Фотограф Максим Коротченко: «Надо смотреть на Астрахань глазами инопланетянина»
Фотоискусство в Астрахани – это отдельная культурная ниша, которую занимают самобытные личности, яркие индивидуальности, большие художники и первоклассные мастера. В этом особенном мире не всё так просто, гладко и однозначно, но интересно невероятно.
AST-NEWS.ru продолжает цикл бесед с фотографами, чьё творчество наиболее ярко отражает современную действительность, преобразовывая обыденную жизнь в искусство. В апреле мы публиковали интервью с «бродячим недофотографом», как он сам себя позиционирует, Игорем Андреевым. Сейчас нашим собеседником стал профессиональный фотограф-документалист Максим Коротченко.
Лауреат и призер российских и международных конкурсов, сотрудничает с региональными, федеральными и иностранными СМИ. Его работы участвуют в выставках по всему миру, состоит в Союзе журналистов России и Союзе фотохудожников РФ. Также Максим руководит фотоклубом на базе института «Платформа». Туда может прийти любой опытный или начинающий фотограф абсолютно бесплатно, чтобы продемонстрировать своё творчество, получить совет, узнать что-то новое и подискутировать.
Мы начали свой разговор с Максимом Коротченко, поинтересовавшись, можно ли считать современную фотографию повальным увлечением, в связи с тем, что в силу технических возможностей этот процесс сейчас доступен практически всем.
Максим Коротченко: Авторская фотография – не такая уж популярная вещь, как и авторский кинематограф. Другое дело – массовая фотография, контент, которым заполняется инстаграм или снимки из разряда свадебного формата.
Та фотография, которой занимаюсь я, рассчитана не на очень широкую аудиторию. Она для тех, кто видит больше, чем остальные. Люди, занимающиеся серьёзной фотографией, работают для зрителей с тонким визуальным восприятием.
Нажать на кнопку может любой, также как практически каждый может купить в магазине краски. Но не все в итоге способны написать ими картину, достойную внимания. С точки зрения техники, фотография – самый простой вид искусства: художники должны уметь правильно держать кисти, пианисты – руки, а нажать на кнопку фотокамеры способен кто угодно. Вопрос: что при этом получится.
AST-NEWS.ru: Фотограф – это профессия или призвание?
- Для меня это образ жизни, её стиль, способ взаимодействия с миром и с собой. Через фотографии я открываю в себе новые грани, а также изучаю, каким образом действуют законы мироздания. Занятие фотографией – это процесс бесконечного исследования.
- Как вы пришли к пониманию того, что фотография стала для вас основным занятием и частью вашей ментальности?
- Случайно. У меня появилась внутренняя потребность фотографировать, что я и стал делать. В достаточно взрослом возрасте, когда мне было 28 лет, решил поменять направление деятельности. До этого был профессиональным IT-специалистом и параллельно серьёзно занимался музыкой.
Всегда осознавал, что технические занятия не могут полностью поглотить меня, так как всегда тянулся к творчеству, потребность к которому копилась во мне долгое время. И в какой-то момент начал реализовывать эту потребность через фотографию.
Самостоятельно учился музыке, достигнув определённого уровня: стал весьма востребованным клавишником, играл сразу в нескольких астраханских группах. Мои занятия компьютерной техникой стали скучны, они строились на чистой логике. Было достаточно включить мозг и сопоставлять известные компоненты, а в искусстве эти схемы не работают. В творчестве процент случайности огромен, и ты не можешь действовать по продуманным ранее схемам.
Однажды понял, что не стану профессиональным музыкантом, ведь музыка требует полнейшей самоотдачи. С фотографией всё проще, здесь ты не так зависишь от своего тела и навыков. Фотография – это самый короткий путь материализовать творчество в голове. Если в сознании есть какие-то образы или картинки, они так или иначе находят перекличку с тем, что наблюдаешь в реальности. Нажимая на кнопку, по сути, сопоставляешь два мира: внутренний и внешний. А когда они пересекаются, в этот момент срабатывает какой-то импульс, ты это фиксируешь – и получается карточка.
- Значит, не попали в доцифровую эру фотографии?
- Да. Я бы и не стал заниматься аналоговой фотографией: все эти долгие процессы мне скучны. Более того, мне не нравится, что занятия фотографией, вообще нужен аппарат. Я бы предпочёл транслировать картинку непосредственно из своей головы, например, фотографировать глазами.
От фотокамеры, несомненно, зависит техническое качество снимка, но никак не его содержательная составляющая. Камера – всего лишь посредник между тобой и окружающим миром. Самое главное, чтобы фотокамера была максимально удобной и не ограничивала творческие устремления.
- Вы были официальным фотографом губернатора Александра Жилкина. Как заняли эту должность?
- Сначала я попал в телевизионную среду, работал на «РЕН ТВ», внедрившись таким образом в мир журналистики. Затем стал блогером, делая для своего «ЖЖ» снимки, решив через фотографию передавать аудитории свои впечатления, чувства и переживания. Для меня этот процесс оказался чрезвычайно лёгким – выражаться через тексты гораздо сложнее. И достаточно быстро процесс стал сопрягаться с результатом. По реакции людей стал понимать, что у меня получаются некоторые вещи.
Потом мне предложили стать штатным фотографом при администрации губернатора. Это было непростое решение, но я решил для себя, что смогу так зарабатывать деньги. Какое-то время работа была очень интересной, она принесла мне много нового опыта. При этом загрузка там была колоссальной. На этой должности люди долго не задерживались. Официальный фотограф губернатора должен освещать его поездки в районы, на предприятия, присутствовать на всех мероприятиях. Я вёл репортажную, событийную съёмку, связанную с деятельностью Александра Александровича Жилкина.
Весь фокус должен был держаться на губернаторе. До этого снимал совершенно другие вещи. Самым скучным моментом в этой работе была съёмка многочисленных заседаний. Самые интересные фотографии я делал, конечно, в поездках, куда, как рядовой фотограф, я не попал бы никогда в жизни, например, объездил все страны Каспийского бассейна.
- Каким жанром фотографии категорически не занимаетесь? Или снимаете всё?
- Не занимаюсь постановочной фотографией. Меня интересуют только живые моменты. Не вижу себя в качестве режиссера, расставляющего мизансцену. Даже портреты делаю только в режиме случайного кадра.
Коммерческой съёмкой занимаюсь редко, сам тому удивляясь. Считаю, что, обратившись ко мне, заказчик мог бы получить не только набор кадров, а ещё и несколько случайных фотографий, которые не стыдно было показать всему миру. Но, к сожалению, многие бильдредакторы не обладают достаточным опытом, чтобы оценить уровень фотографа. Когда-то я снимал много природы, сейчас мне это неинтересно.
- Как ищете свои сюжеты?
- Иногда они сами приходят, а иногда мне их предлагает моя жена – журналист Наталья Коротченко. Так, однажды мы поехали в село Садовое Ахтубинского района, где я сделал серию фотографий об этом удивительном месте: там находится школа, которую посещает всего десять детей.
Это атмосферное село произвело на нас огромное впечатление. У нас часто бывают ситуации, когда она что-то пишет, а я снимаю для неё. А иногда Наташа делает материалы на основе моих фотографий. Это очень удобное взаимодействие. Однажды московские журналисты попросили меня снять для них репортаж о жизни астраханского лепрозория.
- Были ли у вас наставники в занятии фотографией? Сейчас вы и сами являетесь таковым для посетителей созданного вами фотоклуба?
- Я никогда не посещал фотоклуб «Дельта», но ходил учиться к мэтру астраханской фотографии Александру Геннадиевичу Шевелёву в фотоклуб «Радуга». После его смерти на протяжении двух лет подобного объединения не было, но идея создать свою площадку не отпускала. И когда появилась возможность открыть фотоклуб на базе института «Платформа», мы стали собираться опять. Правда туда уже пришли новые люди: нельзя дважды войти одну и ту же реку.
У нашего клуба даже нет названия, так как считаю, это неважным. Я редко придумываю подписи к своим фотографиям, только по острой необходимости, например, на конкурсы. Даже свою фотографию, принесшею мне первое место на престижном конкурсе Siena Interntational Photo Awards в 2019 году, проходящем в Италии, я назвал «Прыжки в воду».
- Этот снимок вызвал немалый резонанс. Многие недоумевают, как он сделан, неужели случайно?
- Абсолютно случайно. В отличие от фотографа-постановщика, моей задачей является не выстраивание сцены, а лишь реагирование на происходящее – запечатлеть нужный момент. Я просто сконцентрировался на событии, сконструированным кем-то иным. Этот сюжет придумал кто-то неведомый. Для меня исходный результат этой фиксации является непостижимой магией.
При создании по-настоящему хорошей фотографии, испытываешь ощущение, что не можешь этого не снять. Даже если фотоаппарат в этот момент лежит в самом дальнем углу, сила сигнала извне настолько мощная, что ты достаёшь технику и снимаешь. Такие моменты происходят не часто, только когда мощный внутренний голос тебя ведёт в этот сюжет. Я сделал этот кадр в 2013 году, спустя всего три года, как начал заниматься фотографией.
- Есть люди, которые называют вас самым модным фотографом Астрахани. Так ли это? И существует ли мода на фотографию?
- Это совсем не так. Если посмотреть мой инстаграм, то можно убедиться, что у меня не так много подписчиков, чем у фотографов, которые специализируются, например, на свадебных фотосессиях. Я только два раза снимал свадебные церемонии, когда меня об этом просили друзья. Возможно, в среде тех людей, кто занимается авторской фотографией, такое мнение бытует, но никак не в массовом понимании.
- Как относитесь к тому, что сейчас большое число людей, увлекающихся фотографией, снимают старую Астрахань, со всеми её прелестями и недостатками, пытаясь зафиксировать уходящую натуру. Это тоже своего рода мода?
- Да, эта тема сейчас интересует многих, но хорошие снимки получаются далеко не у всех. Количество редко превращается в качество. Интерес к этой теме вполне оправдан – именно нетронутые цивилизацией места и есть основная фишка Астрахани, её неповторимая экзотика. Очень хорошо, что подобное внимание культивируется в сознании людей, как нечто ценное.
Ранее считалось, что старые дома – это развалюхи, которые нужно снести. Подобные мнения рождались от непонимания ценности собственной истории. Разве в последнее время в нашем городе появилось современное здание, достойное внимания? Сейчас в Астрахани создаётся много китча, а вещей, сделанных со вкусом, рождается мало.
Некоторые объекты, возникающие в нашем городе, вызывают кровь из глаз. На них просто стыдно смотреть. Остановить наступление безвкусицы и упадка невозможно. Можно бесконечно об этом писать, но кошмар не кончается. К сожалению, через пропагандистские средства массовой информации людям навязываются определённые ценности. Слабая человеческая психика – она, как пластилин, из которого можно лепить что угодно.
Хорошо, что люди через фотографии обращают внимание общественности на ценность того архитектурного наследия, которое мы имеем. Астраханцы перестали реагировать на многие привычные вещи, производящие на приезжих грандиозное впечатление. Я считаю, что нужно смотреть на Астрахань глазами инопланетянина, чтобы не переставать удивляться знакомым с детства местам.
- Ваши работы часто попадали под внимание специалистов и не только российских. Расскажите о своей выставочной и конкурсной деятельности.
- Мои снимки, участвующие в международных конкурсах, гуляют по всему миру. Они выставлялись в США, Великобритании, Объединённых Арабских Эмиратах, других странах. В 2016 году проходила моя персональная выставка в Берлине.
Первая персональная выставка в Астрахани состоялась в 2015 году в «Цейхгаузе». Правда, тогда я занимался совершенно другой фотографией, а из всех представленных на ней работ, я бы оставил всего несколько снимков.
Перед пандемией я участвовал в выставке на экологическую тему, но она проработала совсем недолго. В 2018 году в Братском саду экспонировалась моя выставка «Рабочие моменты». Она проводилась совместно со службой занятости населения и была посвящена рабочим профессиям.
Организация любой выставки – сложный процесс. Проводить их на свои деньги не имеет смысла. У подобных мероприятий всегда должен быть инициатор, который взял бы на себя все вопросы, не связанные с творчеством. Так, например, хозяин галереи в Берлине предложил мне провести выставку, а я, конечно, согласился. Для этой затеи должны сложиться несколько факторов, но пока никаких дельных предложений в Астрахани не поступает.
Вешать свои выставки, как это делают в «Иллюзионе», я не хочу. Экспозиции должны проходить в хорошем зале, со специальным освещением. По большому счёту все эти выставки забирают много сил и уводят от главного.
- А что для вас главное? Сейчас очень многие находят поддержку своего творчества через гранты. Пробовали стать соискателем подобной помощи?
- Фотография. Мне есть что показать. Периодически выставляю свои работы в социальных сетях, но, конечно, их демонстрация в печатном варианте – это совершенно другое восприятие.
Для меня понятна схема участия во всевозможных конкурсах, куда отправляется фотография, в соответствии с категорией. Гранты – обычно куча бумаг, текстов, концепций. Подобное не для меня. Я во всём люблю естественность и простоту. Мне скучно заниматься делами, отнимающими энергию.
- Какая тенденция сейчас отмечается в развитии современной фотографии?
- Как во всём искусстве сейчас идёт эпоха постмодерна, когда происходит слияние различных форм: фотографии, текстов, мультимедиа. Сейчас этот процесс уходит всё дальше, волны времени подвержены постоянной трансформации. Большинство людей видят в фотографии только первый слой, лежащий на поверхности. Хорошие снимки всегда многослойны, когда несколько пластов реальности сливаются в общий. Но разглядеть это способны не многие. Переход от «что» к «как», от содержания к форме, может увидеть только глубокий зритель.
- За время работы нового фотоклуба приносят фото, претендующие на звание произведения искусства?
- Наши встречи проходят еженедельно по четвергам в «Платформе», на улице Ульяновых. Конечно, есть достойные работы, которые будут представлены на выставке. В мою задачу входит помочь человеку разобраться в его многообразном творчестве. Люди приносят по несколько десятков снимков, среди них попадаются интересные вещи. В процессе такого отбора человек сам учится определять, какие фотографии являются сильными, а какие слабыми.
- Сейчас многие люди посещают курсы фотографов, проходят обучение в специальных учебных заведениях. Насколько это в целом эффективный процесс?
- Есть люди, которые учатся и довольны, кто-то обходится без этого. Многие останавливаются на том мнении, что это хорошо для профессиональных контактов. Там завязываются социальные связи, происходит знакомство с кураторами, другими фотографами, через которых можно дальше продвигать свои работы. Таким образом, расширяется зрительская аудитория. Для продвижения существует масса способов. Я, например, часто участвую в фотоконкурсах, развиваю свои контакты в соцсетях, общаюсь с фотографами из других регионов и стран.
- Как вы относитесь к похвалам в адрес своих работ?
- Отлично. Но для меня важно, кто оценивает мои фотографии. Иногда люди впадают в зависимость от лёгких лайков, обычно их хвалят родители, друзья или просто неискушённая аудитория. Такая необъективная оценка может увести человека от реальной ценности их снимков. Бывает, что, выходя из этого узкого круга почитателей, его могут легко размазать по стенке. Некоторые товарищи боятся услышать в свой адрес то, чего они не хотят, поэтому не выходят их своего круга комфорта. Тогда на этом маленьком кружке поклонников останавливается их развитие.
Привык всё делать хорошо и не могу себе позволить работать спустя рукава. У меня с детства синдром отличника. Ещё с трудом раздаю обещания: точно не смогу не выполнить то, что наметил.
Пришёл к такой мысли, что разговоры о каком-либо деле уводят тебя от него. Чем больше люди дискутируют, тем дальше они отдаляются от предмета обсуждения. Это касается почти всего. Для меня фотография – это интимная вещь, требующая внутренней сосредоточенности.
- Вы можете сказать человеку, обратившемуся к за советом, что ему не стоит терять время и лучше ничего не снимать, настолько он безнадежен?
- Нет, никогда не скажу подобного. А вдруг среди потока неудач у него проскочит роскошный кадр. Когда я работал в Губернском техникуме, один студент показывал мне тысячи фотографий ни о чём, так вот среди тысячи всегда встречалась одна, которую было бы не стыдно показать на выставке. Случайным образом что-то простреливает в человеке и получаются фотографии, как вспышки сознания. Такие моменты были и у меня, когда осознавал, что сделал что-то, превосходящее самого себя.
Иногда прыгаешь за пределы своих возможностей. Как это происходит, не знаю. Но прыгая, ты там не закрепляешься, тебе приходится падать назад. В этом самая большая магия фотографии. Всякий раз — это исследование. Переводя на религиозный язык, фотография является самым прямым доказательством Бога.
Находясь в процессе съёмки, ты понимаешь, что здесь есть что-то или кто-то ещё, а не только ты и этот мир, иначе бы некоторые снимки просто не получились. Есть неведомая сила, ведущая тебя за собой. Порой просто наводишь камеру на объект, и тут внезапно появляется персонаж, делающий кадр наполненным.
Недавно на АЦКК, где идёт реконструкция сквера Коновалова, я фотографировал памятник Ленину, стоящего в грудах песка. Тут у меня из-за спины вышел весёлый дедуля, поболтав со мной, он вошёл в кадр и стал рукой зачерпывать и сыпать песок. Так он сделал этот снимок неповторимым. Произошло нечто такое, на что я никак не влиял. Это некая метафизика, мною до конца не исследованная. Постоянно пытаюсь понять, как это всё работает.
- Существует ли такое понятие, как «астраханский фотограф»?
- Называться так только потому, что родился и живёшь Астрахани, не совсем правильно, так как к фотографии этот факт не имеет никакого отношения. Астраханская фотография мало чем отличается от питерской, например. Другое дело, в своё время существовало понятие «советская фотография»: по своей стилистике эти работы резко отличались от европейских или американских.
Снимая Астрахань, я стараюсь делать фотографии интересными и понятными людям во всём мире. Привязанность к местности всегда принижает значимость произведения искусства и не только фотографического.
Наверное, можно говорить об астраханской школе фотографии. Но не уверен, что это правильное определение. В нашем городе есть люди, многого добившиеся в фотографии, но списывать это на их принадлежность к месту, думаю, не стоит. Если на снимке запечатлён кусочек Астрахани, это не делает её астраханской. Я всегда подписываю свои работы, указывая дату и место, где она была сделана, так как любая фотография, вне зависимости от её художественности, это документ.
Фотография всегда является кусочком реальности, а не чей-то придумкой. Через время любой снимок обретает исторический слой. То, что кажется нам повседневным, спустя годы становится раритетом. Самое главное, чтобы в снимке была энергия.
Действительно, фотографии Максима Коротченко – это сосредоточение мощной энергии. Ещё они всегда разные, при этом его индивидуальный чёткий и красивый художественный почерк проступает в многообразии запечатлённых им сюжетов.
Ранние снимки Максима совсем не похожи на то, что он делает сейчас. Специалисты даже делят его творчество на периоды, а это свидетельствует о том, что десять лет занятий фотографией — это серьёзный путь, по которому он идёт осознанно, продолжая исследовать жизнь с вдохновением и неисчерпаемым интересом человека, нашедшего своё призвание.
Екатерина Некрасова.
Фото Максима Коротченко