и до тех гастролей. Оказывается, Параджанов хотел использовать Высоцкого в своём фильме в качестве… действующего лица.
В августе 1972 года Высоцкий и Влади отдыхали в Юрмале. В это же время там был и Параджанов. Однажды в номере Высоцкого отключили воду, и он позвонил Параджанову, попросил оставить ключи от номера у портье. Войдя в комнату, они увидели на столе фрукты, сигареты, минеральную воду. Сюрприз открылся чуть позже: к душу, сверху, был прикреплён букет роз – так, чтобы вода лилась на Марину с охапки цветов…
Пока никто не может сказать наверняка, установлены ли были подслушивающие устройства в квартире Высоцкого. Запись же разговоров Параджанова велась, во всяком случае, перед арестом. А.Яремчук в документальной повести «Параджанов – «безумный» гений в украинской пустыне» приводит слова следователя Е.Макашова, который вёл дело Параджанова: «Он интересный рассказчик. Но я бы с ним не дружил. Знаете, почему? Он крайний эгоцентрист. Во время следствия ко мне попала магнитофонная запись. Параджанов у себя на квартире спрашивал пьяного Высоцкого: «Ну, скажи, разве есть в этой стране гении, кроме нас с тобой?!». Высоцкий был в Киеве с концертами в ноябре 1973 г. Возможно, именно тогда и была сделана эта запись.
Возможно, последний раз Высоцкий и Параджанов встречались в сентябре-октябре 1979 г., когда Театр на Таганке гастролировал в Тбилиси. Верный себе, Параджанов пригласил к себе, на улицу Коте Месхи, весь театр. «Вино лилось рекой, песни струились, балконы ломились от фруктов… С Высоцким у него была отдельная встреча», – писал В.Смехов.
Параджанов очень любил Высоцкого. Поэтому, когда в октябре 1981 года он инкогнито приехал в Москву (инкогнито, поскольку после тюрьмы ему было запрещено туда ездить) и Ю.Любимов пригласил его на общественный просмотр спектакля «Владимир Высоцкий», то Параджанов не только пришёл на спектакль, но и выступил на обсуждении.
«Ереванские гастроли» были, в общем-то, случайными: поехали вместе в Сочи, а через несколько дней оказались, что называется, «на мели». И тогда Володя попросил Давида организовать концерт в Ереване.
Выступал он в каком-то очень большом и хорошем зале. Зал битком, причем видно: наверняка какое-то закрытое учреждение. И… ни одного магнитофона у публики. Стало быть, в эту контору с магнитофонами нельзя. Радуясь такому случаю, Высоцкий решил оттянуться по полной программе: раз не пишут — можно петь запрещенные песни! И выдал на всю катушку. Зал в восторге, стол ломился от угощений, деньги подали в конверте тут же по окончании и новенькими купюрами! Высоцкий аж растрогался от такого сверхгостеприимства. Даже по хлебосольным кавказским обычаям. И когда ехал обратно, спросил организатора концерта: что это за организация, где его так прекрасно принимали. И на свой вопрос получил простенький ответ: «Это КГБ Армении». Высоцкий побелел. Он понял, почему не было магнитофонов в первом ряду. Поменявшегося в лице Высоцкого успокоили; «Ничего-ничего, всё в порядке, приезжайте к нам снова. Спасибо Вам большое!».
Будучи в Армении поэт побывал и на озере Севан. В 2002 г. в Москве вышел сборник памяти Высоцкого. В него вошли главы из второго, дополненного издания книги Давида Карапетяна «Высоцкий. Между словом и славой» и три повести известного сценариста и режиссера Ильи Рубинштейна «Городской романс», «Прыг-скок», «Это был воскресный день».
Любопытен отрывок из первой части сборника «Семь путешествий с Владимиром Высоцким», посвященный пребыванию поэта в Армении в апреле 1970 года: «Поездку на Севан организовал Ревик; с нами были два-три его приятеля и Баграт Оганесян, — пишет Карапетян. — Приехали, походили по берегу клином врезавшегося в Севан полуострова… Синяя чаша озера в оправе дымно-фиолетовых скал Володю заворожила. Он жадно вбирал ноздрями его тревожный воздух. Заметив на вершине холма две небольшие старинные церкви, ему захотелось их увидеть вблизи. К храмам вели выбитые в скальной породе крутые ступени. Чтобы помочь гостю, Ревик взял его под локоть, но тот, вежливо отстранившись, пробурчал: «Я сам». Добравшись до первой церковки, запыхавшийся Володя начал гладить ее сырые замшелые камни. До сих пор жалею, что никто не захватил с собой фотоаппарата. Потом нас пригласили в прибрежный ресторан «Ахтамар» отведать прославленной севанской форели…».
" Левон Суренович Кочарян оказал огромное влияние на молодого Высоцкого и потому следует рассказать о нем подробнее. Анатолий Борисович Утевский вспоминает: "Левушка был удивительным человеком: прекрасно знал литературу и кино, пел, играл на гитаре, был спортсменом - великолепно боксировал, на съемках сам водил танки, а Толя Гарагуля, капитан теплохода "Грузия", рассказывал, что однажды Лева сам пришвартовал теплоход. Лева любил удивлять людей - мог выпить бокал шампанского и закусить фужером. Спокойно жевал бритвы, мог проколоть щеку иголкой. Это производило впечатление, особенно на молодых девушек. Кочарян был очень разносторонним человеком - не было профессии или ремесла, которыми он не смог овладеть. В доме он буквально все сделал сам, мог сшить себе рубашку... Потом вдруг стал увлекаться абажурами - у всех у нас были Левушкины абажуры. На каком-то своем фильме сам сконструировал и построил не то бричку, не то тачанку. Не было профессии или ремесла, которыми бы он не смог овладеть...
В общем, Лева был человеком уникальным. Эта уникальность проявлялась прежде всего в его умении дружить, выслушать и понять близких друзей, коллег по работе, просто знакомых. Именно поэтому многие тянулись к нему...
Кочаряна как второго режиссера ценили многие наши известные мастера. На "Мосфильме" даже говорили, что Кочарян - первый среди всех вторых режиссеров.
Общение с Кочаряном всем нам давало много, а Володе, как мне кажется, особенно. Во многих вещах он просто подражал Кочаряну. Леву любили многие люди и, как вы понимаете, было за что...".
.
За пять месяцев до... Высоцкий на концерте в Долгопрудном произнёс следующую фразу о своих друзьях "...В этой компании мы прожили вместе нашу молодость, и, в общем, я писал для них".
И, возможно, именно там, на Большом Каретном, и состоялось его первое духовное крещение.
https://hayduk.livejournal.com/360744.html