Белорусский рецидив: где нужен будет флаг России?

Это сообщение – сенсация, но, конечно же, прогнозируемая и ожидаемая. Россия устами своего президента Владимира Путина подтвердила, что готова помогать Белоруссии всем, вплоть до военной помощи. Для этого принято решение – создать в России резерв из сотрудников правоохранительных органов.

Для помощи республике. При необходимости и в обуздании протестов. «Александр Григорьевич попросил меня сформировать определенный резерв из сотрудников правоохранительных органов. И я это сделал. Но мы договорились также, что он не будет использован до тех пор, пока ситуация не будет выходить из-под контроля, пока экстремистские элементы, прикрываясь политическими лозунгами, не перейдут определенных границ, не приступят просто к разбою», – сказал Путин. Президент Белоруссии Александр Лукашенко, судя по всему, именно с этой целью отказывается даже от личных переговоров с президентом Франции Эмманюэлем Макроном и федеральным канцлером Германии Ангелой Меркель. «Батька», как говорится в таких случаях, «с заместителями не пьет и не трет»: дескать, о чем можно говорить с теми, кто следует в чужом фарватере?

И, в принципе, это логично: Запад готов вводить санкции против России, а Россия – войска. И по одной и то же причине – в борьбе за Белоруссию. Это подтверждает еще одно: и коллективный Запад (читай -- США), и Россия в плане обеспечения своей безопасности мыслят категориями, которые принято называть «имперскими».

Когда за четыре года до его смерти одного из «отцов» современной планетарной русофобии, экс-советника президента США Джимми Картера по нацбезопасности Збигнева Бжезинского корреспондент «Комсомольской правды» Алексей Осипов спросил, что он испытывает к России, с которой так долго боролся, тот ответил: «Я люблю Россию так сильно, что хочу, чтобы Россия была Россией». Очень четкий ответ: Россия, по мнению и «старины Збига», и всего американского правящего класса должна территориально «ужаться» до размеров Великого княжества Московского времен Золотой Орды или, в лучшем случае, Московского царства даже до завоеваний Ивана Грозного. Не более того.

И знаете почему? После развала СССР и выхода из его состава союзных республик Бжезинский тоже ответил прямо: «Россия — побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить «это была не Россия, а Советский Союз» — значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей... Россия будет раздробленной и под опекой». А потом, логически обосновывая, и вообще добавил: «...Америка никогда не намеревалась делить власть на земном шаре с Россией, да и не могла делать этого, даже если бы и хотела...». И это правда: геополитическое соперничество никогда не прекращается, покуда существуют его участники.

А Россия по мере внутреннего укрепления даже до провозглашения себя в 1721 году империей всегда расширяла свои земли. В извечном межгосударственном соперничестве в Европе и в мире и по трем главным и взаимосвязанным причинам:

а) чтобы вернуть «свое» – земли, некогда входившие в состав Древней Руси (Украина-Малороссия и Белоруссия-Северо-Западный край);

б) чтобы захватить богатые нужными ресурсами и природными ископаемыми территории и пробиться к морям с выходом на океаны и тем самым получить новые торгово-экономические возможности для экспорта-импорта (вся Прибалтика, Новороссия, западная часть Кавказа, Сибирь и весь Дальний Восток – Приамурье и Приморье);

в) чтобы отодвинуть границы от своих коренных земель и столиц и не только освоить новые земли, но и уничтожить своих извечных врагов (завоевание Казанской и Астраханской орд, разделы Польши в конце XVIII века) или создать некий пояс безопасности из новых территориальных приобретений (Финляндия, Молдавия, остальной Кавказ и Закавказье, практически вся Средняя Азия).

По этой же логике действовали как все остальные империи мира, так и сменившие их мнимые республики с имперским душком. Так же поступал и СССР.

Но в отличие от Британской, Испанской, Португальской, Голландской, Бельгийской, Османской и даже отчасти Германской колониальных империй, которые пробавлялись заморскими завоеваниями колоний по всей планете и прибирали к рукам всех, кто не мог оказать им сопротивление, Российскую и Австро-Венгерскую империи потому и называли «экстенсивными», что они расширялись и прирастали соседними землями и странами.

Но была в истории Российской империи еще и одна очень благородная миссия, вполне оправдывающая ее территориальные присоединения – к ней некоторые народы и государства шли сами, чтобы спастись от уничтожения или ассимиляции более сильными противниками иной веры, традиций, уклада. Михаил Лермонтов в поэме «Мцыри» на примере Грузии поэтически, но точно изложил этот мотив начала XIX века:

Такой-то царь, в такой-то год,

Вручал России свой народ.

И божья благодать сошла

На Грузию! – она цвела

С тех пор в тени своих садов,

Не опасаяся врагов,

За гранью дружеских штыков.

Случилось это в 1801 году. Через несколько лет в состав империи добровольно вошли Имеретия и Мингрелия, а в 1810 году Абхазия. В ходе русско-турецких войн 1828–1829 и 1877–1878 годов у турок были отбиты грузинские города-крепости Ахалкалаки и Ахалцихе, Аджария. При этом Российская империя, отбивая грузинские земли у персов, турок, отбивая вторжения горцев, потеряла, в общей сложности, примерно 130 тысяч человек. Именно благодаря этому Грузия вообще существует в нынешних своих границах.

Но именно по этой причине – спасения от порабощения и уничтожения – еще раньше в состав Московского царства попросилась Башкирия, Украина (при Богдане Хмельницком), Армения и часть Азербайджана (Эриванское и Нахичеванское ханства), малый жуз Казахстана. И вот вам, например, условия присоединения к России Башкирии при императрице Елизавете Петровне в 1557 году: башкиры, никогда до этого не имевшие собственного государства, могли свободно распоряжаться своей территорией, иметь собственную армию, администрацию религию, но обязывались платить ясак и выделять солдат для российском армии. Россия же обеспечивала башкирам полную защиту от внешних врагов.

Определенное преимущество присоединения народов к России было в том, не только в том, что она спасала их от уничтожения. Она еще и политически и экономически выравнивала и развивала, а также по мере сил и возможностей гуманитарно окультуривала присоединенные земли, давая им возможность саморазвиваться. Параллельно с имперской русификацией, естественно.

Создание, собственно, отнятой у Польши Белоруссии в составе Российской империи – это особый разговор. Создавалась она в 1830-1870 годах не как Белоруссия, а как Северо-Западный край империи, причем русский. Усилиями графа Михаила Муравьева-Виленского по кличке «Вешатель». Причем «погонялу» этому он способствовал сам, ответив одному поляку: «Мы не из тех Муравьевых, которых вешали, а из тех которые сами вешают». За почти 40 лет служения на территории и во имя современной Белоруссии этот упорный граф побывал и по очереди, и одновременно могилевским, витебским, виленским, гродненским и минским губернатором и генерал-губернатором. И он действительно создал это край не только огнем и мечом, но еще и пером, землемером и крестом. Он не только жестко подавлял польские восстания в крае: всего за годы правления Муравьева было казнено всего 128 человек и до 12,5 тысяч человек было отправлено в ссылку, арестантские роты или на каторгу. Это много, конечно, любая человеческая жизнь бесценна. Но сравните эти деяния «Вешателя», например, с двумя современными чеченскими войнами или с сегодняшним украинским усмирением «сепаров» и «ваты» – с АТО в Донбассе, уже унесшей жизни почти 14 тысяч человек…

А еще граф Муравьев смог вернуть местному коренному белорусском населению его землю, язык и веру. Благодаря муравьевским преобразованиям, было урезано польское шляхетское земледелие в пользу местных крестьян, созданы система русскоязычного образования и сеть русских школ, вытесняющих польское засилье, и возвращено исконное православие путем отмены Брестской унии 1596 года, насильственно принесшей в этот край униатство (греко-католичество). Этот Северо-Западный край потом и стал при коммунистах современной Белоруссией. А в довершение всего Иосиф Сталин окончательно «домазал» новой республике еще и Брестскую и Гродненскую области. Как Украине – Галичину, Волынь, Буковину, Южную Бессарабию, и Закарпатье. Это так, для общего развития я напоминаю…

Сегодня геополитическое противостояние опять входит в клинч и горячую фазу, когда оживают фантомные боли и обостряются амбиции, а каждый, кто чувствует себя в силе, вновь пытается урвать «свое». В том числе, и в Белоруссии, которую Польша (как часть коллективного Запада) вообще считает своей территорией и, уже не кроясь, жаждет присоединить к себе, а Запад, особенно США, хотят из нее «смастырить» очередную агрессивную «антиРоссию» и превратить ее в часть санитарного русофобского кордона.

А выше упомянутый Бжезинский давно предупреждал: «...Пропасть между Вашингтоном и Москвой углубилась еще больше из-за нежелания Кремля отказаться от всех завоеванных Сталиным территорий...». Но есть и другая максима, которую, похоже, в одном из разговоров и вспомнили Путин и Лукашенко. Император Николай I, когда ему предложили отказаться от присоединенного к России Приамурья, начертал на карте: «Где раз поднят русский флаг, там он спускаться не должен».

И где, какой выход из этой ситуации, когда Белоруссия попросила Россию о помощи, понимая, что с нею может сделать коллективный Запад? Но Россия по-любому откликнулась на призыв о помощи. Пример отдаленной истории и современной Украины, выбравшей русофобию, стоит перед глазами-то. Но нужна ли будет эта помощь, решать, конечно, белорусам.

http://antifashist.online/item/belorusskij-recidiv-gde-nuzhe...

Владимир Скачко