В одной лодке. Как понять себя, сплавляясь по древней реке?

Сотни людей прошли приток Волги – Ветлугу – от истока до слияния на лодке-долблёнке. Недавно в регионе завершился проект «Вся Ветлуга/2020». Как появляется тёплое чувство к малой родине? Что такое живой музей? Почему культура не должна зарабатывать? Об этом «АиФ-НН» узнал у автора концепции проекта, сотрудника Нижегородского государственного выставочного комплекса Ильи Смолина. Строили с кандидатом наук Злата Медушевская, «АиФ-НН»: Илья, как появилась необычная идея предложить незнакомым людям сплавиться по Ветлуге на деревянной лодке почти тысячу километров? Илья Смолин: Проектами, связанными со строительством лодок, сбором команды и сплавом по определённым маршрутам я занимаюсь с 2007 года. Цель проекта «Вся Ветлуга/2020» – на парусно-гребной лодке в составе нескольких экипажей пройти всю реку от истока до устья. Но сама идея несколько шире. Я куратор программы развития Музея культуры дерева им. Е. И. Яранцева в деревне Большие Отары (Воскресенский район). Музей занимается историей лесозаготовок, лесосплава, рассказывает о специфической общине людей, которые в этих местах некогда добывали лес. Это огромный культурный пласт, связанный с нашим краем. Есть такой термин – «живой» музей. И это не про то, что туда можно приехать и всё потрогать руками. Наш «живой» музей культуры дерева пытается изучить, сохранить традиционные технологии и предметы, оставить их в зоне употребления в современном мире. Та же самая деревянная лодка, на которой основан проект, – она не просто стоит в музее. Она прошла тысячу километров по Кировской, Костромской, Нижегородской областям, Республике Марий Эл. В лодке этот сложный путь проделало более ста человек со всей России. Лодка – объект из прошлого, который стал настоящим. – Вы сами построили лодку. Это было сложно? – Обычно Ветлуга ассоциируется с огромными 120-метровыми белянами – деревянными некрашеными плоскодонными барками, которые самоходом шли до Астрахани и там по брёвнышку разбирались. Но это традиция уже XIX — начала XX века. Наша лодка – пример развития технологии строительства ботника или лодки-долблёнки. В коллекции Государственного Исторического музея имеется долблёная лодка, которой 5 тыс. лет. Многие уверены, что это изобретение керженских мастеров, хотя даже где-нибудь на Балеарских островах можно встретить нечто подобное. На Руси такие лодки выдалбливали из дуба и осины, называя соответственно «дубок» и «осиновка». Для изготовления судна нужно было свалить дерево, выдолбить его, потом «раскрыть» борта лодки над огнём. Под действием тепла древесина распаривалась, становилась мягкой и пригодной для такой работы. Чтобы расширить судно и поместить туда больше груза или больше пассажиров, люди научились «дошивать» борта. Такие лодки, в том числе изготовленные на Ветлуге, стали прообразом для нашего судна. В итоге мы воспроизвели судно, которое ходило по реке в допетровские времена. Лодку я строил не один, а вместе с кандидатом исторических наук Надеждой Уткиной. Эта хрупкая женщина так же, как и я, добывала смолу, таскала брёвна, собирала сухостой, по возможности строгала и пилила. Судно мы начали строить в августе 2019 года, а закончили в апреле 2020 года. Соорганизаторы и участники проекта также приезжали оказывать посильную помощь, отдав целый день музею и лодке. Что расскажет река? – Почему всю Ветлугу прошёл не один экипаж, а сменные – более сотни людей? – Мы предложили людям со всей России, разных возрастов и профессий, сесть в лодку и пройти на ней свой путь по Ветлуге. Действительно, в экспедиции было задействовано более ста человек. Самый край географии, откуда были участники проекта, – Новосибирск. Из этого сибирского города к нам присоединился доктор наук, занимающийся математическим моделированием волн цунами. Кроме задачи изучить технические характеристики лодки, получается, мы решали ещё одну: изучали человека в нетипичной для него среде. Как вы умеете общаться? Как себя чувствуете в стрессовой ситуации? Но главное – мы этим проектом стольким разным людям показали всю Ветлугу. Если вдуматься, то для современных людей, в том числе для нижегородцев, реки – это преграда и данность. Плохо, что надо ездить по мостам из одной части города в другую. Хорошо, что можно любоваться закатами над Волгой. Когда современный человек наблюдает за рекой не с берега, а с борта лодки, у него меняется отношение к реке. Она цельная, не разделённая на регионы и границы административных районов. Только находясь в лодке, которая проводит тебя по реке, можно услышать от реки то, что она сама о себе расскажет. – Это задумка авторов проекта. А зачем люди реально садились в лодку и с какими мыслями сходили на берег? – Я заметил, что люди достаточно неохотно делятся своими впечатлениями после путешествия. Когда только сошли на берег – то да, это восторг! «Спасибо, что подарили такую возможность, я счастлив!» Потом, как правило, наступает тишина. Вероятно, для многих шок не то, что происходило на реке. Для них возвращение в современный город – шок. Ты три дня не слышишь звуков мегаполиса, не общаешься через гаджеты с десятками людей в режиме многозадачности. У тебя есть одна цель – дойти на деревянной лодке под парусом со скрипучими вёслами до нужной точки. Для нас, горожан, комфорт уже не удовольствие, а привычка. А тут ты возвращаешься в город и думаешь: «Как хорошо!» Мы, кстати, начинали общение с потенциальными пассажирами лодки с острых вопросов: «кусали» ли вас когда-то слепни пять дней подряд? Ползали ли у вас под ногами змеи? Тащили ли вы на себе тяжёлую лодку через мель? На удивление, многие отвечали: «Да! Это мне подходит! Надо «проветрить» голову». Хотя истинная цель участия в проекте открывалась многим в первый же день сплава. И она у каждого была своя. Негативных отзывов о путешествии не было ни у кого. У людей восторг был от одного вида паруса. Удивительно, что можно повесить большую тряпку на палку, и эта конструкция несёт тебя по реке сквозь утренний туман, не распугивая птиц. Боязнь толпы – Почему же Заветлужье сейчас не в туристическом тренде, хотя это удивительный край, в чём-то не уступающий популярному сегодня Алтаю? – Я бы не сказал, что туристический поток в Заветлужье сейчас маленький. С одной стороны, как куратор программы развития Музея культуры дерева им. Е. И. Яранцева в деревне Большие Отары в Воскресенском районе в приезде новых туристов я заинтересован. Но порой, видя толпы туристов, буквально вытаптывающих популярные места, думаешь: а надо ли так? Хотим ли мы, чтобы для удобства туристических автобусов к Светлояру провели магистраль? Жители Заветлужья – люди суровые, но они очень открытые и очень тонко воспринимают и позитив, и негатив, которые ты им можешь принести. Толпы туристов порой исключают уникальность места. – Будет ли продолжение проекта в следующем году? Это могло бы стать интересной региональной туристической программой. – Тут всё банально: у меня нет на продолжение проекта ни времени, ни средств. Делать проект для участников платным принципиально не хочу. Это всё же культурный проект, а, по моему мнению, культура в лучших её проявлениях должна быть доступна людям бесплатно. Я не верю, что культура должна себя окупать и музеи должны быть доходными. Этого нет в мировой практике, поскольку невозможно. Да, культура может зарабатывать деньги, но иными способами. Вам нужно, чтобы люди приезжали в ваш город и оставляли деньги? Не надо требовать от музея много зарабатывать. Спросите у музея, что ему надо, чтобы стать лучше, чтобы туристы оставались ради него в городе на несколько дней, тратя деньги на гостиницы, питание, транспорт. Хоть как-то поддерживать на государственном уровне инициативы, создающие самобытные культурные проекты, гораздо перспективнее, чем вынуждать делать вход в музей по 500 руб. Для справки: Ветлуга – левый приток Волги протяжённость 889 км (по Нижегородской области – 323 км). Это настоящая таёжная река с омутами и перекатами (по-ветлужски – «наволоками»). О Ветлуге и её берегах писали классики литературы Владимир Короленко, Михаил Пришвин, Павел Мельников-Печерский, поэт Николай Рубцов. Досье. Илья Смолин. Родился в 1985 г. в Горьком. Окончил Нижегородский государственный педуниверситет. Сотрудник Нижегородского государственного выставочного комплекса. Сотрудник природного парка «Воскресенское Поветлужье», с 2015 г. – куратор программы развития Музея культуры дерева. Создатель музейных экспозиций и выставок, художник, скульптор, дизайнер, исследователь традиционной культуры.